Византиец. Смоленское направление - Алексей Борисов

* * *

Спустя несколько дней после истории с появлением у нас лошадей, дежуривший на вышке Ратибор заметил на реке лодку. Знакомая однообразная одежда на сидящих в ней людях не оставляла никакого сомнения, что из стольного града возвращается сотник. За эти дни караульные вымотались капитально. Смена каждые четыре часа, ни выспаться толком, ни отдохнуть по-человечески. Ребята старательно не замечали усталости, но со стороны-то виднее. Военная наука говорит, что максимально безопасный для здоровья срок работы в подобном режиме - шесть суток. Дальше начинаются неприятные процессы в организме, люди начинают тормозить. Здесь цена усталости бойца - жизнь всего лагеря, посему ночью, я старался подменять в самую сложную вахту.

Савелий вернулся совершенно другим человеком, от прошлого сотника остались только меч и одежда. Помолодел лет на десять, походка летящая, улыбается, девочек с лодки на руках перенёс. Может в лотерею выиграл? Надо будет спросить.

- Здрав будь Савелий. Как съездил, что видел?

- В Смоленске много чего интересного, если всё рассказать, до утра не успею.

Пожав друг другу руки, мы пошли обсуждать новости в мою палатку. Сотник угощался холодным пивом, припасённым мною для торжественной встречи, оставлял пену на усах, изредка хрустел солёным сухариком и говорил, говорил...

- Только представь, Алексий. Стою, на неё смотрю, а шага навстречу сделать не могу. Воздуха в груди не хватает, вот тут, всё сжало.

Савелий второй раз описывал мне встречу с его ненаглядной Еленой. Можно было только порадоваться за влюблённых, жизнь-то продолжается и рано или поздно подобное должно было произойти. В конце беседы всплыла информация о златокузнечных делах.

- Значит, Евстафий получил заказ на инструменты ювелирные? Каков фрукт. Если платят золотом, то всё устроим. Лодочника не отпускай, говоришь это отец наших девочек? Отлично, с утра он повезёт в город Ратибора и Велимира. И ещё, Савелий, поедешь с ними. Присмотришь за ребятами, заказ отвезёшь. И вот ещё что, с женщиной тебе определиться надо. Держать её в лавке совсем не дело. Может, сюда её перевезти, хотя, лучше уж домик в Смоленске прикупить. Да, так и надо поступить. Пошли пока коней посмотрим, сухарём угостим, да покумекаем, что с ними сделать можно и на какие гривны недвижимостью разжиться.

Допив ячменный напиток, с кульком сухариков мы отправились на лужайку. Конюх выкупал лошадей, расчесал, убрал из грив и хвостов всяческий мусор. После шампуня, бока животных играли угольным блеском. Сами коники, метр двадцать высотой, ходили возле цыгана как дети вокруг мамы.

- Вон тот, жеребец, из рук есть не будет. Не вздумай угощать его, Алексий. - Сотник безошибочно определил монстра, который хотел меня покусать.

- Тогда корми его сам. Пока сюда вели, брыкался, в жизнь бы не поймали, сам за остальными пошёл.

- Ха, я тоже не буду, - Савелий показал пальцем на цыгана, - для него хозяин сейчас он. А конь хорош, очень выносливая порода, целый день скакать может. В бою, супротив фарей, не сдюжит, мелковат; зато на переходах, если сумеет оторваться от погони - не догнать.

Сотник прочитал целую лекцию о том, как всеми правдами и неправдами завозили в Рязанское княжество лошадей, стремясь улучшить породу. Штраф за убийство коня составлял двенадцать гривен серебром, в то время как за смерда - всего три. Ценность трофеев росла в геометрической прогрессии, продавать четвероногих уже расхотелось. Плана использования коней ещё не возникло, но чувствовал, могут они нам пригодиться.

- Савелий, а что, если мы оставим лошадей насовсем, выправим приличную сбрую. Зимой, когда река замёрзнет, не на коньках же нам кататься?

- Оставляй, конь никогда не помешает. Недалеко отсюда луг, так что за сено можно не беспокоиться, если накосить никто не помешает. Сёдла и упряжь проще в Смоленске заказать, шорник продаст готовые ремни, а вот седельник должен посмотреть на лошадь. Можно и сразу купить, а на месте подогнать, но будет не то. Конь для воина - это боевой товарищ, ему будет в радость, носить седока, ежели сбруя удобна.

После этих слов сотник подошёл к злому жеребцу, посмотрел тому в глаза, улыбнулся и протянул кулёк с сухариками цыгану. Конюх принял бумажный пакет, попробовал лакомство, цокнул языком: то, что надо, и принялся скармливать лошадям с рук. В раннем детстве, будучи в Прибалтике, на ужин я получил бутерброд, посыпанный сахарным песком. Приятель отца, приехавший на коне с соседней усадьбы, был у нас в гостях. Лошадка стояла во дворе, посматривая на пацанёнка с хлебом своими огромными карими глазами. В тот вечер я остался голодным и очень довольным, что спас лошадь, как мне тогда казалось, от голода. Вот и сейчас, смотря на кормление коня, я вспоминал своё детство.

Ранним утром перед палаткой я вместе с Савелием складывал в сундук заказанные инструменты. Обошлись они недёшево, специально были подобраны только те, которые при известной смекалке можно было изготовить в средневековье. Качество стали, конечно, для этих мест заоблачное, но всё имеет свой срок службы. Лет через сто, инструменты придут в негодность, и умелые руки мастера будут их лишь копировать. Цанги, надфили, клещи для протяжки проволоки, шперак, кусачки и тиски были завёрнуты в пергаментную бумагу. Плашки, ригели, фильеры, расколотка кастов, анка-куб с пунзелями положили в отдельные ящички. Самым сложным инструментом оказались ручные вальцы, но не по принципу работы, а из-за способа установки. Они крепились к столу болтами, о которых здесь и слыхом не слыхивали и даже если оставить всё, как есть, то пришлось бы добавлять гаечные ключи. Так что пришлось мне заменить болты винтами-барашками. Все инструкции по применению в виде сопроводительных иллюстраций были переданы сотнику, и работа кое-каких инструментов на их основе продемонстрирована. Даже далёкий от ювелирного ремесла рязанец, изучая шестидесятистраничный справочник, раскрашенный акварелью и гуашью, всё сделал с первого раза. Кое-что так и не попало в список передаваемых вещей. От пузырьков с химией пришлось отказаться, набор кислот так и остался в двадцать первом веке, до лучших времён. Ещё пять с половиной веков, средневековые смоленские ювелиры буду обходиться без них. Закончив с посылкой, настала череда подарков. Передачу для Елены собирала Полина, и что лежало в объёмном свёртке с меня ростом, можно только догадываться. Я так и не стал смотреть, хотя картинки на упаковке сообщали о наличии одежды. От себя передал две кольчуги, длиной до колена. Универсальная валюта. Насколько я знал, на них можно было купить хороший дом и содержать прислугу длительное время. А как Савелий распорядится подарком - это его личное дело.

- Евстафию передай: основной упор на качество стали, из которого сделаны инструменты. За весь сундук надо получить шестнадцать фунтов золота и шкурок соболя на пошив трёх больших шуб. Учебник тоже можно продать, гривны за две. Не думаю, что из этих цветных картинок специалист сможет почерпнуть что-нибудь новое и интересное, но вкупе может и получиться. Конскую сбрую не забудь, приказчик пусть подсобит. - С таким напутствием отправлял сотника в Смоленск.