Скромная семейная свадьба - Тина Лукьянова

– Но они могли его и во Фринштаде заключить, – возразила я. Правда, чисто из вредности, так как была уверена, что Андрес прав. – Там этот отдел намного крупнее, меньше вероятности, что запомнят.

– Да и здесь никто запоминать не будет, – возразил Андрес. – А чтобы сделать это во Фринштаде, ей пришлось бы съездить туда дважды. Сначала записаться, так как это можно сделать только лично, а потом прийти на саму процедуру регистрации. Вряд ли у нее могло это получиться незаметно.

– Можно воспользоваться телепортом, – возразила я, хотя почти наверняка знала, что Тереса этого делать не стала бы. Наличными деньгами родители никогда нас особенно не баловали, а если Андрес прав и Тереса нанимала мага для приворота, то у нее каждый эврик на счету был.

– Можно, – недовольно согласился Андрес. – Но давай сначала проверим тут?

К этому времени мы совершили почти полный круг и почти вернулись к месту, где вышли из экипажа по приезде в Кестию. К центральной площади, на которой и проходило основное движение в этом маленьком городке, – там была станция дилижансов, телепортационный пункт и, конечно же, ратуша. Выходить на открытое место мы не торопились – слишком свежо еще было воспоминание о наших недавних попутчицах и об их любимых котиках. Но фьордин Нильте не было видно, так что появилась надежда, что на сегодня разговоры о живописи закончены.

В ратуше было сумрачно и прохладно. И так тихо, что я даже подумала, что мы опоздали и все уже разбежались по маленьким кафешкам, которых в центре Кестии предостаточно. Но нет, в отделе регистрации магических договоров сидела фьордина неопределенного возраста и меланхолично подпиливала ногти. Рядом с ней стояла бутылочка с ярко-лиловым лаком, которым она еще не воспользовалась.

– Добрый день, фьорда, – приветствовал ее Андрес и широко улыбнулся.

– Добрый день, – ответила она неохотно, посмотрела на нас безо всякой улыбки и даже пилочку не отложила. Рассматривала она нас как неприятную, но временную помеху. – Вы не по адресу. Регистрация браков на втором этаже направо.

– Э-э… – Андрес явно растерялся. – Но мы, собственно, не туда, а к вам. Нам нужна информация.

– Жаль, что не туда, – вздохнула она и отложила пилочку. – Что вы хотели у меня узнать?

– Некоторое время назад, – уверенно сказал Андрес, – фьорда Тереса Венегас заключала магический договор. Нам нужна точная дата.

Фьордина посмотрела на нас еще менее дружелюбно.

– А кто вы такие, чтобы задавать подобные вопросы?

– Я ее сестра, – пришлось пояснить мне. – Саму Тересу вчера убили. Вы же даете такую информацию родственникам?

По всей видимости, слухи об убийстве уже дошли до ушей этой достойной фьордины, так как вопросов она больше не задавала. Да и немудрено, городок у нас маленький, серьезные преступления бывают очень редко и сразу становятся достоянием общественности.

– Даем.

Ответила она так же неохотно, протянула мне артефакт идентификации, посмотрела результат, после чего начала заниматься непосредственно поисками, которые и заняли у нее все оставшееся до обеденного перерыва время. Мы стояли, переглядывались с Андресом, улыбались. Пару раз он задумчиво посмотрел на потолок, в правую его часть. Возможно, прикидывал, успеем ли мы туда до перерыва. Мое сердце опять преисполнилось надеждой. В конце концов, я уже ответила ему согласием.

– Вот. – Фьордина протянула мне листок, на котором были записаны номер договора и дата.

– А с кем был заключен договор? – вместо благодарности спросил Андрес. – И о чем?

– Здесь не указано, – ответила она. – Мы записываем только обратившегося. По закону только при желании сторон фиксируется содержание договора и полные имена его заключивших.

– А вы, случайно, не помните?

Андрес ей улыбнулся как-то так по-мужски, что фьордина растаяла и улыбнулась ему в ответ, а меня посетило легкое чувство ревности. Легкое – так как к этой даме ревновать было глупо, но ведь он так наверняка не только ей улыбается.

– Так два месяца уже прошло, – ответила она. – Я даже не вспомню, женщина это или мужчина. Мне кажется, фьордина, но я не уверена.

– Огромное вам спасибо, – разочарованно сказал Андрес и потянул меня на выход.

На второй этаж он больше не смотрел, так что вскоре мы оказались на улице.

– И что теперь? – спросила я. – Про договор ты и так догадался. Номер и дата нам ничего не говорят.

– В Сыск отнесем, – ответил он. – У них возможностей больше.

В местном отделении было пустынно. Дежурный с важностью заявил, что все в разъездах, а капитан Суарес появится не раньше обеда. До обеда времени оставалось не так уж и много, была слишком высокая вероятность, что с капитаном мы можем разминуться по дороге. Он же пользуется служебным телепортационным артефактом, а значит, отслеживать его перемещения – дело неблагодарное. Более того – глупое. Так и сказал Андрес, увлекая меня в уютное кафе на соседней с отделением улочке.

– На голодный желудок плохо думается, – заявил он. – Что будешь есть? И пить?

– Что-нибудь безалкогольное, – твердо ответила я.

Еще одного бокала эльфийского вина я просто не выдержу.

– Правильно. Пить в середине дня, когда еще столько дел предстоит, – плохо, – глубокомысленно заявил Андрес, изучая меню.

Мне стало ужасно интересно, о каких делах он сейчас говорит. Все-таки его задумчивый взгляд в потолок ратуши был очень красноречив. Но кроме взгляда, больше в этом направлении никаких шагов не было, что меня немного беспокоило. Вот и сейчас, после того как официантка ушла за нашим заказом, он лишь смотрел на меня и улыбался.

– Чем будем сегодня заниматься? – попыталась я прояснить этот вопрос.

– Постараемся найти договор, – разочаровал он меня. – Скорее всего, он у вас в доме.

– Тереса могла арендовать ячейку в банке, – предположила я.

– Насколько я помню, лишних денег у нее не было, – ответил он. – Так что, скорее всего, в доме. Не забывай, что-то искали у нее в комнате.

– Тебе так интересно поиграть в сыщика? – попыталась я его уколоть.

– Нет, – ответил он. – Но ведь надо же что-то делать. Следствие топчется на месте. Обвинение никому не предъявили, а что это значит, объяснять тебе не надо.

– Да, Суарес сказал, что у нас у всех был мотив, – подтвердила я. – И возможность.

– Мотив? У тебя?

– Я же ее ненавидела, – напомнила я. – Правда, сейчас это все кажется таким неважным.

И действительно, мои чувства к Тересе померкли, стали какими-то смазанными. Сестринская любовь не пришла, но и ненависть была уже какой-то ненастоящей. Она осталась в прошлом, и, наверное, это уже хорошо.

– Если бы ты ее могла убить, сделала бы это год назад, – возразил он. – А ты убежала, спряталась от проблем. Зря – они все равно тебя нашли.