Верните меня на кладбище - Ольга Романовская

Отметив галочкой еще один пункт в ежедневнике, самом настоящем бумажном, с пометкой «досрочно», Верховный некромант перешел к выполнению следующего дела. Оно мозолило глаза целых три недели – слишком долго, по мнению Мориса. Ежедневник на то и ежедневник, чтобы к следующему утру вычеркивать все записи предыдущего. Теперь досадное дело получило имя Кары. Бедняжке не повезло вторично, в мыслях графа она неизменно стояла в паре именно с этой эмоцией. Зато теперь ее вызывала не сама воскресшая покойница, а третьи лица. Уже прогресс. Если и дальше так пойдет, Кара дослужится до радости или даже гордости, что равносильно ордену на грудь и титулу в метрике.

Госпожа Барк обнаружилась там, где ей и полагалось находиться – на кухне. Сосредоточенная, она медитировала над кулинарной книгой, надеясь превратить печатные строки в съедобное нечто. Несъедобное валялось в мусорной корзине и категорически не устраивало молодую женщину. Граф отмел бы и удобоваримое, но перепрыгнуть через уровень и сотворить сразу божественное Кара не могла.

– Позвольте вас ненадолго отвлечь.

Морис принюхался и решил, что ужинать дома не станет. Он уважал тягу к экспериментам, но ставить их на себе не разрешал. Простые блюда удавались Каре легко, только вот она затеяла сложное.

– Простите, милорд!

Молодая женщина заложила книгу ложкой, чистой, разумеется, и живо обернулась к хозяину. В голове вертелись два сценария развития событий, разум по многовековой традиции выбирал худший. Видимо, чтобы на его фоне остальное казалось подарком судьбы.

– Я подумал, вам здесь не место.

План не сработал, сбывался худший сценарий! А ведь Кара ничего не разбила и не успела накормить некроманта стряпней. Неужели он умел видеть сквозь этажи и почуял неладное? Правы люди, краткость – сестра таланта, а простота – синоним стабильного дохода. Но Кара не спешила бросаться в ноги благодетелю и молить оставить хотя бы помощницей половой тряпки. Сначала надо выслушать, а уже потом действовать.

– Возвращайтесь-ка вы во дворец, – нанес удар некромант.

План «А» с шумом треснул и рухнул в тартарары, увлекая за собой план «Б» и другие буквы алфавита. Слова закончились, остались только эмоции.

– А мне дворянство присвоили? – наконец выдавила из себя Кара.

– Почему? – не понял Морис.

Он прошелся по кухне, с интересом посматривая по сторонам. Почти как лаборатория зельеварения, только последствия провалов не столь плачевны.

– Потому что остальных мещанок уже выгнали. Сомневаюсь, будто прошедшие проверку, продержались больше одного конкурса. Зато люди довольны, якобы получили шанс на королеву из народа.

Кара сознавала, надо было промолчать, но чего уж теперь! Разберет Верховный некромант на косточки, так разберет, не бить же его сковородой по голове для временной амнезии. Так можно пойти по нисходящей, достаться не собакам, а червякам.

Граф сначала нахмурился, а потом усмехнулся. Зачем сердиться, если Кара только что продемонстрировала самое важное качество агента – мозги.

– Давно догадались?

– Сразу же, милорд. Я в сказки с детства не верила, поздно начинать. Записалась на отбор только для того, чтобы встретить вас.

– А утверждаете, будто не верите! – от души рассмеялся Морис. – Чем не сказочный принц?

– Простите, милорд, но нет. Можете прямо тут закопать, не принц. Тем более не сказочный.

– Что так?

Верховный некромант подошел ближе. Теперь он хорошо видел кулинарную книгу, общение с которой закончилось для молодой женщины сокрушительным фиаско. Собственно, как и у Турса Абри с его талмудом. Правило везде одно: выше головы не прыгнешь. Телятина под соусом вполне съедобна, зачем пытаться угнаться за дворцовым поваром?

– Долго объяснять, – уклонилась от ответа Кара, – и очень жить хочется.

– Я сегодня добрый, помилую.

В Морисе взыграло любопытство. Он не отстанет, пока кухарка не скажет.

– Ладно, – сдалась молодая женщина и напомнила: – Вы слово дали!

Список оказался обстоятельным и подробным. К середине граф заскучал. Он уже не настаивал на звании сказочного принца, но Кара любое дело доводила до конца и упрямо перечислила все пункты.

– Да вы конкурентка Розалины Фера: такая же редкостная зануда! – когда она наконец закончила, прокомментировал Морис.

Госпожа Барк не обиделась и обратила его слова в комплимент:

– Я во всем редкостная, милорд, обстоятельства обязывают.

– Тогда и с моим заданием справитесь. Сможете блистать, покорять и хвастаться платьями, из-за которых вы устроили знатный скандал. Заметьте, все за неплохое вознаграждение. Или половник милее?

Как истинная женщина Кара предпочла платья и уже через час превратилась в агента его милости Верховного некроманта. Разумеется, преображение произошло не на кухне, а в кабинете владельца дома, куда молодая женщина ступила как человек, а не предмет кладбищенского пейзажа. Задание показалось ей трудным, но интересным и важным. Раз так, можно чуточку потерпеть старшую даму дворца и спесивых аристократок. Если одна из них окажется злодейкой, Кара и вовсе получит моральное удовлетворение.

– Осторожнее, в открытые конфликты не вступайте! – наставлял Морис. – Ваша задача – наблюдать и обо всем мне докладывать.

– А если короля начнут убивать или станут душить участниц подушкой, тоже наблюдать?

– Гвардейцев позовете.

– Подсвечником по голове надежнее, – авторитетно заметила Кара. – И быстрее.

Вот сидит перед тобой милая женщина, а внутри нее столько кровожадности! Примерно так подумалось графу, но подсвечник он разрешил. Каре лучше ничего не запрещать: и сама целее, и окружающие.

– Только у врагов ножи и магия, – предупредил некромант.

Кара выразительно глянула на него.

– Что? – немного нервно рявкнул Морис.

Не любил он, когда в глаза долго смотрели.

– Так у меня есть вы, милорд. Оживить труп легче и быстрее, чем исправлять чужие недоделки.

Вот ведь… язва!

– С чего вы взяли, будто мне захочется тратить на вас силы?

Разговор превратился в словесную дуэль. Верховный некромант вынужденно признал, что получал от нее извращенное удовольствие.

– Информация. – Кара постучала себя по голове. – Зомби к связным мыслям не способны, духи частично теряют память, я читала.

Где, когда и, главное, почему Морис спрашивать не стал. Оставалось надеяться, интерес к загробному миру проснулся в госпоже Барк после смерти.

– Переиграли! – Граф признал свое поражение.

Кара торжествующе улыбнулась. Молодая женщина понимала, победа над Верховным некромантом, пусть и в мелкой словесной перепалке, дорогого стоит. А родные утверждали, будто она только на деторождение сгодится… Ну и так, дойной коровой для исполнения чужой мечты поработает.