Парадокс параллельных прямых. Книга первая - Татьяна Вильданова

Шелест превратился в звук трущейся о камень ткани, потом громко звякнул металл, и тоннель перед ней осветился.

«Вселенная! Да это же… – обессилив от внезапно наступившего облегчения, Этьена судорожно сглотнула и, пытаясь удержать приступ то ли смеха, то ли плача, до боли уперлась затылком в камень, – какая же я дура…»

Доре поднял над головой фонарь, переменил руки.

Теперь, когда тьма впереди превратилась в хаос теней, паника окончательно схлынула. «Хватит!.. хватит слез и соплей», – Этьена несколько раз глубоко вздохнула и, таща за собой сумку, полезла обратно.

– Ничего… страшного… – рывками подтягивая себя вперед, просипел Доре, – вернемся… обратно… дальше… будет… ещё… Наконец, бесконечное протискивание закончилось.

Пытаясь удержаться на ногах, Этьена вцепилась пальцами в выступ стены, но ноги подогнулись, и она осела на пол. Жан упал рядом. Какое-то время оба по-рыбьи хватали раскрытыми ртами воздух..

– Фу, я думал, эта щель меня уморит, – отдышавшись, мужчина сел, машинально откинул со лба волосы, – надоели!

– Почему вы их не острижете?

– Почему?… – похоже, вопрос поставил его в тупик, – не знаю… может, когда-нибудь и остригу…. Вы считаете, что стоит?

– Нет! – с жаром воскликнула Этьена, но, заметив удивленно вздернутую бровь, смущенно осеклась и отвернулась.

– Если вы считаете…

– Я ничего не считаю! – Этьена попыталась встать, наступила коленом на подол платья и неуклюже рухнула обратно, – Я ничего не считаю! Меня абсолютно не волнуют ни ваши волосы, ни вы!

«Дурак, – стараясь скрыть обиду, мужчина опять провел ладонью по волосам и как от огня отдернул руку, – сам напросился, вот и получил. Павлин несчастный».

(Такую прическу с падающей на глаза прядью, ещё в самом начале карьеры ему посоветовал старик-постижер. Он же обучил и жесту. Небрежному кивку, придающему его излишне мужественному облику легкий налет мальчишеской непосредственности.)

«Остригу, к чертям!.. Она тоже хороша! – никому на свете (а уж себе – тем более!) Жан ни за чтобы не признался, насколько задели его эти слова, – сама ни рожи, ни кожи… черт знает что! На такую ни один мужик не оглянется! Грымза!»

Ещё секунда, и он выложил бы ей всё, а потом бы волоком потащил дальше, но… наткнулся глазами на руки, судорожно мнущие подол платья, заметил мучительно покрасневшую щеку, сам неизвестно от чего покраснел и отвернулся.

– Может быть, привал?

– Нет, – девушка тщательно расправила помятое платье, оперлась ладонью на стену и встала, – куда теперь?

Доре подавил вздох и тоже поднялся.

– Придется сделать крюк. Мы выйдем туда же, но позже… Вы не замерзли?

Этьена отрицательно передернула плечами и невольно поёжилась. Жан присел, покопался, отвязывая вещи от сумки, снова выпрямился.

– Одевайте, – натянул на неё поверх её плаща свой, быстро закатал рукава, сначала хотел застегнуть, потом усмехнулся и просто обмотал её полами, после чего ещё и несколько раз обвязал поясом, – вот так, – избегая смотреть в лицо, поправил воротник.

– Не надо, – попыталась запротестовать Этьена.

– Надо, – подобрал с пола свой пиджак, – здесь всегда было холодно, – вскинул сумку на плечо, – Пошли?

– Да.

Минут через десять миновали крохотную пещерку, после которой резко увеличился наклон пола. Стало холоднее. Жан покосился на мерно шагающую Этьену и незаметно застегнул пиджак.

– Скоро спуск закончится… потом будет комната, похожая на сундук…

Настраиваясь на удобный для ходьбы ритм, он опять пытался что-то рассказывать, поднимал повыше фонарь, демонстрируя округлые своды пещер, отметки на стенах, ниши, остатки деревянных крепежных растяжек, спуски, повороты… Словом всё, что позволит хоть как-то отвлечь внимание.

Перед очередным разветвлением Доре приостановился, кивнул вглубь широкого коридора, хотел что-то сказать, но во время прикусил язык: «Незачем».

Действительно, незачем. Абсолютно незачем сообщать, что в каких-то метрах от них вся галерея чуть ли не по пояс завалена расчлененными скелетами.

«Лучше не пугать, – опуская фонарь, он осторожно покосился на Этьену, сосредоточенно идущую рядом, – устала. Ещё бы… потерпи, уже скоро».

Отсюда, от района подземных кладбищ, до Нотр-Дама уже рукой подать.