Красный властелин - Сергей Шкенев

— Ну что же ты его со всей дури-то, а? — Барабаш со злостью сплюнул. — Чай, не глорхийских головожопцев бьёшь.

Профессор в ответ лишь засопел в темноте и подсунул под голову лежащему без сознания часовому обмотанное чистой портянкой полено, использованное в качестве оружия. Ну, не рассчитал немного, с кем не бывает? Тем более в таком деле опыта нет и лучше перестраховаться, чем попасться с поличным из-за неуместной жалости. Ведь старший сотник доходчиво объяснил, на что они идут и чем это грозит в случае неудачи.

А вот, кстати, и сам Медведик появился. Удивительно, но внушительное брюхо совсем не мешает ему ползать, а бесшумности движений позавидовала бы даже кошка. Обычно жизнерадостный командир недоволен:

— Почему так долго возитесь?

— Да вот… — Матвей показал на часового.

— Ну и что? Я за это время двоих сделал.

— Совсем?

— Ага, до смены постов не очухаются. Ну что, орлы, полетели?

На ограбление склада бывший старший десятник Матвей Барабаш согласился сразу. Ну, не совсем сразу, а после того, как командир манипулы заверил, что его интересует лишь нормальное оружие, новое обмундирование и провиант на тридцать два человека. Как раз на вверенное ему подразделение. И ничего лишнего, ровно столько, сколько положено по нормам военного времени, плюс троекратный запас на всякий непредвиденный случай. Так и сказал — мол, полагается, так отдайте, а заморозить людей или допустить голодные обмороки не позволяет фамильная честь потомственного… Тут Медведик спохватился и сделал вид, что закашлялся. Заканчивать фразу он не стал.

Склад располагался ровно на половине пути между лагерем заградительного отряда сотника Мартина и ближайшей станцией самоходов. После успешной операции командир манипулы планировал заявиться к военному коменданту этой самой станции, дабы ближайшим рейсом отбыть в городок Масюковщину, где и формировался их полк. Не самое лучшее средство передвижения, однако, но самое быстрое. До войны младшие братья «Левиафанов» не пользовались популярностью у путешественников из-за жуткой тряски при отсутствующих удобствах. И лишь нехватка времени заставляла людей сесть на открытую восьмиколёсную платформу с сиденьями, вместе с десятком других таскаемую лязгающим железом чудовищем. Со стороны это напоминало длинную связку сосисок, которую с урчанием прёт убегающий с ворованным богатством бездомный кот.

Впрочем, между самоходной поездкой и пешим маршем разумный человек всегда сделает выбор в пользу скорости. Матвей себя к таковым причислил после некоторого раздумья.

— Не отставайте, — командир проскользнул к воротам внушительного, заглублённого в землю амбара. — Смотри, какой забавный здесь замок.

Барабаш не находил в замке ничего забавного. Здоровенная штуковина весом в четверть пуда и с толстой дужкой — такой сбивать замучаешься, если вообще что-нибудь получится. Только охрану на ноги поднимешь… Вот бы где пригодились утраченные Баргузином способности.

Вольдемар Медведик смотрел на вещи проще. Покопавшись в карманах, он вытащил нож, подозрительно напоминающий такой же, висевший на поясе у командира заградотряда, и поковырял им в скважине. Выругался шёпотом и на замену ножу достал хитро загнутую проволоку.

— А если так? — в замке что-то громко щёлкнуло, заставив Барабаша вздрогнуть, и довольный старший сотник выдохнул. — Ну и во-о-от… Защита от честных людей, мать их.

— А мы?

— Мы самые честные, от нас никакая защита не спасёт. Открываем?

Матвей потянул створку, всей душой надеясь, что местные тыловики не стали экономить на смазке петель. И на самом деле не экономили…

— Профессор, не стойте столбом, проходите, — Медведик сделал приглашающий жест и первым шагнул внутрь. — И чем нас Триада вознаградит за беспримерную храбрость?

Триада им сегодня явно благоволила — ум соглашался с необходимостью небольшого нарушения закона. Честь не находила в этом ничего предосудительного, а совесть настойчиво советовала не мелочиться и брать всё с пятикратным запасом. А то, что не пригодится, можно будет потом выгодно обменять. Да хоть на те же огнеприпасы, которых, как известно, слишком много не бывает.

— Матвей, посвети, — старший сотник сунул Барабашу карманную огнеплюйку и тут же выругался, споткнувшись в темноте о какие-то ящики.

Особенностью личного оружия командиров, начиная с сотника (и предметом зависти младших по званию), являлась возможность использования его как фонарика. Всего-то и нужно переключить подачу энергии с кристалла на самый минимум и повернуть навершие ствола до щелчка, что бывший старший десятник и сделал. Широкий луч высветил полупустые полки.