Гранит науки и немного любви - Ольга Романовская

К превеликому моему сожалению, меня с самого утра заняли работой, не позволив даже словом перемолвиться с магистром Лазавеем. Он, к слову, был на редкость неразговорчив: наверное, готовился к сложному ритуалу переброса – или как тут перемещение в пространстве называется? Поэтому нами командовала магистр Тшольке. Разбила на пары и отправила в город с различными поручениями. Три пополам не делится, поэтому кому-то пришлось идти с ней. И угадайте, кто стал тем счастливцем? Разумеется, я. Как существо, лишённое магии.

Осунта привела свою голову в порядок, заплела две косы вместо привычного «хвоста» и закрепила на висках шпильками. От привычных штанов и рубашки она тоже избавилась и переоделась в строгое платье по местной моде. Но на каблуках магистра я всё равно не представляла. Напрасно. Осунта доказала, что её ноги привычны не только к сапогам, а и к туфлям. Да, я носила не такие, но каблучок присутствовал.

– Агния, у вас есть… – она задумалась, вспоминая название кругляшка, – преобразователь речи, поэтому беседовать с людьми будем через вас. Нам нужно попасть в местный университет или иное высшее учебное заведение. Затем обойдём культовые сооружения и купим второй преобразователь.

Если мы с Юлианной гуляли по нижней части города, лишь слегка затронув верхние, центральные кварталы, то магистр Тшольке повела меня прямиком туда. Будто делала это каждый день, остановила конку, молча заплатила и прильнула к окну, наблюдая за улицей.

Конка довезла до знакомого бульвара, и я предложила купить преобразователь.

– Потом, – отмахнулась магистр, – есть дела важнее.

– А второй преобразователь…?

– Временно отдали Липнеру Гедашу. Магистру Лазавею он сегодня не нужен.

Прикусила язык, чтобы не спросить об отце, но вовремя одумалась. Каким бы ни был Липнер, сдавать его я не собиралась. Да и парень наверняка усвоил урок, оставит меня в покое.

Конка резко свернула не туда, и мы вышли.

Магистр Тшольке нахмурилась, а потом велела узнать, в какой стороне Университет. Ума ни приложу, зачем он ей? Межмирные связи налаживать? А как же священники? Один уже нас видел, наверняка всем разболтал. Хоть бы личину магистры на нас наложили.

Размышляя о методах борьбы с врагами, почерпнутых из курса истории магии – хоть на что-то эти пыльные, нудные книги и лекции сгодились, – брела вдоль домов, высматривая прохожих познатнее. Говорить, несомненно, следует с тоэрадос – так в Шойде называли всех, кто не крестьяне. По идее, я тоже тоэрадос. Или тоэрада – какое там у этого слова единственное число женского рода?

Наконец выбрала одну пожилую даму и пристала к ней с вопросом. Старушка принялась долго объяснять, как и куда свернуть, – а я вдруг услышала златорскую речь. Либо у меня галлюцинации, либо тут есть ещё попаданцы из нашего мира. Определённо, это не Липнер и не Юлианна. Тот самый таинственный как бы отец?

Завертела головой, пытаясь понять, откуда доносился звук, и уткнулась в группку из трёх человек, выходивших из лавки. Тихий такой, осторожный – и об оружии. Стояла бы дальше – не услышала, а так – всего в двух шагах.

Резко отвернулась, изображая глубокий интерес к исторической справке об Университе, которую мне излагали, а сама старалась не упустить ни слова.

Конечно, им нечего бояться: без включённого преобразователя их никто не поймёт, а местные жители берегут магическую энергию, не пользуются этой вещичкой без причины. Я ведь выяснила: она восстанавливает заряд за сутки. И держать её включённой можно не дольше тридцати часов. Поэтому лучше включать и выключать, чтобы подзаряжалась.

Как бы подать знак магистру Тшольке?

Вот ведь, они даже не в рясах, одеты, как обычные горожане… Если бы не златорский, прошла бы мимо и не заметила. Русалочий хвост, вот бы они тоже меня не заметили. И то, что башкой мотала, и то, что не местная.