Записки злой ведьмы. Последняя из Алых Маков - Екатерина Вострова

Они оба взяли по наполненному фужеру и, отсалютовав друг другу, молча пригубили вино.

– Я говорю не только о войне, – продолжил Дор. – Даже то положение, в котором вы оказались. Это несправедливо.

Она вздохнула. Тяжесть положения казалась особенно ощутимой, когда на неё указывали прямо. Станислав сочувствовал, и от этого значимость пережитых страданий, казалось, возрастала.

Она поблагодарила мужчину, и они выпили ещё немного. Дор наполнил опустевшие бокалы и, возвращаясь на своё место, неожиданно спросил:

– Роза… Вы ведь хотите прекратить войну?

– Я думаю, любой разумный человек этого хочет.

– Да, конечно, вы правы. Любой разумный человек. Верно подмечено. – Он ненадолго замолчал. – Я до сих пор не выразил вам соболезнования по поводу смерти вашего мужа. Михаил был золотым человеком… Какой полёт мысли. Гений политических комбинаций. Потеря для нации.

– Спасибо вам, – горло перехватило. Она часто-часто заморгала, пытаясь удержать непрошенные слёзы. Это был первый раз, когда кто-то сказал о Михаиле что-то хорошее после его смерти. Не побоялся гнева Князя и сказал, что сожалеет. – Ваши слова очень много значат для меня. – Она с благодарностью посмотрела на Дора, стараясь взглядом выразить своё признание. – Надеюсь, у вас не будет проблем из-за этого.

– Никто не знает, что я здесь. Мои стремления искренни. Я действительно беспокоюсь о вас. У меня есть друг, Дора. Один из служителей главной Халуги. Он может помочь вам. Когда пойдёте туда, возьмите с собой розу как знак вашего имени. Алую. Как символ утерянного. Он вас узнает.

Роза невольно вздрогнула. Перед глазами вновь вспыхнул образ беснующейся Анастасии, выкрикивающей ругательства и проклинающей Мико. Алый цвет теперь стойко ассоциировался с грязью и болью.

– Я не думаю, что это хорошая идея. Простите. – Она поспешно осушила свой бокал и поставила его на столик. В ушах всё ещё звучали призывы Анастасии к Эфиру.

– Я не хотел вас расстроить, Роза. Простите, если мой визит причинил вам беспокойство. – Дор встал и низко поклонился.

Не прошло и десяти минут, как Станислав отбыл, оставив женщину одну в расстроенных чувствах. Она вспомнила Михаила и всю свою прошлую жизнь, казавшуюся теперь чем-то далеким и нереальным. Прошедший разговор был живым доказательством того, что беззаботное и счастливое время действительно существовало.

На следующий день было запланировано очередное собрание Лучших Людей, и с самого утра надлежало отправиться в замок. Заходя в тронный зал, она заметила маленькую кареглазую девчушку, выбежавшую оттуда с какими-то свитками. Дор Станислав был всё так же любезен и вежлив. Остальные Доры по-прежнему старались её не замечать. Князь сидел во главе стола и устало рассматривал своих вассалов. Это было странно, ведь обычно он предпочитал стоять.

В этот раз обсуждали успехи Константина и его отрядов. Тому удалось разбить людей принца Ричарда, но Держава отправила в сторону Осеннего леса ещё пять тысяч человек, и положение на юге страны стремительно ухудшалось.

– Всё было бы гораздо проще, если бы Константину удалось захватить принца в плен. – Дор Антон как обычно сидел справа от неё и никогда не смущался вставлять свои комментарии, перебивая других. Если, конечно, говорил не Князь.

– Это бы разозлило Державу ещё больше, – возражал один из Доров, имени которого Роза никак не могла вспомнить. Судя по фамильным чертам, высокому лбу и вытянутому лицу, он принадлежал к Дому Серой Скалы или был с ним в близком родстве.

– Разозлило? Вы уверенны, что хотели сказать именно это? – Кукушка повысил тон и даже слегка вытянулся на своём месте.

– Я всегда уверен в том, что говорю. – Дор надменно скрестил руки, зло уставившись на оппонента.

– Прошу, друзья мои, не нужно так шуметь. – Князь, зажмурившись, помассировал виски указательными пальцами. – Ваш спор не имеет смысла. Здесь нет Константина, чтобы предъявить ему претензии по поводу упущенного заложника. У нас есть какие-нибудь официальные комментарии от Державы? – Он обернулся к Станиславу, ожидая ответа.

– Только то, что я вам уже показывал, Мой Господин. Их требования не изменились.

– За исключением того, что у них новый претендент на трон?

Станислав коротко кивнул, инстинктивно втянув голову в плечи. Кажется, он и сам не заметил своего невольного жеста.

Роза замерла, внимательно прислушиваясь к разговору. Остальные присутствующие, видимо, тоже не были в курсе происходящего. Только Антон расслабленной позой и вежливой улыбкой показывал, что ему, как и всегда, давно известны любые секреты.

– Регина из Дома Алых Маков заявила о своих правах на трон. После смерти дочери она остаётся единственной наследницей этого Дома, – спокойно пояснил Князь.

– Это, конечно, очень неожиданно, но ничего не меняет. Народ любит вас, мой Князь. – Дор Максимилиан, сидящий с краю стола, заговорил впервые с начала собрания.

– Народ любит сытые животы и мирную жизнь, – строго сказал Князь. – В случае, если Держава продолжит увеличивать число наступающих отрядов, единственным нашим выходом будет заманивать их в глубь страны. Это сорвёт сельскохозяйственные работы, помешает собрать урожай и может обернуться голодом. После этого народ посадит на трон любого, кто кинет им горсть зерна. – Он переводил взгляд с одного на другого, а затем обратился к Станиславу. – Что с подготовкой к торжеству по случаю объявления меня единственным законным правителем?

– Мой Господин, у нас запланировано несколько театральных представлений на народной площади, а также было предложено устроить факельное шествие горожан.

– Факельное шествие? – Задумчиво повторил Князь. – Хм… Мне нравится.

– Только вот у меня возникли вопросы по поводу объявления. Можно было бы устроить красивую церемонию. Коронация была бы отличным завершением. Корона вам будет к лицу, и потом…

Князь резко обернулся, от чего мужчина замолк на полуслове. Розе показалось, что остальные Доры тоже перестали дышать. Она не понимала, что могло вызвать такую реакцию, но даже Кукушка, казалось, побледнел.

– Я предупреждал вас о том, что следующий, кто заикнётся о короне, будет вздёрнут на Народной площади? – Голос был тих и спокоен, а на губах играла улыбка.

Он обращался ко всем Дорам, но Роза неотрывно смотрела на Станислава. Краска моментально слетела с его лица. Нижняя челюсть отвисла, а плечи стали подрагивать. Остальные, впрочем, тоже выглядели не лучше. Никто из них не осмелился что-либо сказать.

– Молчите… Неужели не предупреждал? Хм… – Князь притворно задумался, а потом с преувеличенной радостью сообщил. – Ну, значит, теперь все будут знать. Стража!

Двери распахнулись, и охрана, стоявшая за дверью, влетела в зал.

– Отвести его на площадь и повесить, – Князь ленивым жестом указал на Станислава.

Дор вскочил со стула и бросился в ноги к своему господину.