Сокровища Манталы. Таинственный браслет - Андрей Дерендяев

– Меня зовут Чарльз Шервуд, и я как директор мероприятия объявляю соревнование «Доблесть и знания» открытым.

Зазвучала торжественная музыка, хотя не то что оркестра, даже нескольких музыкантов Оливер в помещении не видел.

«Как мило, – хмыкнул он. – Когда удобно, магия, значит, разрешена не только в банках…»

Шервуд махнул рукой, и музыка мгновенно стихла.

– Всем вам предстоят три задания. Каждое состоится в отдельный, заранее оговоренный день. Предупреждаю, цель соревнования – не выявление самого умного или начитанного. Одни лишь голые знания не помогут одержать победу. Чемпиону потребуется несколько большее: смекалка, рассудительность, умение мыслить логически и видеть очевидное там, где его на первый взгляд нет и в помине.

Чарльз Шервуд перевел дыхание и продолжил:

– Задания на каждый тур держатся в строжайшем секрете. Даже я не знаю, с чем вам предстоит справляться. Их разрабатывала специальная комиссия и, уверен, как всегда потрудилась на славу, – улыбнулся он. – Что вас ждет во втором и третьем туре, вам скажут сразу после завершения соответственно первого и второго. Но не раньше.

Оливер взглянул на Дэнни, с невозмутимым видом слушавшего речь директора турнира.

«Блефовал? – подумал он. – Или действительно знает?»

– Тройка победителей определится по наибольшему числу набранных баллов, – между тем говорил Чарльз Шервуд. – За каждое задание будет начисляться определенное количество баллов. Максимальное количество баллов за одно задание – сто. Минимальное, как вы понимаете, – ноль. Тот из вас, кто наберет наибольшее количество за все три конкурса, станет чемпионом.

Он замолчал и сделал продолжительный глоток из стакана.

– Вы, я вижу, уже давно в нетерпении, – вновь улыбнулся он. – Не стану вас задерживать и умолкаю. Дальше вам все объяснит профессор Дюппен.

Старичок сел. Поднялся высокий мужчина с длинными черными волосами, зачесанными назад. Кашлянув, он заговорил, делая продолжительные паузы чуть ли не после каждого слова.

– С формальностями… на сегодня… покончено. Переходим… к главному. Сегодня… вам… предстоит… написать… эссе… на тему… – Дюппен замолчал, а затем быстро произнес: – «Вечность как краткий миг для вселенной».

Оливер озадаченно огляделся. Он еще ни разу не брался за такую работу. В приюте ему хватало одной, максимум полторы страницы текста. И так как он обычно не допускал грамматических ошибок, то всегда получал «отлично». Он подозревал, что приютские преподаватели все равно не вчитывались в смысл написанного учениками, полагая, что глубоких мыслей в их сочинениях все равно не отыщется.

Придвинув чернильницу, Оливер обмакнул в нее перо. Лист бумаги испуганно сместился к краю стола, увлекаемый легким ветерком, ворвавшимся в помещение.

«Вечность как краткий миг для вселенной, – угрюмо подумал Оливер. – И что, интересно, они желают прочитать? Чем можно удивить таких людей?»

Крохотная капля соскользнула с кончика пера и упала на бумагу, оставив черный круглый след прямо в середине листа. Обведя его, Оливер пририсовал сверху круг поменьше, по бокам прочертил две короткие линии, а снизу добавил еще две, чуть длиннее. Получился человечек. Вокруг фигурки разливалось абсолютно белое пространство, делая ее одинокой посреди бескрайнего молочного моря.

«Одиночество, – мелькнуло у Оливера в голове, он неожиданно вспомнил ночное небо и вчерашний разговор с Бузимбой. – Звезды… А почему бы и нет?»

И, еще раз макнув перо в чернильницу, начал писать. Мысли бежали, словно поток воды в бурной реке, и ему оставалось лишь переносить их на бумагу. С головой погрузившись в работу, он не заметил, как исписал полностью три листа. Перечитав и оставшись довольным, Оливер посмотрел по сторонам. Мила и Дэнни с сосредоточенными лицами корпели над заданием, ничего вокруг не замечая. Эмма, напротив, испуганно взглянула на него, черкнула несколько слов и вновь повернулась к нему. В ее глазах промелькнула паника.

Оливеру стало жаль девушку, но он понимал, что помочь ей ничем не может. Встав, он направился к Чарльзу Шервуду и профессору Дюппену.

– Сбегаешь, Лавиния? – не поднимая головы, ухмыльнулся Дэнни. – Понял наконец, какую непосильную ношу на себя взвалил?

Чарльз Шервуд взглянул на написанное Оливером.

– Если я не ошибаюсь, – медленно произнес он, – вы, молодой человек, и с тестированием справились первым?

– Да, – кивнул Оливер.

– Весьма похвально. – Старичок положил листы в большую корзину, стоявшую на столе. – Вы меня удивляете. В хорошем смысле этого слова. Как вас зовут?

– Оливер Стоун, – ответил Оливер, решив не называть свою настоящую фамилию.

– Оливер Стоун… – задумчиво повторил Чарльз Шервуд.

– Он… занял… первое… место… на тестировании, – подсказал профессор Дюппен, с нескрываемым интересом разглядывая Оливера. – Шустрый… как видно… парнишка. – На его губах промелькнуло подобие улыбки.

Чарльз Шервуд протянул Оливеру запечатанный конверт.

– Внутри задание на второй тур. Он состоится через два дня. Результаты сегодняшнего тура мы сообщим позднее специальным посланием.

Оливер вышел в коридор.

«Интересно, как бы они отнеслись ко мне, если бы узнали, кто мои родители?» – подумал он.

Раскрыв конверт, Оливер вытащил плотный лист бумаги. На нем красивыми буквами с множеством завитушек было написано:

«Уважаемый участник соревнования «Доблесть и знания», рады Вам сообщить, что во втором туре Вас ждет следующее задание: доклад на вольную тему. Вольная тема подразумевает, что Вы можете выбрать любую тему по Вашему усмотрению. Доклад рассчитан на строго фиксированное время, а именно от 5 минут до 7 минут по университетским солнечным часам, находящимся перед главным зданием. В случае возникновения ситуации, когда несколько участников соревнования выбрали одинаковую тему доклада, данный вопрос разбирается на месте, сразу после выступления всех остальных участников. Более подробные объяснения можно получить в дирекции соревнования. С уважением, директор соревнования Чарльз Шервуд. И пусть победит сильнейший!»

Дочитав текст до конца, Оливер сунул конверт в карман и отправился на встречу с сестрой. О теме доклада он решил поразмыслить позднее.

Оливия ожидала его, прохаживаясь по посыпанным песком дорожкам. За ней со скучающим видом семенил Йоши. Твидл оставил на судне свою сумку, и теперь, если не вглядываться, его легко можно было принять за обычного кота. Лишь светлые полоски на спине да недовольное выражение на мордочке выдавали в нем волшебное животное.

– А где Марко? – спросил Оливер. – Что-то случилось?

– Случились, – проворчал Йоши. – Таможенники. Они принесли с собой столько бумаг, которые необходимо заполнить, что мы еще долго не увидим Марко.

– Макалистер не появлялся? – Оливер огляделся, надеясь заметить приближающуюся фигуру колдуна.