Космический принц и его заложница - Ольга Пашнина

Я, кажется, забыла какие-то очень важные аргументы против такого вопиющего нарушения покоя дворца.

– Она пыльная!

Нет, не тот…

– Это опасно! Здесь могут быть звери.

– И что?

Александр, когда хотел целоваться, пер как танк и, раз уж я сдалась на милость победителя, решил, что у него теперь абонемент.

– И ничего. Прыгает зверушка, а ты с голой… кхм… неважно. Так можно и импотентом стать.

Он оторвался от меня, чтобы посмотреть в лицо и удостовериться: я всерьез.

– А еще… не знаю, так неправильно. Это место хранит в себе страшную тайну. А мы придем и будем здесь развлекаться? Нельзя.

– То есть это не потому, что ты снова меня боишься и планируешь прятаться?

Я так активно замотала головой, что она чуть не отвалилась.

– Ну ладно, – вздохнул он. – Но я запомню эту фантазию о погибшей цивилизации, и когда-а-а-нибудь…

– Ага, когда изобретут средство от пыли.

Препираясь, мы пошли к кораблю, и я с удивлением поняла, что испытываю сожаление, оставляя дворец дгнарнов в одиночестве. Я не могла сказать, что мне уж очень приглянулось это место. Но все равно ощущение, что этот мир глядит нам вслед с разочарованием, никак не отпускало.

Александр привел меня в кают-компанию.

– Сообразишь перекусить? Я выпущу исследовательских дронов. Градвин не простит мне, если я вернусь без вкусняшек для него. Это наш начальник разработчиков. Но вообще, несмотря на то что он занимается сложными техническими вопросами, он повернут на всей науке. Надо же привезти друзьям сувенир из путешествия.

– А какой сувенир ты везешь родителям?

– Сама угадаешь? – фыркнул нахал и унесся куда-то в недра корабля.

Я со вздохом посмотрела на темный экран. Скоро кончится эта бесконечная дорога. Если раньше я не сойду с ума, то через пару дней познакомлюсь с родителями Александра, его друзьями. Возможно, войду в его жизнь, но вот с собой ничего не принесу. И придется заново учиться. Волнительно и страшно, но немного (хотя кого я обманываю, очень даже много!) интересно.

Так, хватит думать о ерунде и о том, чего нельзя изменить. Обед… что я бы съела на обед? Макароны! Карбонару! Щедро посыпанную тертым твердым сыром. Интересно, на кухне найдутся ингредиенты?

Я поднялась было с дивана, чтобы выяснить лично, как экран вдруг мигнул. Сначала подумала, что это Александр развлекается, но затем увидела такое, от чего застыла, словно ушибленная током.

– Брилли, – с экрана смотрел не кто иной, как отец собственной персоной.

Смотрел, грустно улыбался и выглядел уставшим.

– Папа? – обернулась к экрану. – Папа!

– Девочка моя.

Это был действительно отец, он улыбался мне с экрана, так ласково, что сердце щемило от обиды и внезапной радости. Любовь ребенка к родителю безусловна. Какой бы проступок ни совершил отец, стоит ему вот так мне улыбнуться – и я чувствую, как тоскую по обыкновенным объятиям.

– Брилли, детка, у нас очень мало времени! Я должен тебе кое-что сказать и надеюсь, ты мне поможешь.

– Поможешь? – Я отшатнулась, очарование встречи мгновенно улетучилось. – После всего я должна тебе помочь?

– Брилли, я тебя прошу! Я знаю, я тебя разочаровал. Я связался не с теми людьми, я просто мечтал поделиться с миром разработками. Поверь, я и не представлял, как далеко зашел, а когда понял, было уже поздно. Послушай меня. Ненавидь, Бриллиана, презирай, считай слабаком, но позволь мне тебя спасти! Ты должна улететь, я скажу, как именно, в корабле есть вездеход, мой корабль подхватит тебя, если сумеем выиграть несколько часов. Я увезу тебя в безопасное место, обещаю!

– Пап… ответь мне на пару вопросов. Я обещаю, это быстро. Только честно ответь. Ты посылал за мной Арлиану?

– Да.

– Кто она? Сестра?

– Брилл, об этом позже…

– Что она хотела со мной сделать? Что было в том шприце?

– Лишь снотворное, милая! Чтобы под прикрытием вывезти тебя с той планеты. Арлиана бы не стала…

– Она жива? Я вколола ей это снотворное, и она перестала дышать.

– Я… это сложно объяснить… Брилл! Тебе нельзя оставаться среди этих людей, ты погибнешь!

– Все ситуации, в которых я могла погибнуть, создавал ты, папа! – Я сорвалась на крик. – Это ты заставил Александра сделать мне татуировку, угрожая ему! Это ты послал на планету с насекомыми ту женщину! Это ты послал Арлиану, которая уничтожила мой рейтинг в «Шторме»! Погибну я, похоже, если продолжу считать тебя отцом.

– Брилл…

– Он не сделал мне ничего плохого. Спасал. Выхаживал после того, как Арлиана чуть меня не убила. Он рассказывает мне о мире, который ты утаил, папа.

– Звезды, Бриллиана, ты говоришь как те сумасшедшие женщины, влюбляющиеся в насильников!

– А у меня больше нет никого! Ты, папа, всю жизнь – картинка на экране.

– Брилли, ты имеешь право злиться, но ты должна мне верить, я всегда тебя поддерживал и ни на минуту не допускал мысли, чтобы предать!

– Тогда встреться с императором. Дай ему то, что он хочет. Вот единственное, что ты можешь для меня сделать, потому что пока мы по разные стороны баррикад, моя жизнь всегда будет в опасности. Я ничего не могу поделать с татуировкой, я связана с Александром навечно. И если тебе так важно мое благополучие, побудь хоть раз в жизни рядом.

– Я знаю их семью. Они никогда не примут тебя, будь ты трижды связана с их сыном. Все, на что ты можешь рассчитывать, Брилл, – роль безымянной любовницы. А потом тебя закроют на чердаке, как старую и скучную куклу.

– Ну что ж, – я сделала глубокий вдох, – по твоей указке я уже жила, оказалось, что окруженная ложью. Попробую жить своим умом.

– Бриллиана…

Мне уже начало надоедать это имя. Я честно хотела эффектно закончить разговор, выключив связь, но, поискав кнопку, поняла, что понятия не имею, как это сделать.

– Отключись сам! – потребовала у отца и вышла из кают-компании, благо и повод имелся.

Наверное, способность сохранять хладнокровие (хотя бы немного) перешла ко мне от Александра. С ним вообще по-другому никак. Или ты учишься скрывать эмоции, или окажешься в полном его распоряжении, и уже ничто не поможет. Так и пропадешь.

На кухне я так и не разобралась. Александр говорил, что корабль был старый, так что я просто не поняла, где искать еду. Только воду без труда обнаружила за полупрозрачной панелью в стене. Открыла бутылку и пила, успокаиваясь.

Несмотря на то что я твердо решила верить Александру, слова папы оставили в душе глубокий след. Он все же был отцом, человеком, которому я долгое время беспрекословно верила. А он пугал меня тем, чего боится любая девушка. Родители Александра правят звездной системой! И тут я, малограмотная девица с дикой планеты, из-за которой он чуть не погиб. Заложница, не принесшая никакой пользы. Разве они меня примут?