Призрак - Александр Рудазов

— Снаружи ваш дом кажется меньше, — осторожно заметил Данилюк.

— Компьютер тоже маленький, чувак, — расплылся в улыбке «Дюк Нюкем«. — А вмещает бесконечность.

— В мире мертвых это норма, — добавил Валерий. — Тут места гораздо больше, чем в мире живых. А эти их врата вообще ведут в ментальный план.

Несмотря на такие просторы, населена Аркадиана и впрямь оказалась слабо, почти исключительно молодежью. Многие — подростки, даже дети. Гости у них явно случались нечасто, так что вокруг пришельцев быстро собралась толпа.

Древнего духа Валерия особо не трогали, а вот Данилюка сразу стали тянуть в разные стороны. Его тут же вызвали на бой, позвали в рейд, предложили разгадать головоломку и выдали несколько квестов. Данилюк только и успевал растерянно отвечать, что это не его, но спасибо за предложение.

Кроме «Дюка Нюкема« в Аркадиане оказалось еще целых четыре бога. Чернокожий подросток с дредами назвался богом аркад, толстяк в мантии волшебника — богом ролевых игр, тихая невысокая девушка — богиней адвенчур, а крохотный кореец в очках — богом стратегий. Сам «Дюк Нюкем« убрал пулемет и обернулся прыщавым пареньком лет семнадцати.

— Вы серьезно боги? — все еще сомневался Данилюк. — Вы… не очень-то похожи. Без обид только, ладно?

— Да какие обиды, чувак! — махнул рукой «Дюк Нюкем«. — Да мы тут сами над этим прикалываемся! Я ж понятия не имел, что стану типа богом, просекаешь? Вообще офигел. Это само как-то получилось.

— Само?..

— Ну да. Коллективное бессознательное. Скапливается много всякой энергии — духовной, мысленной, жизненной, маны, хэпэшек… Образуется ниша, вакантное место. И ее надо заполнить. И тут либо кто-то из старых богов берет дополнительные обязанности, либо рождается новый. Вот как я. Я помер… ну и очень удачно тут вписался. Оно так обычно и случается.

— То есть ты все-таки тоже был человеком?

— Просекаешь. Так-то меня Джейком зовут. Джейкоб Парсонс, из солнечной Аризоны. Родился в восемьдесят втором, умер в девяносто девятом. Безумно фанател от шутеров.

— Альф Медоус, — представился бог аркад.

— Витторио Мур, — важно кивнул бог ролевых игр.

— Агнесса Баланже, — прошептала богиня адвенчур.

— Ким Юн Хо, — назвался бог стратегий.

— Ким у нас самый свеженький, — поделился Джейк. — Только в прошлом году родился.

— Родился?..

— Ну помер у себя там в Сеуле… а потом тут же снова родился. Уже здесь. Уже богом. Это… трудно описать. Самому прочувствовать надо, чтобы понять, как оно.

Боги игр с удовольствием устроили Данилюку экскурсию по своим владениям. Ни в одном загробном мирке его еще не принимали с таким почетом. Данилюк уже знал, что в Нави, Хели, Аиде и прочих местах тоже есть свои мелкие и даже крупные божества, но там они все очень древние, важные и деловые. Им некогда возиться с туристами.

А эти ребята были сплошь молодыми, веселыми, жизнерадостными. Все пятеро стали богами совсем недавно, еще отлично помнили свою прежнюю природу и занимались в основном… ну, геймингом.

Данилюк смутно представлял, чем положено заниматься богам.

От обычных духов они отличались незначительно. Обладали всякими прикольными фишками, умели показывать фокусы. Творили всякое с такой легкостью, будто вокруг Лимбо, а не плотный астрал.

Джейк сказал, что это все благодаря их силе воли. Мол, воля сама по себе — источник энергии. Даже обычный человек, если очень сильно к чему-то стремится, очень сильно чего-то желает, повышает вероятность того, что это действительно произойдет. В Лимбо — очень сильно, в Загробье довольно серьезно, ну а в материальном мире — едва заметно, на сотые доли процента. Именно на этом, например, работает плацебо — на себя влиять проще, чем на окружающее, поэтому эффект уже ощутим.

А божья воля — это безграничная мощь. Всякое божество представляет собой практически бесконечный источник энергии. Однако чтобы таковым стать, божеству необходима вера других — она подпитывает его, как вода подпитывает семя, позволяя вырасти в большое дерево.

— Но нам типа ничья вера не нужна, потому что мы тут как бы очень мелкие боги, — вздохнул Джейк. — Настоящие чудеса можем творить только в играх. Я вот могу тебе аптечку послать или сделать так, чтобы моб в текстурах застрял. Хочешь?

— Да не, обойдусь как-нибудь, — вежливо отказался Данилюк.

— Извини, это мой предел.

— А много вообще на свете вот таких… мелких богов?

— Да большинство, на самом деле, — задумчиво сказал Джейк. — Понимаешь, чувак, боги делятся на три сорта. Самые старшие, как вот Господь мать его типа Бог — это да, это боги, это ого-го! К ним и подойти-то близко не выйдет, не то что потрендеть за жизнь, как вот со мной. Среднее звено — это обычные типа боги. Как все эти Зевсы, Торы и Рейдены. Тоже как бы ребята серьезные, с ними шутки не шути, но они уже поближе к народу. И бухнуть любят, и с телками замутить, и погамать не прочь. А низшие — это вот мы. И нас таких просто дофигищи. На одной только Земле как бы миллионы. Все эти водяные, домовые, лешие — они и есть такие вот мелкие божки. И стать одним из них, в общем-то, совсем нетрудно, только на что-то значимое особо не рассчитывай. Так, чуть поважнее обычного типа духа…

— А настоящий бог гейминга есть? Не такой, как ты, а… настоящий?

— Есть, конечно. Наш верховный. В отличие от нас с чуваками, он очень старый, и гамает во множестве миров. Но он сейчас на Земле, среди смертных.

— Это как?

— Есть такое слово — аватара, — поднял палец Джейк. — Бог рождается в шкурке смертного моба, чтобы исполнить некую особую миссию. И вот на нашей Земле в шестьдесят втором году родилась аватара бога гейминга. Спаситель и мессия, ниспосылающий людям игры. Он вернется в Аркадиану, когда скончается его нынешняя смертная оболочка.

Данилюку подумалось, что слово «вернется« не очень уместно, если сама Аркадиана сформировалась только в восьмидесятых. Но он не стал развивать эту тему, спросив только:

— А много их вообще сейчас на Земле? Аватар.

— Точно неизвестно, — задумчиво ответил Джейк. — Миссии они обычно исполняют секретные, так что отличить аватару от обычного смертного моба сложно. Но вообще, конечно, хватает. Боги этот метод любят. Во-первых, он очень эффективный для получения экспы, репутации и очков влияния, а во-вторых, для них самих это как отпуск. Снова на время стать нубом, погамать на хардкоре со всего одной жизнью, забыть о божественной нагрузке… Некоторые то и дело в новые аватары ныряют.

Боги игр показали Данилюку весь свой мирок. Он, впрочем, сводился к… играм. Целыми днями, двадцать четыре часа в сутки. Они играли, обсуждали игры, помогали играть другим — больше их ничто не интересовало.

Играли они двумя способами. Традиционным — перед обычным экраном, с джойстиком, геймпадом или клавомышью. И вживую — через те самые порталы, что вели на ментальный план. Там игры превращались в уже почти полноценные миры — хотя и насквозь воображаемые, с практически нулевой реальностью.