Пик - Мерседес Лэки

Солнце зашло, но было не так уж темно. Барьер и башня испускали синеватое свечение – при свете дня его не разглядишь, а в темноте видно очень хорошо. Мы перешли на ту сторону, надели очки ночного зрения и отворили Пути, призывая наши стаи. Пока Гончие сбегались к нам из Потусторонья, Марк обернулся ко мне и суровым тоном произнес:

– Давай-ка выкладывай: что у вас за шпионские страсти? А то вы меня всё за лоха держите.

– Ну да, я бы на твоем месте тоже так решила. Пошли, по пути все объясню.

Ча встал впереди, Мирддин сзади, мои остальные Гончие окружили нас, а ангелы Марка взвились над нами. И пока мы шагали такой процессией, я рассказала Марку, как Джош в отчаянии пришел ко мне за помощью и как мы со Скарлет, Кентом, дядей и Ча его спрятали.

Когда я закончила, Марк шумно вздохнул:

– К чертям собачьим, Радка, так что ж ты раньше-то молчала?! Джош типа и мне не чужой, мы с ним друзья как-никак.

– Не хотела тебя ставить псайкорпусу под прицел, – честно ответила я. – Так-то если бы кто спросил тебя о Джоше, ты бы глазками захлопал и перепугался. А знай ты все заранее – точно бы раскололся. Актер из тебя никакой. Даже хуже, чем из меня.

Марк почесал затылок.

– Твоя правда, – согласился он. – Меня бы помидорами закидали.

Вечер выдался чудесный, теплый, стрекотали сверчки, что-то еле слышно потрескивало и попискивало, тут и там мигали светлячки. Но на самом-то деле в этой темноте затаилось полно тварей, готовых при первой возможности сожрать нас с потрохами. Приходилось все время быть настороже. Жалко, что не получается как следует насладиться таким вечером, однако Отстойник есть Отстойник: тут нельзя расслабляться ни на секунду.

Но до чего же здорово было болтать с Марком о Джоше и ничего не скрывать!

– …и он с тех самых пор сидит в старом бункере, – подытожила я. – Дядя хочет выяснить: может, Джош что-то знает насчет этой программы Дрейф. Поэтому нас сюда и послали, чтобы мы его расспросили.

– А может, он ничего и не знает, – возразил Марк. – Знал бы – так уже бы рассказал тебе все, пока ты пережидала с ним грозу.

Я вообще-то не говорила Марку, где была в грозу. Но раз теперь он посвящен в наши дела, он без труда сложил головоломку и живо догадался, где я пересидела бурю. Марк выдающийся парень по многим статьям, в том числе по смекалке.

– Так-то оно так, – согласилась я. – Но он может сам не знать, что знает что-то. Короче, нужно его расспросить.

Какое облегчение, что я сбросила с плеч эту тайну! Вот бы еще поговорить с кем-нибудь так же про Тирсиона…

Мы остановились. Ча предупредил меня о стайке болотных огней, проплывающих перед нами. Болотные огни нас не заметили. Нет смысла затевать драку: на шум сбежится еще больше пришлецов.

Очки ночного зрения помогли нам нашарить вход в разрушенное здание. На лестнице было темно, хоть глаз выколи, но мы спустились без происшествий. Дверь, повинуясь моему перскому, щелкнула и отворилась. Мы всей толпой втиснулись в переднюю – еле-еле поместились, – и, закрыв внешнюю дверь, я постучала тем особым стуком, который мы с Джошем придумали для внутренней двери, а затем поднесла перском к считывателю.

Марк распахнул открывшуюся дверь, пропуская меня. Мы с Марком ввалились в большой зал и зажгли головные лампы. И нам навстречу из кухни вышел Джош.

– Пиццу не принесли? – спросил он.

– В другой раз, приятель.

Джош, увидев Марка, разинул рот. Марк пожал ему руку, потом обнял и хлопнул по спине:

– Нас послали Кент с префектом. Радка мне по пути все рассказала. Ну и как тебе тут живется-можется?

– Явно лучше, чем у Дрейф, – усмехнулся Джош. – Я рад, что вы пришли. Пока не засел тут в одиночестве, и думать не думал, что заскучаю по компании!

– И кстати о компании. Мы тут именно по этому поводу.

Я внимательно рассмотрела Джоша – насколько позволял свет моей головной лампы. И, надо сказать, выглядел он вполне ничего себе. Гораздо лучше, чем до бункера. Он тут определенно высыпается. Везет же некоторым. Я бы, может, тоже не отказалась поторчать в бункере, если все время есть, спать и читать.

– Раз так – добро пожаловать в мою норку, – улыбнулся Джош. – Будьте как дома.

Мы прошли за ним в кладовую и уселись на импровизированный диван. Джош предложил нам воды – и я с радостью попила. Потом он предложил нам пайкового печенья – от него мы отказались. Гончие сгрудились вокруг нас, и стало теплее и уютнее. Жить в этом бункере можно, но все же здесь сыро и зябко.

Марк едва заметно кивнул мне: мол, давай начинай, ты тут за главную.

– В общем, Дрейф недавно отожгла, – начала я.

Я описала Джошу Псаймонов в доспехах. Рассказала, что их сняли с обычной службы и поставили к Барьеру, что Дрейф подняла вокруг этого порядочный шум. Джош слушал меня, сдвинув брови.

– Насчет того, чтобы привлечь всех Псаймонов, она не врет, – выпалил он, едва дав мне закончить. – Чтобы оцепить Барьер, ей реально понадобятся все Псаймоны. Мы не такие тренированные, как Охотники, мы не сможем дежурить по двенадцать часов. Смены будут часов по восемь, не больше. Но я никогда ни о чем подобном не слышал, даже о планах. Вероятно, Дрейф хранила это в строгом секрете.

– Не сказать, чтоб оружейник сильно всполошился, – поразмыслив, заметил Марк. – Она ведь могла над этим уже давно работать.

– Но… если ей удалось найти способ усиливать дар Псаймона, не убивая его, то это не просто что-то новенькое – это в принципе все меняет. – И вдруг Джош умолк, а лицо его стало озабоченным.

– Ты о чем? – затеребила я его.

– Скорее всего, это не обычный доспех. Это система жизнеобеспечения, – пояснил он. – Не исключено, что Дрейф именно поэтому одела Псаймонов в доспехи. Если доспехи достаточно большие, там поместится куча всякого медицинского оборудования.

Мы с Марком переглянулись.

– Семь футов роста плюс широченные грудь и плечи – это достаточно большой доспех? – спросила я.

– Среди Псаймонов здоровяков еще поди поищи, – подтвердил Марк. – В этих доспехах и сам Псаймон поместится, и его брат-близнец.

– Значит, для оборудования места хватит, – кивнул Джош. – У нас много разных примочек для жизнеобеспечения, которые Дрейф особо не афиширует. Есть Псаймоны, которые… ну, короче, они все равно что недвижимость. Свое дело делать могут, но их нужно притащить на место. А есть очень даже крепкие Псаймоны, которые, если сосредотачиваются и начинают кого-то контролировать, забывают простые вещи – типа, как дышать и все такое.

Мы расспрашивали Джоша и так и этак. Но он так и не разгадал, как же Дрейф умудряется накачивать своих Псаймонов силой и в чем же, помимо очевидного, состоит ее план. И наконец я задала вопрос, который раньше не задавала: