Лисы выбирают сладости - Ирина Матлак

Этим вечером я решила расширить границы своих владений. Говоря проще — совершить вылазку на чердак. Уже давно собиралась, но никак не могла улучить подходящее время.　

Перед тем, как вернуться в кафе, забежала к Диану и удостоверилась, что борщ в качестве ужина его более чем устраивает. Быстренько сообразила ещё и овощной салат, получила законные туйе и поспешила к себе.　

Поднявшись на второй этаж, перетащила передвижную деревянную лестницу и влезла по ней на чердак. При этом умудрилась засадить в ладонь две занозы. Пришлось спускаться, вытаскивать и потом снова повторять попытку.　

Чердачок меня удивил. В хорошем смысле. Он был совсем небольшим, но именно таким, каким полагается быть каждому порядочному уютному чердачку. Я запалила прихваченную свечу, и жёлтый огонёк обласкал светом дощатый пол, стоящее у маленького оконца кресло-качалку и сундук. Здесь не было хлама, который обычно отправляют в такие комнатки за ненадобностью. Как ни странно, не было и грязи. Слой пыли, конечно, присутствовал, но пара взмахов волшебной тряпочки решила эту проблему.　

Чуть приврала — не только волшебной тряпочки, но и волшебной шваброчки. А ещё ведро воды. Как тащила его наверх по шаткой лестнице — это отдельная история.　

На чердаке обнаружился и маленький столик, застеленный кружевной салфеткой. Судя по всему, когда-то она была белоснежной. Теперь посерела. Вероятно, её вязали вручную. И не кто-нибудь, а Дэлия — хозяйка кафе.　

Я ненадолго спустилась вниз, захватила кружку полюбившегося чая, дневник и конституционное право, после чего вернулась обратно.　

Поставила на столик подсвечник и разместилась в кресле. Решила позволить себе маленькую слабость и потому первым делом вернулась к чтению дневника. Изучение конституции занятие полезное, но требующее определённых мыслительных усилий. Вникать во всё это лучше после того, как немного отвлечёшься.

Несмотря на довольно насыщенный день, ни сонливости, ни усталости не чувствовала. Поэтому этим вечером планировала посидеть подольше.　

По мере чтения дневника я проникалась к Дэлии всё большей и большей симпатией. Многие вещи, которые она описывала, находили отклик в моей душе. Далеко ходить не надо — одни рецепты чего стоили. Я разделяла её мнение о том, что еда это в первую очередь любовь и творчество. Настоящие — именно настоящие блюда творят волшебство уюта, объединяют и дарят людям радость.　

— Сегодня mama научила меня готовить настоящий хлебный пудинг, — гласила запись за 2 апреля 1989 года. — Сначала нужно смазать маленькие формочки сливочным маслом. Затем положить на дно слой абрикосового джема. Следом уложить нарезанный тоненькими ломтиками белый хлеб, так же смазанный маслом. Каждый слой следует чередовать с сушёными ягодами. Тата сказала, что самый вкусный пудинг получается, если брать ягоды с кислинкой…　

Следом шло описание того, что требуется взбить яйца с сахаром, добавить сливки и молоко. Для аромата — капельку ликёра. Залить этой смесью хлеб и дать постоять двадцать минут. После поставить в духовку и запекать до румяной корочки. Ещё чуть ниже шёл перечень и количество всех ингредиентов.　

Рецепт мне понравился, и я решила взять его на заметку. Вообще было бы здорово восстановить прежнее меню и включить некоторые блюда в теперешнее. Обязательно надо этим заняться. Тем более что ко мне в руки попало такое сокровище.　

Следом за рецептом в этот же день была сделана ещё одна запись, которая привлекла моё внимание. Неприятное ощущение от того, что я читаю чужой дневник, давно отступило.　

Прости совесть, но оторваться от чтения уже не могу.

— Здесь хорошо. Весна чувствуется всё явственнее, и лес начинает дышать. Он сбрасывает долгий зимний сон и возвращается к жизни. Мне нравится смотреть на озёрную гладь и вдыхать свежий апрельский воздух. Сейчас он пахнет небом и поздними подснежниками. Люблю это место. Кажется, оно меня понимает. Впитывает и радость, и грусть — поддерживает и сопереживает.　

Сегодня матушка сказала, что нашла мне подходящего жениха. Не хочу замуж! Хотя сестрёнка говорит, что это здорово. Ей повезло — они с мужем счастливы.　

А я…　

Дальше запись обрывалась.　

М-да. Прямо не деревня, а брачное агентство. Куда не плюнь, везде свадьбы. Причём принудительные.　

Судя по прерванной записи, Дэлию что-то отвлекло. А сама запись, вероятнее всего, была сделана на том самом лесном озере, куда мы намеревались съездить с Адамом. Теперь желание наведаться в это место стало ещё больше.