Драконья алчность, или Дело Алмазного Фонда - Евгений Малинин

– Неужели в… трех тысячах четырехстах?!! – очень натурально изумился я.

– Да-да!! – Шан Те энергично кивнула, – Я сама слышала, как отец рассказывал, что в главном зале дворца Неповторимого Цзя имеется нефритовая доска, на которой выбиты имена всех поверженных им магов!!

– Да-а-а… – еще более изумленно протянул я, – Это круто!.. – и тут же задумчиво произнес, – Интересно, у Великолепного Цзя тоже такая доска есть, или он своих противников на память помнит?..

Девушка удивленно посмотрела на меня, и мне показалось, что у нее возникло желание слегка отодвинуться в сторону. Чтобы предотвратить это импульсивное движение, я задал новый вопрос:

– А ты не знаешь, Неповторимый Цзя берет к себе учеников?

– Каких учеников? – не поняла Шан Те.

– Ну, как каких?.. Тех, кто желает выучиться магии…

– Да разве ж магии можно выучиться?!! – изумилась девушка, – Это ж!.. Ну!.. Магия это же, как… зрение или слух!.. Если у тебя нет глаз, разве тебя можно научить видеть?!

Такое интересное воззрение на магическую практику донельзя удивило меня. Почесав в затылке я неуверенно произнес:

– Но ведь опытный маг может поделиться со своим… учеником какими-то заклинаниями… приемами…

– Странный ты какой-то!.. – Шан Те смотрела на меня округлившимися от удивления глазами, – Всем ведь известно, что ни один маг не может использовать чужие заклинания – в лучшем случае у него ничего не получится, а может случиться и так, что чужое заклинание высосет из не слишком сильного мага всю его ци!..

– Ци… это что?.. – аккуратно поинтересовался я.

– Ци – это мировая энергия! – слишком уж, на мой взгляд, назидательно произнесла Шан Те, – Сказано: ци пребывает в человеке, а человек пребывает в ци! Разве твой учитель не говорил тебе этого? – вдруг с некоторой ехидцей поинтересовалась девчонка.

– Мы… э-э-э… этого еще не проходили… – смущенно пробормотал я и неожиданно для себя начал оправдываться, – Я ведь знаю Фун Ку-цзы всего лишь со… вчерашнего дня, сама понимаешь, он мне еще ничего толком не успел рассказать…

Видимо, вчера вечером она была слишком погружена в свои невзгоды и прослушала рассказ Фун Ку-цзы о моем волшебном появлении в этом Мире. Во всяком случае это мое заявление ее совершенно ошарашило! Несколько минут она просто таращилась на меня не в силах произнести ни слова, а затем потрясенно переспросила:

– Со вчерашнего дня знаешь и уже ученик?!!

– Ну, да, ученик… – чуть удивившись подтвердил я, – Ты же сама слышала, как Фун Ку-цзы об этом говорил. А что, собственно говоря, в этом необычного?..

– Ну, знаешь!.. – Шан Те покачала головой, – Я знаю, что у Фун Ку-цзы новички года два ходят в… услужении… Сначала на черной работе, потом носильщиком, потом сопровождающим… И далеко не каждый выдерживает испытание и становится учеником!

– Ну! Так это новички! – нахально заявил я, – А ведь меня к нему в ученики само Высокое Небо рекомендовало!

Видимо эта девица, весьма подкованная и языкатая, несмотря на свой юный возраст, все-таки не нашла что ответить на такое мое заявление. Она только посмотрела на меня долгим и каким-то изучающим взглядом, а затем молча покачала головой. Я же про себя подумал, насколько непрочная вещь – авторитет, ведь только что я на глазах у этой самой пигалицы совершил несколько самых настоящих чудес: сделал ее саму невидимой, воскресил, можно сказать, из мертвых ее синсина, познакомил с самим Поганцем Сю – и что?! Она не постеснялась усомниться в моем праве быть учеником моего учителя!!

Однако эти мои горькие размышления были нарушены совсем уж неожиданным вопросом моей спутницы:

– А где, Сор Кин-ир, мы ночевать будем?..

Я поднял голову и огляделся.

В лесу заметно стемнело, и это было для меня неожиданно – по моему внутреннему времени день должен был быть в самом разгаре. Во всяком случае вчерашний местный день по своей продолжительности, на мой взгляд, не на много отличался от земного. Кроме того я вдруг почувствовал, что вокруг сильно похолодало, однако небо над далекими верхушками деревьев было чистым, да и солнце было хорошо видно!..

Выходит, что что-то было не так!

Я остановил свою лошадь, прикрыл глаза и прислушался. Впереди, именно там, куда мы направлялись, происходило что-то необычное, словно ровное, спокойно колышущееся магическое поле Мира скручивалось там в некий болезненный жгут и из этого жгута рождалось нечто… противоестественное… мертвое и… свирепое!.. И еще, я понял почему не почувствовал этой трансформации раньше – тот самый магический кокон, который начал формироваться вокруг меня еще в зале Алмазного фонда и окончательно укутал мою бренную плоть уже в этом Мире, бережно охранял меня от всяких магических колебаний и воздействий, охранял самостоятельно, без каких-либо усилий с моей стороны!

Я снова открыл глаза. Вокруг стало еще темнее, как будто кто-то поглощал свет солнца, высасывал его из воздуха. И мне вдруг страстно захотелось узнать… увидеть ЭТО! Вот только тащить с собой Шан Те ни в коем случае было нельзя. Я быстро огляделся, пытаясь увидеть Гварду и Поганца, и, словно исполняя мое желание, совсем рядом раздался притявкивающий голос синсина:

– Может мы сделаем привал?..

– Да, я бы тоже переждал некоторое время… – ответил ему писклявый голосок Поганца.

– Ну, тогда мы и перекусим немного, поскольку время обеда, если и не прошло, то уж непременно наступило… – поддержал я предложение своих маленьких друзей.

– А что, разве у нас есть чем закусить?! – радостно удивился Поганец, и его сложенные уши явственно встрепенулись.

– Конечно!

Я соскочил на землю, помог спуститься с лошади Шан Те и отвязав от седла мешок, наполненный Юань Чу, бросил его Поганцу.

– Буду тебе благодарен, если ты что-нибудь из его содержимого оставишь на ужин.

– Учитель! – взвизгнул маленький плут, – Можешь во мне не сомневаться! Я не позволю этим двум обжорам… – он кивнул в сторону девушки и синсина, – … Уничтожить все наши припасы!

– А мне придется вас ненадолго покинуть… – не слишком внятно пробормотал я и шагнул в сторону продолжавшего развиваться возмущения магического поля. И тут же поймал испуганный взгляд Шан Те, брошенный в мою сторону.

– Не пугайся, принцесса, – улыбнулся я ей, – Я буду осторожен.

После этого я быстро, не оглядываясь зашагал вперед.

Сначала идти было легко. Мои ноги бесшумно ступали по перегнившей хвое, а глаза отчетливо видели следы, оставленные ногами и лапами оборотней. Однако, уже через несколько десятков метров, я ощутил странное, быстро нараставшее сопротивление. Нет, мне ничто не мешало двигаться вперед, ничто не застило глаза и не сбивало с ног, но внутри меня неудержимо росло отвращение к тому, что я делал. Словно сам мой организм сопротивлялся дальнейшему продвижению, словно моя внутренняя суть, ужасалась желанию моего разума увидеть то, что творилось в центре скрученной магической спирали, пульсировавшей совсем недалеко.