Горькие травы. Книга 1. Лунное стекло - Иар Эльтеррус

– Твою маму, – пробормотал Саиш. – И чего? При чем тут госпиталь и устав?

– При том, что нам приказано идти ловить шарл. Всем коллективом, – Илья вывел перед всеми текст приказа. – А согласно уставу я не имею права оставлять госпиталь пустым. Тут должно быть как минимум пятьдесят процентов состава. А лучше шестьдесят, но пятьдесят это нижний порог.

– Я в город не пойду, – отрицательно покачал головой Дослав. – Чего мне с мелкими делать?

Под «мелкими» он имел в виду местных людей, разумеется.

– Я тоже, – согласился Руби. – И Поль не пойдет. Он мороза не любит, черные люди вообще теплолюбивые.

Поль был негроидом и тепло действительно любил. Он как-то признался, что ему комфортно «в двух местах на этом свете». Дома, с семьей, и в реанимационном блоке, на работе. Он даже на улицу старался поменьше выходить, вот уж кому, а ему ни озеро Лубенское, ни холодная зима не нравились совершенно.

– Работнички… – проворчал Илья. – Не в любви к теплу дело! До вас не дошло, что это за шарлы?!

– Пока что нет, – честно ответил Ит, и все согласно закивали. – Ты объясни толком, в чем проблема-то?

– Да в том, что это преобразующие ремонтники!!! Для особо одаренных объясняю – шарлы тупые и считают, что корабль до сих пор на месте! Для ремонта живой обшивки они используют белковые соединения. Любые!!! Чаще всего – «хвосты» своей же цепочки! Или белок. Живой белок. Которым их корабль кормит, для ремонта и поддержки себя же! Не доходит?

– Так, – Фэб напрягся. – Корабля нет, и кормить их некому. А белок им нужен… И этот подарок сейчас гуляет по городу?

– Угу, – мрачно кивнул Илья. – Хоть кто-то допер. Спасибо, мироздание.

– Они же людей поубивать могут, – Ит встал, Скрипач и Кир поднялись следом. – Илья, они большие?

– Мелкие. «Цепочка» длиной метра полтора, не больше, а по отдельности каждая шарла – это пятнадцатисантиметровая хреновина толщиной в карандаш. В исходном состоянии, конечно. Преобразовываются они во что угодно, сплющиваются, растягиваются, сжимаются… ну робот и есть, тут и так все ясно.

– И чем это можно убить? – поинтересовался Скрипач.

– Не убить. Уничтожить. Шарлы живыми не считаются, это не организмы… – Илья кашлянул. – Убить можно, но, насколько я знаю, с боевым оружием тут умеют обращаться только те, кого я вызвал. Кто-то лучше, кто-то хуже, – он зыркнул в сторону Дослава. – Ну так что? Кто пойдет?

– А как же приказ? – нахмурился Саиш. – Велено всем идти.

– Мало ли что велено! У меня устав, который этот приказ не отменяет! Мужики, повторяю еще раз – кто пойдет?

– Я думаю, мы вчетвером справимся, – Фэб посмотрел на Кира, тот кивнул. – Рыжий, Ит, как считаете?

– Пятнадцать объектов, нас четверо… – Ит что-то прикидывал про себя. – За сутки, думаю. Если получится, то и раньше. Илья, они быстрые?

– Достаточно быстрые, – кивнул тот. – Ммм… как змея, ну, может, немногим быстрее. Этот подвид ремонтирует внешнюю обшивку, им скорость нужна, но не такая, как регенераторам, например. То есть на место они приходят быстро, а потом закрывают собой и преобразуются. Ну, это как пластырь такой получается из них.

– Ясно, – Фэб огляделся. – Ит, рыжий, нам нужен план города. Кир, давай за оружием с Ильей. А я сварганю нам что-нибудь полезное, чтобы не спать сутки.

– Давайте возьмем у Бертика машину, – предложил Скрипач.

– Давайте вы вначале возьмете у меня биосканер, – посоветовал Илья. – Но с начальства я просто охреневаю. Это где такое видано, чтобы врачей посылать за шарлами гоняться?! Боевиков нету, что ли?

