Невеста из мести - Елена Счастная

– Замужества?

Дунфорт осторожно тронул лежащий на моём плече пушистый локон. Разгладил его пальцами и отпустил. По коже головы разбежалось приятное покалывание.

– И замужества. И Анвиру, если вам будет угодно.

– Насчёт замужества ответ очевиден, если я до сих пор здесь. – Я тихо вздохнула, не в силах больше выдерживать пытливое изучение Финнавара. – А насчёт его величества… Думаю, вопрос неуместен.

Дунфорт улыбнулся. Показалось, даже удовлетворённо. И вдруг я поняла, что в нём что-то неуловимо изменилось. Появилась ощутимая колкость и в словах, и во взгляде, напряжение в позе, словно он удерживался от того, чтобы не сделать ничего предосудительного.

– Сегодня после полудня приедет Анвира, – уже направившись к двери, сообщил Финнавар, словно вмиг потерял ко мне всякий интерес. – Постарайтесь не покидать комнату. Я пришлю за вами. Боюсь, нам предстоит не очень приятный разговор с его величеством.

– Вы хотите ему всё рассказать? – В груди всё застыло льдом. – О том, что произошло… когда меня опоили?

Герцог остановился, уже взявшись за ручку двери, и посмотрел на меня чуть исподлобья. Вмиг вспомнилось всё до мельчайших подробностей. И то, как он целовал меня, с искренним, неудержимым жаром, и его руки повсюду, только чудом не нарушившие самых запретных границ. Похоже, он тоже вспомнил обо всём, потому как его дыхание участилось.

– Думаю, хуже будет, если Анвира узнает о том недоразумении из сплетен.

Тоже верно. Понять бы ещё, как много собирался открыть брату Финнавар. Но что бы он ни сказал, а тень это бросит на меня в любом случае. Я так явственно почувствовала, как подо мной раскачивается пол, будто он хотел сбросить меня в пропасть. И я боялась. Гнева Анвиры. Его разочарования. Изгнания. Однако надеялась, что, прежде чем вышвырнуть меня, он всё же захочет поговорить. А там можно попытаться сгладить и оправдаться. Можно даже попытаться надавить на влечение, которое он явно ко мне испытывал. Лишь бы не молчаливое осуждение и карета поутру под окнами, которая должна будет увезти меня прочь.

Герцог тихо удалился. А я погрузилась в туман ожидания, поминутно выглядывая в окно. И всё же увидела то, чего так долго ждала: тёмное пятно, возникшее вдалеке, у полосы леса, приблизившись, превратилось во всадника на вороном коне. Его величество будто не умел ездить степенно, как подобает монарху. Он всегда мчался вихрем, распугивая вышедших встретить его слуг.

Плащ с пышным меховым воротником, даже намокнув от снега, буквально развевался у него за спиной. Рыжие кудри ярким всполохом виднелись из-под капюшона, который, если бы не был схвачен на шее шарфом, уже давно слетел бы с головы. Остановившись у крыльца, Анвира спрыгнул наземь и бросил поводья подоспевшему лакею. Что-то сказал другим слугам, которые, боясь быть затоптанными, проворно взобрались на нижние ступеньки, когда он подъехал.

Вскинув голову, король посмотрел точно в моё окно и наверняка увидел бы там любопытствующую меня, если бы я не успела скрыться за шторой.

Немного выждав, я вновь опустила взгляд во двор. Анвира поднимался по ступенькам. Слуга уводил жеребца. На ведущей к резиденции дороге показалась карета сопровождения и всадники. Я моргнула, приходя в себя, лишь когда его величество скрылся в замке, очарованная моментом его появления. Сколько жизненной силы исходило от него, уверенности и особых мужских чар, от которых большинство женщин просто теряют голову. Но мне разум ещё пригодится.

В какой-то миг я перестала верить, что за мной пришлют. Отказалась от обеда, который никак не лез в горло, и планировала отказаться от ужина, ограничившись яблоками, что принесла Полин в небольшой плетёной корзинке.

Однако, когда вечер ещё не вступил в права, раздался деликатный, совсем не такой, каким просила разрешения войти Лия, стук. Худощавый, в возрасте, лакей, которого за мной прислал то ли Финнавар, то ли сам Анвира, неуловимо напомнил Тедора. Я даже вздрогнула, когда он вошёл.

– Прошу за мной, миледи, – только и сказал он.

После не произнес ни слова, пока не оставил меня перед открытой дверью кабинета Анвиры, который я потихоньку начинала ненавидеть. На этот раз внутри у входа стоял стражник. После всего, что начало твориться во дворце и окрестностях, стражники чаще стали появляться и при самом правителе. Это усложняло мне все задачи.

Герцог Дунфорт уже был в кабинете. И, видно, разговор между ним и королём длился уже значительное время. Его величество успел разгневаться и теперь не сводил с брата убийственного взгляда. А Финнавар выглядел уставшим и подавленным.

Мужчины, показалось, не сразу обратили внимание на моё появление: его светлость продолжал говорить, а король лишь слушал.

– Я выяснил по следам магии, которые всегда остаются в таких случаях, что зелье миледи подлила в чай старшая служанка Лия, которую я самолично приставил к баронессе, – видно, все слова давались Финнавару очень нелегко.

Анвира едва не извергал пар из ноздрей. Он теперь смотрел то на брата, то на меня, прошивая взглядом до самого нутра.

– Не сама же служанка пожелала таким образом избавиться от миледи, – цедя каждое слово, рассудил он. – Важнее знать, кто ей приказал.

– Выбор невелик, – развёл руками герцог. – С вашего позволения я проведу ещё один ритуал в Роще, чтобы выяснить, кто из леди опустился до столь подлых козней.

– Делайте что хотите, – фыркнул Анвира.

Я сжалась внутренне, каждый миг ожидая, что его явный гнев выплеснется на брата. Но король держался, хотя то, что тот рассказал в моё отсутствие, очевидно, ему не понравилось. Если честно, я рассчитывала, что Финнавар всё-таки умолчит о том, насколько далеко мы зашли, хоть ничем непоправимым тот порыв не закончился. Однако, видимо, его светлость оказался очень открыт перед правителем. Потому-то тот и щурил глаза, в которых сверкали уже знакомые, но теперь гораздо более злые огоньки.

Герцог поклонился и развернулся, чтобы уйти. Короткий взгляд, который он бросил на меня, сказал о многом. Но больше о том, что он, похоже, не сожалеет о случившемся. Конечно! Это не его репутация оказалась под угрозой. Не его могли сейчас выгнать со двора за неподобающее поведение.

– Финн, – окликнул его король.

Тот обернулся. Между мужчинами будто случился теперь уже безмолвный диалог. В глазах Анвиры появилась угроза, в глазах герцога – вызов. После этого Дунфорт покинул кабинет. Я тихо сглотнула. Пришёл мой черёд выслушивать короля. Однако Анвира молча отвернулся к окну, за которым уже темнело. Его искажённое отражение в стекле не могло рассказать, о чём он сейчас думал. Только сложенные за спиной кулаки то сжимались, то разжимались. Я невольно обернулась на дверь, за которой скрылся герцог, взглянула на стража, что сохранял отстранённое выражение лица, хоть, уверена, попробуй навредить правителю, тут же бросится и остановит.

Анвира не отпускал меня, но казалось, что так никогда и не заговорит. От этого с каждым мгновением становилось всё тревожнее на душе. Будто он и правда раздосадован тем, что случилось.