Остров Веры - Ольга Юнязова

– Стоп! – замахал руками дядя Сеня. – Безумия мне и без вас хватает. Что спросить-то хотели? А то сейчас народ набежит, так и не успеете.

– В общем, когда мы встретили того хромого мужика, я вдруг поняла, что именно его я видела во сне рядом с пропавшей девушкой. Саша побежал за ним, чтобы узнать, где он живёт. И тот сказал адрес. Но, как выяснилось, в Коробковке такой улицы нет. Зато она есть в Миассе.

– Я-то тут при чём?

– Он назвал ваш адрес. Кабацкая пять.

– Кабацкая, пять?!

– Ну да! Какая связь этого «хромого знахаря» с вами?

– Понятия не имею!

– И всё-таки давайте подумаем. Не может же это быть просто случайностью.

– Да что тут думать?! – дядя Сеня вдруг вышел из себя. – Умер знахарь! Я лично был на похоронах! Лично гроб гвоздями забивал! Как вы могли его видеть? А если это не он, то откуда мне знать, почему какой-то незнакомый мужик вас ко мне посылает?!

– А, может потому, что Антонина сейчас спрятана где-то в вашем доме? – в лоб спросила Оксана.

На несколько секунд в каморке воцарилась тишина. Потом дядя Сеня засмеялся:

– Что за ерунда? Ну, хочешь, поезжай, обыщи. Я Шуре позвоню, чтобы впустила.

– Хочу, – кивнула Оксана. – Не то чтобы мы вам не доверяем, просто, чтобы окончательно исключить вас из списка подозреваемых.

– А я, выходит, в списке? Ну дела! И зачем бы, по-вашему, она мне, понадобилась? Я похож на маньяка?

– Не похож. Но настоящие маньяки обычно никогда на маньяков не похожи. Мы предполагаем, это как-то связано с вашей первой женой. Может, расскажете о ней?

– А чего рассказывать? – пожал плечами дядя Сеня. – Дело давнее. Знахарь этот, Егор Петрович, её от верной смерти спас. Помните аварию на «Маяке»? Она тогда там работала.

– Что за авария? – помотала головой Оксана. – Не помню.

– Вы же не местные, – усмехнулся дядя Сеня. – О том взрыве всё было засекречено, хотя выброс радиации был почти как в Чернобыле.

– И тётя Глаша попала под облучение? – с ужасом спросил Васька.

– Ну да. Сюда мы вернулись, чтобы она спокойно на родине умерла. А мать её взяла да привезла к Егору. Что уж он там с ней делал, не знаю, но выжила, и слава Богу. Вот только, – дядя Сеня тяжело вздохнул, – после этого её как подменили. Начала ездить на их сходки, молебны, ритуалы какие-то. В общем, секта да и только. Я сначала боролся сам, как мог. Скандалил. А потом обратился в соответствующие органы. Тысячу раз уже пожалел, да не изменишь.

– И что органы? – спросила Оксана.

– Да что-что! У них метод прост – карательная психиатрия! Держали в больнице, кололи чем-то, и после этого она совсем… – он махнул рукой. – Я ему говорю: «Ты снова её вылечи! Обещаю, что не буду больше запрещать к вам ходить!» А он сказал, что одно дело тело исцелять, совсем другое – душу. Там, говорит, барьер какой-то разрушили и что теперь туда какая хочет сущность, та и зайдёт. И он тут уже ничем помочь не может. Вот с тех пор она и… – он снова тяжело вздохнул. – Сегодня позвонили из больницы. Опять кризис.

– Надо же! А вчера, вроде, всё нормально было, – сочувственно покачала головой Оксана.

– Чего? А ты откуда знаешь?

– Саша с ней разговаривал. Муж мой.

– С Глашей?! Ты ничего не путаешь?

– Да нет. Правда, она между тремя личностями переключалась…

– Не понял. Его как туда пустили?!

– Он получил сотрясение мозга и его туда увезли. Он после контузии состоит на учёте. Поэтому…

– Вот оно что! А я-то думаю, что опять спровоцировало? И кем она вчера была? Что поведала?

Оксана открыла рот, чтобы ответить, но он перебил:

– Не надо! Это я так спросил.

– Ладно, – пожала плечами Оксана. – Скажу лишь, что её рассказ подтвердился. Она действительно говорила от лица давно умершего человека. Говорила то, чего знать не могла.

– А как вы проверили?

– Есть такая штука – Интернет. Я забила ключевые слова и…

Дядя Сеня снова замахал руками и зажмурился.

– Не грузи меня, девочка! Мне всё равно, что она там болтала. Сейчас она лежит, привязанная к кровати и обколотая. Как овощ на грядке. Потом она будет месяц выходить из этого состояния. И всё ради того, что кому-то захотелось поговорить с её одержателями! Тьфу! – он встал и вышел.

– Но мы же не знали… – виновато проскулила Оксана.

– Полезного-то хоть чего-нибудь сказала? – с укоризной спросил Васька.

– Для поиска Антонины, нет. Говорили о судьбе Пинаева.

– Да ты что?! – Васька аж подпрыгнул на стуле.

– Чего сидим-то? – спросил Алексей. – Ясно же дали понять, что разговор окончен.

– Да не! – мотнул головой Васька. – Он отходчивый. Сейчас покурит и вернётся. С адресом-то не разобрались же ещё. И чего про Пинаева? – снова повернулся он к Оксане.

– Не сейчас. Длинная история.

Дядя Сеня действительно вернулся через пару минут. Сел, потрепал бороду.

– Барахольщик брехло то ещё, – сказал он. – Так что, разумеется, никакого деда Егора вы там встретить не могли. Кто это был, не знаю. Почему наш адрес сказал, тоже ума не приложу. Да и не знал он этот адрес. Я же с Шурочкой жить-то начал уже после его смерти. Пока он жив был, Глашу как-никак, но поддерживал. А как умер, так она из больницы и не вылезает. Вот я к Шуре и перебрался. Так что, у меня один ответ – случайность.

– Да не верю я в такие случайности! – проворчала Оксана. – А дед Егор тоже был хромой?

– Ну, не то чтобы хромой, но ходил с палкой. Колоритная такая палка у него была. Замысловатая.

– Со змеёй на набалдашнике?

– Да! А ты откуда знаешь?

– Именно такая была и у вчерашнего знахаря. Он сказал, что дедова. Может, это его внук?

– Может, – пожал плечами дядя Сеня.

– Так может, он и живёт в том же доме? Скажите нам адрес деда Егора.

– Неее… – помотал головой дядя Сеня. – Показать могу, а какой там адрес и не знал никогда.

– Тогда давайте съездим, и вы покажете.

Дядя Сеня тяжело вздохнул и махнул рукой.

– Ладно. Давайте завтра.