Королевская кровь. Книга 7 - Ирина Котова

«Несложно догадаться» – ехидно заметил змей.

Люк нахмурился – насколько позволяла мимика.

«Я тоже умею догадываться. Может, сам скажешь, кто ты?»

Его сородич повертел головой.

«Полетели. Я обучу тебя возвращаться в человеческую форму, но здесь ты замерзнешь. И осознанно оборачиваться в родовую форму. Завтра к полуночи прилетай сюда же. Буду учить тебя управляться с ветрами».

«Кто ты?» – упрямо повторил Люк.

«Ты же умный мальчик, – устало прошипел собеседник. – Додумаешься сам. Я не имею права говорить».

«Я уже додумался, – мрачно произнес Люк. – Благо, в Инляндии только один человек может, по слухам, оборачиваться по подобию Белого».

«Держи свои соображения при себе».

Вот сейчас старший подавлял, и пришлось подчиниться. Шея сама собой изогнулась.

«Χорошо. Как мне тебя называть?»

«Наставник. Полетели. Надо успеть, пока тебя не хватились. Да и меня…короче, поднимай зад. И постарайся решить вопрос с фермером, чтобы не болтал».

Наставником новообретенный сородич оказался довольно въедливым и занудным. Пока два змея летели над облаками к Дармонширу, он толковал Люку про ветра – как ощущать, ловить их, как заставлять нести, куда нужно. Как ориентироваться в пространстве и определять, откуда какой поток пришел.

«Запахи, ориентируйся на запахи. Когда побываешь во всех странах в этой ипостаси, не перепутаешь. Каждое место пахнет особенно и поит воздух своим ароматом. Северные ветра пахнут снегом, хвоей и камнем. Те, что приходят из Бермонта, несут с собой вкус мхов и хвои, блакорийские – тинные, с едва уловимой болотной кислинкой. Рудлог – большая страна: с Милокардер спускаются потоки, впитывая испарения жирного чернозема и лиственных лесов, с Севера приходят мощные континентальные ветра, в них много влаги от озер, много хвои. Йеллоувиньские – суховеи. Морские несут с собой дожди, а те, что идут через Маль-Серену, ты научишься определять – они пахнут любовью».

Люк, купающийся в обилии этих запахов, растерявшийся от них, недоверчиво повернул голову к тому, кто называл себя наставником.

«Ты поймешь, о чем я говорю, – насмешливо отозвался тот. – После того как встречаешь ветер с острова Иппоталии, обостряется инстинкт размножения».

«Он и сейчас не спит, – буркнул Люк и облизнулся раздвоенным языком. – Даже и не знаю, чего хочу больше – жрать или размножаться».

Змей-старший раздраженно мотнул хвостом, и по спине обуреваемого инстинктами потомка Белого ощутимо хлестнуло холодным ветром.

«Потом о бабах подумаешь, Лукас. Побольше самоконтроля».

Самоконтроль явно проигрывал желанию долететь до Рудлога и снова выкрасть одну принцессу. С ее острой грудью и горячими губами… и крепкими бедрами… и татуировкой внизу живота… какая все-таки пугающая интуиция у Марины…

«Ты меня вообще слушаешь?»

«Да, – смиренно отозвался Люк. – О чем ты говорил?»

Его змейшество с великим терпением повторил:

«Самые чистые ветра – высоко над Турой, где небо черное и видны звезды, а воздуха так мало, что он не держит запахи и пропитан божественной силой. Туда можно подниматься, чтобы подпитаться, но это опасно».

Лорд Лукас, с усилием хлопающий крыльями, зевнул во всю пасть, чуть отстав, снова получил ветром по спине и нагнал наставника. Тот уже объяснил, что крылья не держат в воздухе, а лишь помогают движению, и что можно лететь и не используя их, изгибая тело на манер ужа, плывущего в воде.

«Ты можешь летать и в человеческой ипостаси, – вещал большой змей, и восходящее солнце золотило его чешую и длинные изящные перышки за ушами. – Ты и сам ветер, ты – эфир, и в твоей власти принимать любой размер и растекаться эфирным туманом… ты можешь вообще не принимать какую-либо форму, но это опасно, поэтому пока даже не думай пробовать. Потом покажу. Так можно создать бурю, став ее сердцем, так можно остановить ее».

«Опасно» было самым частым словом, которое вдалбливал ему наставник.

«Попробуй сегодня проверить целительские способности, – наставлял его старый змей. – Они должны проснуться. Это первое, что просыпается при инициации. Возьми анатомический справочник, найди подопытного, ощути его виту руками. Не пощупай, – ехидно пресек он фырканье Люка, – а просканируй над телом. Ты поймешь, как вибрирует каждый орган, запомнишь это, и ощутишь, если с ним что-то не так. Это как будто в гармоничной мелодии звучит фальшь».

«Не проще показать мне?» – возмутился Люк, тренирующийся в это время лететь без помощи крыльев и старательно виляющий телом, приходя от этого в дикий восторг и выписывая в небе круги и восьмерки. Умом он понимал, что ведет себя как идиот. Но его переполняла такая чистая радость, что никак не мог устоять.

«Не проще, – прошипел змей-старший, воздевая глаза к небу от выкрутасов ученичка, – потому что для обучения тебе нужно знать хотя бы основы анатомии. Вот и займись. И еще раз повторю – сдерживайся, эта неделя будет сложной. Избегай волнений. Иначе могут быть жертвы».

«Легко сказать, – огрызнулся Люк. – Я вообще не понимаю, как я обернулся. И как мне в этом случае сдерживаться?».

«Почувствуешь, что не в состоянии совладать с собой, – занудно проговорил его змейшество, – сделай несколько вдохов-выдохов, попытайся найти внутри точку спокойствия, растянуть ее на все тело».

Люк снова фыркнул.

«А попроще, уважаемый наставник?»

Старый змей очень тяжело вздохнул.

«Бывали случаи, когда тебе очень хотелось дать кому-то в морду, но нельзя – и ты останавливал себя?»

«Редко, – честно признался лорд Лукас. – Чаще всего я себя не останавливал. Но так куда понятнее, спасибо».

«Придется учиться, – твердо заявил наставник. – У тебя день, чтобы потренироваться. Жду тебя ночью в горах. А сейчас тихо спускаешься в лесок, оборачиваешься и идешь в замок. В тумане тебя не должны увидеть».

«Объясни, наконец, как обернуться?» – мысленно взвыл его светлость, у которого уже башка опухла от наставлений и поучений. Да и инстинкты никак не хотели замолкать.

«Представь, что ты человек, и все, – откликнулся старый змей невозмутимо. – Снижайся, Лукас. Я понаблюдаю за тобой. И еще, – он поколебался. – Не трогай пока зеркала. Понял? Не прикасайся к зеркалам. Ни в коем случае».

«А что будет?» – устало поинтересовался Люк. Новых впечатлений и знаний оказалось уже слишком много, и его начало потряхивать.

«Распылит в подпространстве, – буркнул наставник. – Запомнил? Не трогай зеркала!»

* * *

Люк скользнул на заснеженную полянку в парке, где сквозь плотный туман еле-еле виднелись шпили замка Вейн. Покосился на свои лапы, погрыз деревья – ужасно чесались клюв и зубы. И, отплевавшись от щепок, закрыл глаза и представил себя таким, каким привык видеть в зеркале.