Трофейная ведьма - Лана Ежова

Герман, крепко обняв меня и поцеловав в макушку, сказал:

— Все хорошо. Все будет хорошо и у тебя, Ника. Вот увидишь.

Странное дело, мне впервые захотелось поверить ему, обнять в ответ, прижавшись щекой к широкой груди. Замереть — и слушать чужое сердце, которое, как иногда казалось, бьется для меня одной.

К отелю мы не доехали — попросили таксиста довезти до ближайшей пиццерии. Охотники никогда не жалуются на аппетит, а после прибытия поезда на вокзал мы не ходили перекусить, так спешили к Ивановым.

В этом районе таксист знал только небольшое, но полное соблазнительных ароматов заведение. И вскоре, сидя за столиком и дожидаясь, пока приготовят наш заказ, я вдыхала резковатый запах жареных грибов и пряный — курятины. И в какой-то момент поняла, что пицца — последнее, что хочу из еды. Мне требовалось заесть стресс сладким.

— Я схожу за шоколадкой — жуть, как сильно ее хочу, — сообщила Герману о своем внезапном желании.

Плавным движением он поднялся с пластикового стула.

— Я с тобой.

Посмотрев на увлеченно беседующих парней, ласково коснулась плеча моего охотника:

— Можно, я сама? Мини-маркет в соседнем здании.

Что-то было в моем тоне, что он не настоял на своем. А может, и сам считал, что мне необходимо побыть в одиночестве после звонка Арины.

Шум большого города. Тысячи разноцветных огней. Выхлопные газы машин. Такое чувство, что находишься в параллельной Вселенной, где нет ведьминских общин, демоны и духи не проникают в наш мир, а самое страшное, что может произойти, — несчастный случай или нападение грабителей… Нереальные ощущения.

Вдохнув прохладный ночной воздух полной грудью, закашлялась. Нет, это не Темные Воды… И это здорово! Лучше дышать запахом бензина здесь, чем «наслаждаться» жизнью в экологически чистом городке ведьм.

Так, хватит хандрить. Необходимо найти в ситуации позитив. Я рада за сестру, потому что, невзирая на все, ее люблю. Вероятно, лет через двадцать у Вороновых таки появится нормальная ведьма. Чем судьба не шутит? Вдруг соседняя община расщедрится и одну близняшку отдаст нам? В мой род? Положа руку на сердце, признаюсь: я буду рада такому повороту событий.

Если, разумеется, у меня к тому моменту не появятся свои дочери. Кто знает, что предстоит мне дальше? Вот возьму и влюблюсь в Германа. Может, за четыре года, что мы вместе, моя любовь потихоньку зрела, росла — и в один прекрасный день она расцветет… И будут у нас дети, как он хочет: три мальчика и две девочки. Или о скольких наследниках он мечтает?.. И вот тогда племянница мне не понадобится, но сестра станет настойчиво просить обучить ее по гримуару Вороновых…

Предаваясь фантазиям, в которые не верила ни на мгновение, я подошла к мини-маркету, замеченному, как только мы вышли из такси. Обычное кирпичное здание, по виду еще постройка советских времен, слегка облагороженная металлопластиком и зеленой черепицей.

Открыв дверь, уперлась взглядом в охранника. Темно-серая форма, на груди бейдж с именем Артем. Подтянутый шатен окинул меня тяжелым взором. Я даже засомневалась, успевала ли до полуночи. Может, они уже закрылись, а тут я нагло ввалилась? Работала одна касса. Уставшая блондинка промолчала, значит, все в порядке.

Повесив корзину на локоть, ушла бродить между рядами, выбирая себе десерт.

Шоколад — мой фаворит. Осталось только определиться, что именно я хочу этой ночью.

За спиной неожиданно вырос охранник — я даже вздрогнула.

— Вам помочь?

Обернувшись, вежливо улыбнулась:

— Спасибо, я уже справилась. — Быстро схватила с полки штуки четыре плитки, не присматриваясь, что беру. Нервировал он меня, сложно определить почему. — Уже иду на кассу.

— Не спеши, — засмеялся мужчина, бросаясь на меня, — ведьмочка!

Я увернулась. Он врезался в стеллаж — тот качнулся и рухнул на следующий. Грохот… Испуганный визг кассира…

Я кинулась к выходу. Наступив на глухо хрустнувшую коробку с бело-розовым зефиром, поскользнулась. Больно как… От удара спиной об пол выступили слезы.

— И чего было бежать?

Охранник склонился надо мной и, ухватив за грудки, вздернул вверх.

Он, играючи, поднял одной рукой мои пятьдесят шесть килограммов! Поднял высоко над полом!..

И я уже больше не сомневалась. Он не псих… Одержимый… Охранник — одержимый!

Ужас парализовал. Я не могла даже кричать.

— Артем! — заорали сбоку гневно. — Ты что делаешь?! Отпусти ее!

Мужчина разжал пальцы. Упав на зад, я ударилась копчиком. Боль до темноты в глазах, но и она не перешибла страх, который охватил меня. Одержимый! Я напоролась на одержимого — и он потерял контроль над собой, заметив ведьму без сопровождения!

Словно в полусне, я видела, как охранник, широко шагая, подскочил к девушке. Видела ее выпученные от удивления и боли глаза, когда он схватил ее за горло.

— Достала, стерва! Я рад, что больше не надо тебя терпеть!

— Н-нет!..

Одержимый отшвырнул хрипящую блондинку в параллельный десертам ряд с алкоголем. Звон стекла. Содержимое разбившихся бутылок окрасило пол в багровый. Запах вина резко ударил по моему обонянию.

Странно, но сладковатый хмельной аромат отрезвил, разрушив состояние оцепенения. И я поползла назад, на попе, не поднимаясь на ноги. Поползла, утюжа задом рассыпанные конфеты, мармелад и печенье… До дикого ужаса боясь отвлечь на себя внимание.

На несколько позорных мгновений позабыла, кто я. А я же ведьма! Защитница людей Земли от вторженцев из иного мира! И слабый дар — не повод уйти с поля битвы!

Вскочив на ноги, схватила пакет муки и бросила в широкую спину. От удара он разорвался, окутывая белым облаком охранника и его жертву.

— Ведьмочка? — Он обернулся. — Поиграть решила? Я рад.

Вкрадчивый голос, воющая девушка, жмущаяся к стеллажу, и когти шатена, с которых капала кровь.

Немного… Несколько капель. Он успел лишь раз ударить блондинку, располосовывая на ее груди униформу и кожу.

Оценив когти сантиметров десять длиной, я сглотнула вязкую слюну. Никогда не сталкивалась с одержимым, в котором пророс дух. И забыла все, чему училась многие годы. Да и не могла я применить что-то из боевых чар! Силенки не те… А зелья с амулетами остались в дорожной сумке — я же была под защитой трех охотников из «Ловчего»… От страха память отказала — я забыла даже элементарный «Мотылек». Но зато могла метать снаряды — пачки с мукой, а потом и увесистые с солью.

Одержимый медленно шел, даже не морщась, когда попадала в него дрожащими руками. И с каждым шагом менялась его внешность. Лицо деформировалось: щеки запали, подбородок вытянулся вниз, зрачки расширились, полностью закрывая радужку, а на белках лопнули сосуды, окрашивая их красным. Уши заострились, сквозь каштановые волосы проклюнулись роговые острые наросты…