– Илюш, отряд боевиков официалки в Сосновом Бору – это было бы слишком, – засмеялся Ит. – Нет у тебя защиты универсальной, а не био? Там мороз – минус двадцать пять.

– Био тоже нужна, – возразил Илья. – Зивовская. Ты хочешь, чтобы тебя сожрали? Это запросто. Если тебя ужалят одновременно пятнадцать сегментов, то минут через десять можно будет заказывать музыку.

– Понятно, – кивнул Ит. – Ладно, учтем.

* * *

Берта приехала за ними быстро, несмотря на то что было раннее утро. Она всегда вставала в семь, самое позднее в восемь (выходные не в счет), этот ритм был ей привычным, изменять ему она не собиралась, несмотря на то, что работала сейчас дома. Чашка кофе, гимнастика, и работать – завтракала она часов в десять, а то и позже, а обеду предпочитала чашку чая с чем-нибудь необременительным, типа яблока или апельсина.

Гимнастику ей разработал Фэб и приучил делать ее ежедневно, вне зависимости от настроения или желания. Первый год они тренировались вместе, Фэб наиподробнейшим образом рассказал, какое упражнение в комплексе для чего нужно и почему это нужно именно ей. Он еще во время жизни на Окисте вплотную занялся здоровьем семьи и программу тренировок сделал для каждого…

– …Ох, ребята, вы не представляете, какая это тоска, вот так сидеть. И не маши руками, рыжий, ты раз в жизни так сидел, и то спасу от тебя не было, – она вела медленно, дорога за городом была расчищена лишь местами, и Берта сейчас осторожничала. – Я же собиралась на Новый год в Питер уехать, если вас не отпустят. Нет, ну серьезно! Ну что мне тут совсем одной делать? А там Джессика с Ромкой…

– Это, конечно, тоже вариант, – неуверенно ответил Ит. – Но, может, отпустят? Ты не торопись пока, хорошо?

– Родной, я не буду торопиться, но я тоже живой человек. Не идеальный, но живой.

– Идеальный, – тут же возразил Ит. Привстал, чмокнул ее в макушку, куда получилось.

– Ит, я так приеду в дерево, – предупредила Берта.

– Не надо в дерево, – попросил Кир. – Нам на этой машине еще охотиться сегодня.

– А мне на ней еще незнамо сколько ездить! Слава тебе господи, город, – сообщила она, выруливая на основную дорогу. – Дорога без фонарей, да еще и зимой, это ж кошмар.

– Ну, кому как, – философски заметил Скрипач. – Вот лично я все прекрасно вижу.

– Что у тебя с работой? – поинтересовался Фэб.

– Нет работы. Сижу в Сети, читаю все подряд. Нашла ресурс какой-то, на котором народ рассказы выкладывает, сейчас исследую. В девяноста процентах случаев такая медвежуть, что обхохотаться можно, я Джесс с Ромкой давала ссылку, так Ромка потом сказал, что у мамы была икота от смеха, даже воду пить ходила на кухню. Но попадаются и довольно интересные вещи.

– Например? – Скрипач чихнул.

– Ну, позавчера вот нашла… Небольшая совсем сказка, сильно обгаженная доброжелателями в комментариях. Но почему-то зацепила, – Берта остановила машину на светофоре. – Там всей сказки две странички. Жила девушка, и у нее было лунное стекло. Через которое, если смотреть при свете луны, можно было увидеть правду. Допустим, идет парочка по улице, парень и девушка, и вроде бы все у них хорошо, а посмотришь через стекло и видишь, что девушку интересуют только деньги, а парня – только какая-то грязь. Или идет старик, а смотришь – он великий воин, который так воином и не сумел стать. Или идет красавица, которая внутри как гнилое яблоко. Какая-нибудь простая женщина оказывается великой актрисой, которой не дали реализовать себя, а сделали… ну, обычной, как все. В общем, в таком духе. Стекло, которое показывает правду. Про весь мир. И девушка ходит по миру и смотрит на него через это стекло. И понимает, что мир вывернут наизнанку…