Мой любимый зверь! - Ольга Гусейнова

Неловко вылезая из-под липучей, так и норовившей запутать меня ткани, я с облегчением отметила, что клеранцы стремительно выбирались из воды с отмели. Живы! Повезло, что не на глубине, успели выскочить. Не всем так повезло: одного бедолагу прямо за стропы утащила в воду какая-то тварь; еще двое рухнули слишком далеко от берега, через секунду там забурлила вода. Но предаваться кошмарам своей фантазии и горестно заламывать руки времени не было. Мы с Ровеной, схватив тубусы, пригибаясь, прячась в сухой траве, рвали когти, драпали, спасались. Шкура у нас одна. 

* * *

Постоянно озираясь и оглядываясь, поначалу на запинающихся, подрагивающих после прыжка с парашютом ногах, я старательно следовала за Ровеной. Почти шаг в шаг, хотелось бы думать тенью, но, увы, недовольно шипевшая напарница была права: я абсолютно неподготовленный «диверсант». Не зря силовики академии то с насмешками, то с откровенным презрением называли нас секретаршами. Мы действительно корпус секретарш, «не нюхавших пороху».

В голове мелькнула картинка нашего десантирования: «грузовой» отсек шаттла прошивают лучи лазера, они режут не только переборки, но и еще скованных скрепкой зеков, а те не могут ни уклониться, ни упасть; лицо ошарашенного абнзешника, который без парашюта летит в бездну стараниями Фалька; трагическое «приводнение» заключенных…

После нашего успешного приземления в крови кипел адреналин, но постепенно меня накрыло эмоциональным откатом: ведь все самое страшное еще впереди, нет никаких сомнений! Еще сильнее угнетал окружающий пейзаж, очень схожий по цвету с выданной нам робой. Потрескавшаяся каменистая почва перемежалась травяным покровом, пожухлым и редким. Чем дальше мы удалялись от океана, тем чаще встречались овраги и каменные глыбы. Приходилось обходить и те, и другие. Но вскоре каменная полоса сменилась более ровной территорией с невысокими деревьями и кривоватыми, изборожденными погодными условиями стволами и не слишком густыми кронами, которые все-таки укроют в жаркий день от палящего света.

Мы были на короткой стажировке в Африке на Земле. Та засушливая саванна с невысокими деревцами среди высокой желтой травы, каким-то чудом выросшей на, казалось бы, бесплодной каменистой почве, тянулась за горизонт. Вот и здесь местность похожая и дико пугающая. Даже юркие ящерицы, то и дело мелькавшие под ногами, и крупные жуки, громко жужжа, пролетавшие под самым носом, вынуждали шарахаться. Фу-у-у… ненавижу змей и насекомых!

Я выбилась из сил, когда Ровена, наконец, замерла на дне очередной лощины. Чутко прислушиваясь, она осмотрелась, медленно расслабилась. И непривычно тяжело опустилась в траву, за ней и я плюхнулась с рваным вздохом облегчения.

— Нам нужен план! — сипло заявила бывший майор, вытряхивая содержимое своего тубуса.

— Может вернемся и поищем клеранцев? — предложила я, надеясь на… в общем, на что-то надеясь.

Ровена удивленно уставилась на меня и желчно укорила:

— Решила долго не мучиться?

Я мотнула головой и попыталась достучаться до нее:

— Ну можно же объяснить, почему мы так поступили и тогда…

Ровена вскинула руку, пресекая мой лепет:

— Ты уже и так наделала массу глупостей, давай хоть раз мне поверишь для разнообразия, а? Клеранцы — не люди, пойми же. Они всамделишные, а не придуманные звери! Пусть не снаружи, но внутри — да! Не обольщайся тем, что на лайнере они вели себя цивилизованно, это лишь показуха во время охоты на добычу! Да-да, ты — добыча! А они — охотники! Ты в курсе, как ведет себя неприрученный зверь, которого смертельно ранили, но не успели добить?

— Мстит? — горько шепнула я.

— Преследует врага до последнего вздоха, чтобы убить! Убить того, кто пустил ему кровь! А ты… мы не только пустили кровь разумному зверю, мы лишили твоего любимого Райо всего. Чести, достоинства, уважения! Сбежавший Нофаль наверняка доложил руководству, как они «докатились» до Фортана. А значит, я практически уверена, Клеран не будет стараться ради тех, кто бездумно последовал за женщинами, коварно предавшими, нет, заманившими и сдавшими, стоило ступить на свою территорию. И ладно Райо, он заложник сердца и чувств, но остальные купились на сексуально озабоченную дамочку и как бараны пошли за мной, — зло хмыкнула Ровена. — Так что мы опозорили не одного — всех четверых официальных представителей Клерана, считай весь Клеран. Лишили лучших из лучших мужчин будущего, да всего лишили. Не обессудь, Птичка, может твой звереныш и простил бы тебя, но остальные — нет.

Я тоже вспомнила об этой стороне дела. Убито таращилась на Ровену и опять последними словами корила себя за то, что сама, своими руками довела ситуацию с Райо до точки невозврата. Поморщилась, чувствуя, как горит ступня, — натерла мозоль, ко всему прочему. Отвернулась, чтобы не смотреть в горящие злостью глаза напарницы и удрученно признала:

— Ты права, похоже, я и правда всего лишь недалекая секретарша: многого не знаю, не умею, не могу просчитать. Удивительно, почему ты до сих пор со мной? Зачем теперь так упорно помогаешь, если совсем недавно сдала меня Гонгу? Ведь одной наверняка будет проще.

— Знаешь, Пташко, я терпеть тебя не могу! — сплюнула Ровена в сердцах.

— Взаимно, Гриф, — ухмыльнулась я и, сделав усилие над собой, почти искренне улыбнулась, — давай, признавайся, почему ты меня до сих пор не бросила на произвол судьбы?

Пока Ровена-кошка сверлила меня недобрым, прищуренным взглядом, наверняка размышляя, продолжать ли душеспасительную тему, я заметила в метре растение, похожее на земной подорожник. Это шпаль. И свойства его схожи с подорожником. Потянулась и, сорвав широкий гладкий лист бурого цвета, тщательно протерла.

— Совсем сдурела? Хочешь занести какую-нибудь заразу и остаться без ноги? — возмутилась Ровена, глядя как я разувалась.

— К счастью, курс по географии в академии нам читал лектор, увлеченный своим предметом, он достаточно подробно рассказал про флору и фауну Драуна с видеокурсами. Благодаря ему, о местных растениях и живности я кое-что знаю, — успокоила я напарницу, снимая тонкий, дешевый, наверное, одноразовый, носок.

Аккуратно обернула покрасневшую пятку листиком и надела на редкость грубый ботинок. Остается надеяться, что крепкий.

— Неужели ты хоть о чем-то полезном знаешь, — пробурчала Ровена, доставая пищевые брикеты.

Да, время за полдень, из-за беготни и нервов я сильно проголодалась. Тем более, предупредили, что упаковка скоро разложится, нет смысла беречь еду. Пока жевали, подруга по несчастью все-таки призналась:

— Я плохо переношу одиночество…

— Еще бы, надо же куда-то яд сцеживать, — согласилась я.

Ровена скрипнула зубами и усмехнулась:

— Не спорю, ты идеальная кандидатка. Признаться, я предпочитаю общение с образованными и порядочными людьми, а не теми отморозками, что здесь обитают. Это к вопросу о том, почему я все еще рядом с тобой. И кстати, ты не настолько безнадежна, подготовка у тебя какая-никакая есть — значит вдвоем выживать будет проще, чем в одиночку.