Зеркала судьбы. Скитальцы - Максим Удовиченко

Мара

В крошечной комнатке без окон не было никакой мебели, кроме широкого топчана возле стены. На нем лежал жесткий тюфяк, плоская от старости подушка и одеяло из грубой шерсти. Может, человеку такая обстановка показалась бы убогой, но мне было вполне достаточно. Я распустила стягивающую грудь повязку, улеглась, с наслаждением вытянулась и тут же уснула. Подумать над словами Лэя так и не получилось.

Казалось, я едва успела сомкнуть веки, как тут же была разбужена стуком в дверь. Вспомнив, что изображаю телохранителя, я вскочила, кое-как затянула повязку, вышла из своей каморки и приоткрыла входную дверь. В коридоре стояла молодая хорошенькая служанка. Девушка держала большой поднос, уставленный тарелками, источающими аппетитные запахи.

– Завтрак для леди эльфийки, – робко сказала она.

Слегка посторонившись, я пропустила служанку в комнату. Лэй еще спал, укутавшись с головой. Учуяв аромат кофе, он заворочался, сел в кровати и откинул одеяло. При виде того, что вылезло из постели, девчонка истерически взвизгнула и выпустила из рук поднос. Чтобы подхватить его, мне пришлось совершить головокружительный прыжок через полкомнаты и плюхнуться на пол. Успешно поймав наш завтрак, я обернулась полюбопытствовать, что именно напугало служанку, и сама едва не выронила поднос.

Лэй выглядел поистине жутко. Краска на лице растеклась, образовав черные круги вокруг глаз и красные, словно кровь – вокруг рта и на подбородке. Волосы почему-то превратились в серые сосульки, уныло свисавшие по щекам. В общем, представшее нашим взглядам существо ничем не походило на прелестную эльфийку, а скорее напоминало нежить, недавно перекусившую человечиной. "Наверное, краску надо было на ночь смыть", – запоздало догадалась я. Вслух произнесла:

– Ступай, скажи, пусть принесут бочку с горячей водой для леди Илиониры.

Оторопевшая девчонка замешкалась, и я, поставив поднос на стол, принялась осторожно подталкивать ее к выходу:

– Ступай, ступай…

– А чего это с ней? – округлив глаза то ли от ужаса, то ли от любопытства, уже у двери шепотом спросила девчонка.

Вот ведь сила укоренившихся представлений! Будь постоялица человеческой женщиной, служанка бы ничуть не удивилась ее утреннему виду. Но эльфийки должны быть прекрасны круглые сутки, и хоть ты тресни!

– Старая уже, – небрежно пояснила я. – Днем над физиономией помагичит – вроде красавица. А с утра вот такая просыпается…

– Что ты меня позоришь? – прошипел Лэй, когда хихикающая девчонка вышла.

– Для твоей же пользы, – ответила я. – Меньше будет ненужного внимания со стороны мужчин. А позоришь ты себя сам.

Выдернув эльфа из кровати, я водрузила его перед большим зеркалом. Мальчишка принялся проклинать всю краску в мире, чем очень меня развеселил. Вскоре принесли бадью с теплой водой и принадлежности для мытья. С трудом выпроводив служанку, которая рвалась помочь, Лэй с ругательствами принялся соскребать с себя остатки былой красоты.

Когда эльф отмылся, мы общими усилиями снова изобразили из него прекрасную леди.

– Поехали, чего уставилась, – пробурчал мальчишка.

– Куда именно?

– Телохранитель не должен задавать лишних вопросов, – войдя в роль, фыркнул Лэй, но, увидев подставленный к носу кулак, мирно пояснил:

– Надо изучить город и купить кое-что в лавках.

На конюшне споро запрягли лошадей в карету. Зверь и Нарцисс, не одобрявшие такого отношения к чистокровным скакунам, глядели угрюмо и норовили цапнуть конюхов.

Мы отправились в путешествие по Гемме. Это был красивый город, просторный и чистый. Он лежал на равнине, поэтому центральные улицы его были прямыми и широкими. Никаких холмов и змеящихся вокруг них дорожек, как в Мизаре. Трехэтажные дома в богатой части города были выкрашены в розовый и желтый цвета. Вокруг них зеленели молодой листвой деревья, пушились фигурно подстриженные кусты и радовали глаз клумбы с весенними цветами.