Серв-батальон - Андрей Ливадный

Инфраструктура секретных баз Анкора была фактически уничтожена, противокосмическая оборона вторично прорвана, и теперь неуловимый серв-батальон получил реальный шанс ускользнуть с планеты.

Залпы произведенные "Фалангерами" из-под защиты фантом-генераторов нового поколения не было никакой возможности ни предотвратить, ни предугадать, а секунды, отпущенные на противодействие, оказались потрачены впустую.

Хуже всего: адмирал понятия не имел чего ожидать через минуту? Соединение противника, словно мифический Феникс, восстало из пепла, произвело еще один неожиданный залп, и вновь закрылось щитом маскирующих полей.

– Ниллоу!

Ближайший соратник адмирала выглядел не менее усталым, измотанным, чем сам Липатов.

Появившись спустя минуту после вызова, он взглянул покрасневшими глазами на командира эскадры и доложил, не дожидаясь вопросов:

– Мы безвозвратно утратили два сегмента противокосмической обороны. Дыры латать уже нечем. Дислокация уцелевших станций исключает их эффективное применение в случае попытки силового прорыва подразделения противника через расчищенный "стартовый коридор".

– Твое мнение?

– Пора начинать подвижку флота. - Ответил Ниллоу. - Барраж истребителей без прикрытия тяжелых кораблей не даст желаемого результата. "Нибелунги" противника достаточно проявили себя, чтобы мы не строили иллюзий относительно исхода схватки между малыми кораблями и штурмовыми носителями.

– Оттягивая флот к планете, мы открываем точку гиперсферного всплытия!

– Да, открываем. - Согласился Генрих, тяжело глядя на суммирующие экраны. - Но цель противника - овладеть Анкором. Долго ли продержится эскадра, без поддержки истребителей, которые будут патрулировать зону низких орбит? Я считаю, что, только собрав в кулак все силы, закрыв брешь в обороне планеты, используя поддержку малых кораблей и уцелевших боевых станций, мы сумеем ликвидировать прорыв, уничтожить десант, и оказать достойное противодействие флоту противника.

– Ты учел риск повторной атаки со стороны "Фалангеров"? - С сомнением переспросил адмирал. В мыслях он приходил к тем же выводам, что и Генрих, однако Липатову не хватало толики решимости на принятие единоличного решения.

– Анализ данных указывает, что противник израсходовал сто процентов тяжелых ракет.

– Уверен?

– Да. Есть, конечно, риск, но, выводя "Элиот" на орбиту бомбометания, мы активируем глобальную систему противоракетной обороны. Крейсер не боевая станция. У нас каждый сантиметр брони защищен лазерными установками ПРО.

Липатов задумался, затем кивнул. Продолжать прения бессмысленно. Два поврежденных фрегата не в состоянии произвести бомбометание, значит, остается только флагманский крейсер.

Адмирал еще не признался самому себе в том, что больше всего на свете он сейчас опасается не гипотетической атаки вражеского флота, а того, что серв-батальон, заставивший его пережить худшие часы в своей жизни, поставивший под сомнения его качества, как командующего эскадрой, сумеет ускользнуть с Анкора.

Нет. Я сотру их в пыль. Пусть ради уничтожения батальона, вновь скрывшегося под вуалью фантом-генераторов, придется пойти на удар по площадям - он без колебаний отдаст необходимый приказ.

– Я согласен с твоими доводами, Генрих. Выводи крейсер в зону низких орбит. Построением остальных кораблей эскадры я займусь сам.

…

– Противник начал подвижку флота!

Доклад Дитриха прошел на фоне злого недоумения комбата. Шмелев не понимал, почему нет отклика от штурмовых носителей? За истекшие пять минут те должны были появиться, но пока от Горелова нет никаких известий.

Связь с "Хоплитами", выдвинувшимися в район побережья не принесла ясности. Слабые засечки от укрывшихся на дне океана штурмовых носителей не проявляли активности.

Может, мой приказ не прошел через систему "высеянных" по площадям ретрансляторов?

Сомнительно. Аппараты надежные и неприхотливые.

Ну, где же ты, полковник?!

…

Горелов наблюдал, как медленно закрывается крышка консервационной камеры.

Он ощутил толчок, затем слабое покачивание, - выброшенная из шлюза капсула с человеком внутри медленно опустилась на дно океана.

Внутри камеры взвихрился приторно-сладкий газ, и Горелов, сделав вдох, почувствовал, как тускнеет сознание.

Штурмовые носители еще несколько секунд неподвижно лежали на дне, затем получившая командные полномочия кибернетическая система флагманского "Нибелунга" транслировала по сети четкие распоряжения.

Грозные космические корабли вышли из режима энергосбережения.

С ощутимой вибрацией заработали водометы. Мощные струи воды создали реактивную тягу, и семь "Нибелунгов" начали медленно всплывать. Двигаясь практически бесшумно, они через минуту достигли поверхности залива.

С берега океан контролировали датчики прибрежной группировки сил планетарной обороны. Бесстрастные приборы зафиксировали семь неопознанных объектов, появившихся над водной гладью, словно всплывшие из глубин фантастические обитатели океанической бездны, - волны бились о борта штурмовых носителей, вода скатывалась по бронеплитам обшивки, но из-за работы фантом-генераторов системы наблюдения за побережьем не сумели произвести правильного распознавания целей.

Пока по сети передавались доклады и запросы, штурмовые носители, словно стая китов, не нарушая строя, устремились к мелководью.

Как только днища "Нибелунгов" продавили песок прибрежной полосы, участь систем наблюдения и связи противника была предрешена. Отключив водометы, штурмовые носители перешли в режим боевой планетарной тяги.

Залив вскипел. Тысячи тонн воды испарялись, окутывая густыми клубами пара сотни квадратных километров, термальный всплеск и выброс пара тут же зафиксировали все сканеры, как наземного, так и космического базирования, но роковое событие происходило слишком быстро, - крейсер "Элиот" только вышел в зону низких орбит, а "Нибелунги" прикрываясь облаком пара, осуществили отрыв от поверхности Анкора.

Разделившись, они заняли разные эшелоны высоты, начиная отрабатывать из орудий и ракетных комплексов по всем оказавшимся в радиусе поражения целям.

…

Ну, наконец…

Шмелев испытал неописуемое облегчение, когда из-под прикрытия образовавшегося прямо на глазах выброса пара ударили орудия штурмовых носителей.

– Дитрих, что у нас со связью?! Почему не отвечает Горелов?!

– Понятия не имею.

Связи не было, но на суммирующих тактических экранах, куда поступала информация, снятая сканирующими комплексами, поведение "Нибелунгов" выглядело адекватным ситуации. Штурмовые носители, создав еще один очевидный очаг напряженности, расположенный в трехстах километрах от зоны атаки "Хоплитов" батальона, разделились на две группы. Четыре носителя образовали прикрытие, одновременно угрожая любым кораблям противника в зоне низких орбит, в то время как остальные под прикрытием маскирующих полей устремились к заранее оговоренной точке встречи с машинами батальона.