Экстрасенс. Битва - Юрий Корчевский

Вдруг в коридоре раздался хлопок, как будто открыли бутылку шампанского, за ним ещё один. Потом громыхнул настоящий выстрел — и снова хлопок. В столовой закричали.

Володя вскочил, схватил за руку медсестру и бросился в туалетную комнату. Зелимхан следил за ним со злорадной ухмылкой.

Внезапно дверь в палату распахнулась, снова раздались два хлопка, и после — топот убегающего.

Володя осторожно выглянул из туалета. Зелимхан уже не улыбался злорадно — он был мёртв. На его груди расплывалось кровавое пятно.

— Сиди пока тут, — предупредил Володя медсестру, вышел из туалета и выглянул в распахнутую дверь палаты.

Оба охранника лежали мёртвыми на полу, один из них держал в руке пистолет. Видимо, нападение было внезапным, и первый охранник погиб сразу. Второй успел среагировать и сделать ответный выстрел, только смог ли прицелиться, попасть?

Володя схватился за телефон — о происшествии надо было сообщить Гнибеде.

— Василий Лукич, это Володя.

— Новая информация?

— Хуже. Информации не будет, наш подопечный убит.

— Как? А охрана?

— Два «двухсотых».

Гнибеда выматерился, хотя раньше Володя не слыхал от него таких слов.

— Еду с группой, — и сразу отключился.

Из палат, из столовой выглядывали испуганные пациенты. Чтобы стрельба в госпитале? Невиданное доселе дело, ужасы, как в голливудских фильмах.

Володя подошёл к туалету, распахнул дверь.

— Можете выходить. И снимите капельницу: она ему уже не нужна.

Он вышел в коридор. К месту перестрелки уже подходили пациенты из тех, кто посмелее, и медперсонал.

Володя поднял руку:

— Прошу внимания. Всем разойтись по палатам, сюда близко не подходить.

Люди нехотя стали расходиться. Один из пациентов наклонился и поднял с пола гильзу.

— Положите немедленно на место, — остановил его Володя, — это вещественное доказательство!

Володя уже видел, как работают эксперты и оперативники на месте перестрелки и у дома на Обводном канале. Он сейчас оставался один и решил действовать так, как видел.

Из-за окна послышался звук сирены. Володя выглянул: к госпиталю подкатили сразу несколько автомобилей.

Через несколько минут в коридоре показался Толкачёв, за ним — Гнибеда и множество людей.

Толкачёв подошёл к Володе и пожал руку:

— Рассказывай!

Володя, как мог подробнее, пересказал, что слышал и видел.

— Понятно. Соучастника решили убрать. Не уходи, стой здесь. Тебя допросит следователь Следственного комитета. Все действия, что проводились с Зелимханом, не его дело. Говорить только о перестрелке.

— Понял.

Эксперты стали осматривать коридор и фотографировать гильзы. Оперативники опрашивали пациентов и сотрудников госпиталя — кто что видел и слышал. Володю в палате допрашивал под протокол следователь.

— Вас не шокирует труп? Или перейдём в другое помещение?

— Не шокирует, я врач. Неприятно, конечно, но не более.

— Отлично! Ваши паспортные данные.

Володя продиктовал.

Потом пошли вопросы:

— Так вы не видели убийцу?

— В тот момент, когда в коридоре прозвучал выстрел, я был в туалетной комнате вместе с медсестрой — толкнул её туда и закрыл за собой дверь. Она может подтвердить.

Допрос шёл около получаса. Володя расписался на каждом листе, и следователь его отпустил.

Трупом занялся судмедэксперт, а следователь перешёл в другую комнату. Оперативники вместе с Толкачёвым занимались пациентами.

Когда Толкачёв переходил из одной палаты в другую, Володя подошёл:

— Допрос окончен. Я могу быть свободным?

— Боюсь, что нет, доктор. Задержитесь.

Пробыть в больнице Володе пришлось долго. Наконец труп увезли, опросы и допросы закончились, и оперативники направились к выходу.

Гнибеда шёл рядом с Володей, не отставая от него ни на шаг.

— Боишься, что сбегу? — улыбнулся Володя.

— Боюсь, что ухлопают, как этих, — серьёзно ответил капитан.

Володе стало не по себе: он-то здесь при чём? Вот это попал в крутую мясорубку!

В машине ехали молча, в управлении расселись в кабинете Толкачёва. Почти сразу же вошёл ещё один сотрудник в штатском. Толкачёв вскочил, подал команду:

— Товарищи офицеры!

Однако все оперативники и без команды встали, и Володя понял, что на совещание пришёл большой начальник.

— Прошу садиться.

Вошедший остановил взгляд на Володе.

— Товарищ генерал, я вам докладывал о Соколове.

— Помню, — кивнул генерал. — Так это он? Докладывайте.

Толкачёв кашлянул.

— В восемнадцать пятнадцать в госпиталь вошёл убийца. Со слов охранника, у входа он показал удостоверение сотрудника полиции. Европейской внешности, лет тридцати — тридцати двух, русый, среднего роста, особых примет нет. На этаж он поднялся уже в белом врачебном халате, поэтому сотрудники отделения не насторожились. Это то, что известно достоверно. Дальше предположительно.

Он вывернул из-за угла, оружие — пистолет с глушителем — было наготове. Выстрел в нашего охранника, Федосова. Второй, Абрамов, успел выхватить пистолет и выстрелить один раз. Убийца сделал второй выстрел и убил сотрудника. Соколов, слыша стрельбу, схватил медсестру за руку и спрятался вместе с нею в туалете.

Убийца сделал два выстрела в Зелимхана, один в грудь, второй — в голову. Оба смертельные. Ушёл. Со слов видевших, не бежал, а именно шёл. На левом рукаве его была кровь.

Эксперты осмотрели гильзы: девять миллиметров, от «парабеллума». У выхода, на перилах, обнаружена кровь второй группы, из чего делаю вывод, что убийца ранен. Абрамов попал.

— Что планируете?

— Сообщить в больницы и полицию о раненом, объявить план «Перехват». В машине может быть раненый убийца.

— А если он пешком ушёл?

— У входа была видеокамера. Точно была машина, но марку и цвет определить не удалось. Машина стояла под деревом, только бампер был виден, чёрного цвета.

— Негусто. Главный вопрос: как убийца вышел на госпиталь, на Зелимхана этого?

— Есть несколько версий.

— Слушаю.

— Наших сотрудников отметаю сразу. Медперсонал госпиталя не знал имени пациента, и в лицо его видели четыре человека. Прослушка телефонов не выявила ничего подозрительного, обычные переговоры.

Володя насторожился. Он не сотрудник, могли негласно наблюдать и за ним.