Шаг назад, или Невеста каменного монстра - Елена Вилар

— Зачем меня привораживать, а главное, к кому? — возмутилась я.

— Ну, судя по тому, что твой охранник неоднозначно намекал тебе на желание остаться с тобой… Думаю, это либо его рук дело, либо он в доле, — все так же безэмоционально продолжила горгулья, цепляя вилкой солидный кусок мяса.

— Тавир… — взвыла я. — Что происходит? Зачем они это делают?

— Я же тебе объяснил, что ты слишком дорога для одних, бесценна для других и дико мешаешь третьим. А теперь просто поешь и отдохни, а затем мы продолжим. Мне показалось, я кое-что нашел.

Когда с обедом было покончено, а графин с вином благополучно ополовинен, я решилась и задала вопрос, мучивший меня все это время:

— Тавир, а если бы я наелась отравленной еды, но вместо Викаса воспылала любовью к тебе, ты бы очень расстроился?

— Да, — кивнул мужчина. — Если с глупыми вопросами покончено, то идем.

Горгулья подала мне руку и, не замечая обиженно поджатых губ, повела в дальний угол библиотеки, где стояли стеллажи, от пола до потолка уставленные книгами с одинаковыми черными корешками без единой буковки на них.

Водя ладонью по полкам, я не выдержала:

— И все-таки чего они добиваются этими приворотами?

— Обычная дискредитация, — пояснил мужчина. — Если ты влюбишься, да еще и отдашься другому мужчине, то предоставишь Лиагаре возможность себя казнить. Ты станешь той, кто не оправдал надежд жителей этого мира.

— Господи! — возмутилась я. — Бред какой! Кому какое дело, кого я люблю и кому отдаюсь! В конце концов, я этого Князя никогда не видела! И потом, Гив сказал, что невеста — не жена. Что будет, если вашему Князю я не понравлюсь?!

— Скорее всего, он отправит тебя домой, — пожала плечами горгулья.

— А если я ему понравлюсь, а он мне нет?! — продолжила допрос я.

— Маш, вот скажи мне, ты что, считаешь его монстром? Неужели ты заочно его ненавидишь?!

— Я не это имела в виду! — пошла на попятную, но, кажется, поздно, так как Тавир уже сверкал своими нереальными глазами, желая прожечь во мне дыру. — Так мы все внизу ищем, может, наверху попробовать? — резко перевела тему я.

— Мария, разговор не закончен, — несколько грубо отрезал Тавир.

Резко развернувшись, мужчина направился куда-то за стеллаж, а через минуту вернулся, держа лестницу в руках. Я до последнего думала, что не полезу на нее. Однако, когда Тавир установил ее в специальные пазы, а затем широким жестом предложил мне подниматься вверх, я сделала первый робкий шажок к двери.

— Дорогая, — несколько издевательски молвил мужчина, — прошу.

Жест был уверенным и широким, но куда больше задел вызов в глазах, который горгулья даже не пыталась скрыть. И вот бы мне забыть про гордость, да только выпитое вино дало о себе знать. Расправив плечи, я подхватила подол платья, заправила конец юбок за пояс и резво ухватилась за боковины.

— Может, отвернешься? — робко поинтересовалась я.

Не то чтобы нижнее белье этого мира сильно отличалось от нашего. Ну да, не кружево, но и не панталоны, однако блистать им именно перед Тавиром мне почему-то не хотелось.

— Маш, я не буду подсматривать, но поверь, лучше я придержу лестницу, пока ты будешь проверять верхние полки.

— Я справлюсь сама, — упрямо произнесла, медленно поднимаясь наверх. — Отвернись, а еще лучше отойди.

— Уверена? — усмехнулся мужчина.

— Да! — рявкнула я, поднявшись ступеней на пять.

Закон подлости подкарауливает тогда, когда меньше всего этого ждешь. Нога поехала, рука скользнула, и я, поздно осознав весь идиотизм ситуации, отпустила пальцы и стремительно полетела вниз. Полет был недолгим, изрядно напугал и порадовал мягким приземлением.

— Убиться решила? — хрипло произнес Тавир, нависнув над моим лицом.

В его объятиях было настолько спокойно и удобно, что, даже не думая о последствиях, я вскинула руки и обвила его шею. Стук собственного сердца заглушал остатки разума. Адреналин не просто бурлил в крови, он полностью завладел всем моим разумом. Я резко притянула Тавира к себе и робко скользнула губами по его устам.

В ту же секунду мои ноги оказались на полу, а руки Тавира обняли мое тело со всей возможной страстью. Я льнула, дрожала от предвкушения и боялась даже на миг поверить, что все-таки нравлюсь ему. Вот только инициатива, которую перехватил мужчина, быстро иссякла.

— Прости… — глухо выдохнула горгулья, утыкаясь носом мне в волосы.

Я ощущала его глубокий, с нотками досады вдох. Но прежде чем успела хоть что-то сказать, он просто исчез. Тавир отпустил меня. Пока я искала опору, чтобы не упасть, скрылся за стеллажом. Когда до меня дошло, что эта крылатая гадина сбежала, его и след простыл! Я с час крушила библиотеку, скидывая книги и шипя проклятия. Я клялась, что лично превращу его в камень, а затем буду крошить до тех пор, пока не распылю в самый мелкий песок. Правда, судя по звенящей тишине, никто не слышал и не внимал моим угрозам. Уставшая, обессиленная, я вернулась к столу и, сложив руки на столешнице, позорно уснула.

Очнулась оттого, что меня куда-то несли, затуманенным взором посмотрела на мужчину. Дернулась, узнав Азима, но горгулья только рыкнула в ответ.

— Викаса убили, — глухо пояснил мужчина, удобнее перехватывая меня.

Обвив одной рукой его шею, я робко предложила:

— Могу и сама.

— Уже почти пришли, ты зачем себя так вымотала, и вообще, что произошло в библиотеке?

На миг мне стало стыдно за тот дебош, что я устроила, но, задавив в себе все лишние чувства, я нагло соврала:

— Не знаю, мне принесли обед, после него я стала плохо себя чувствовать, а потом и вообще уснула. Даже сейчас голова немножко кружится. — И тут до меня дошел смысл слов, сказанных Азимом. — Как убили?! Кто?!

— Сейчас доставлю тебя в комнату и пойду разбираться. Из помещения никуда. Открывать дверь только мне, Гивдару и Шами.

— Угу, — кивнула я.

В этот момент мы подошли к моим дверям, и двое мрачных горгулий вытянулись по стойке «смирно».

— Головой за нее отвечаете, — рыкнул Азим, ставя меня на пол, открыл дверь и ощутимо подтолкнул, придав ускорения.

Спорить и реагировать сил не было. Наоборот, усталость новой волной навалилась на плечи. Засыпая на ходу, я разделась, добрела до кровати и рухнула, в последний момент закутавшись в одеяло. Сон, как вязкая патока, окутал тело, убаюкивая и шепча, что все будет хорошо, просто надо чуть-чуть подождать…