Не сотвори себе вампира - Галина Гончарова

– Жалеешь? – подал голос Даниэль.

Я вздохнула. Вышла из своего угла, пересекла комнату и подошла к вампиру.

– Я тебя люблю. И ни о чем не жалею. А у людей могут быть дети от вампиров?

– Несколько раз были и такие случаи.

– Надо будет и нам попробовать.

Даниэль сгреб меня в охапку и подбросил в воздух.

Я взвизгнула и вцепилась в его плечи.

– С ума сошел?! Уронишь!

– Юля, ты меня за все простила?

– Еще раз соврешь – надеру уши. А пока – да.

– А меня в расчет принимать не надо?

Мечислав. Вылез ежик из тумана, вынул ножик из кармана…

– Когда все это закончится, мы все – вы, я, Даниэль сядем и решим, как будут строиться наши отношения. Но хочу подчеркнуть сразу – как мужчина вы мне не нужны. Ни даром, ни с доплатой. И личную жизнь я буду строить с любимым человеком. Вот.

Мечислав сверкнул глазами. Судя по тому, как напряглись обнимающие меня руки Даниэля, стоило ожидать нового взрыва. Но лучше было все сказать сейчас, а не потом. Чем дольше удерживаешь давление в котле, тем сильнее взрыв.

Разрядила ситуацию Надя.

– Да вы не расстраивайтесь так, театральным шепотом произнесла она, подавшись к Мечиславу. – Я точно знаю, что Юля по ночам храпит. И характер у нее кошмарный. Радоваться надо, что так легко отделался!

– Это я храплю?! – возопила я. И даже сделала попытку дотянуться до ближайшей вазы.

Надя тут же юркнула за спину к Мечиславу. Вампир даже не сообразил сразу, что делать, и захлопал длиннющими ресницами. Ну да. Вот разборки с Дюшкой и сражения ему привычны. А что делать, если две девчонки начинают выяснять отношения? Вопрос…

Но вампир справился и тут.

– Всем молчать. Даниэль, сядь. Юля, ты тоже. Никто твою великую любовь и пальцем больше не тронет. Надя, хватит валять дурака.

Мы присмирели. Даниэль послушно уселся на диван и притянул меня к себе на колени. Надя плюхнулась в кресло. Мечислав садиться не стал, а просто прошелся по комнате.

– Сейчас не время для свар и глупостей. Юля, извини, я сорвался. Даниэль, я могу сам отколотить тебя, но, если это в моих силах, не позволю никому причинить тебе вреда. Надя, прошу у вас прощения за безобразную сцену. На этом считаю дело закрытым. Извольте меня не провоцировать. Ясно, Юля?

– Я вас не провоцировала.

– Неужели? И даже в глубине души не было? – Но соврать, что не было, вампир мне не дал. – Подумаешь – ответишь. И не мне, а сама себе. Дальше. Надя, мы пробудем здесь сутки, максимум двое. Потом уйдем. Куда – вам знать не надо. Дольше проживете. Но если мы выиграем, я разрешу Юле все вам рассказать. Это – устроит?

– Более чем.

– Договорились. И еще. Я знаю, что вы помогаете подруге просто так. Подумайте, что я мог бы вам подарить.

– Что?!

Надя взлетела с кресла, как подброшенная пружиной. – Ты за кого меня принимаешь, гад?! Я своей дружбой не торгую!

– А я и не предлагаю вам оплату за помощь подруге. Но сейчас вы помогаете мне, а это надо оплатить. Я же вам ни с какой стороны не друг. Над этим и подумайте. Ответ тоже дадите мне через два дня. Сейчас я иду спать. Даниэль, предлагаю тебе присоединиться. Девушки прекрасно посплетничают без нас. Еще вопросы есть?

Больше ни у кого вопросов не было. А я вдруг поняла, за что уважают Мечислава. Сейчас передо мной сидел не озабоченный сексом мальчик-зайчик. Этот мог и построить кого угодно, и заставить себя выслушать. И, как бы тяжело ни было, подчинить себе и свои чувства и эмоции. До сих пор что-то подобное я видела только у деда. Вот не думала, что сравню этих двоих.

Мечислав тем временем вышел из комнаты. Даниэль провел губами по моей щеке.

– Малыш, он прав. Мне бы тоже надо выспаться.

– Спокойного дня, любовь моя, – улыбнулась я, возвращая поцелуй.

Надя закашлялась. Мы с неохотой оторвались друг от друга, а Даниэль вытащил ладонь из-под моего свитера. И когда только успел? Кажется, мы немного увлеклись.

– Что?

– Ребята, я уйду, потом займетесь сексом, ладно? А то мне даже как-то неловко.

Мы смутились. Потом почти хором извинились – и Даниэль отправился – таки в спальню. А я посмотрела на подругу.

– Ну что, пойдем погреем пиццу и посплетничаем?

Чем мы и занимались следующие четыре часа. Уничтожили пиццу. Нашли в шкафу бутылку вина – и приговорили ее под задушевную беседу.

– …

– Ну что, колись подруга! Почему ты вдруг – кудряшка?

– Это Мечислав так меня прозвал. А я тогда не могла спорить, потому что с ног валилась от усталости. Кстати – мне кажется, он использует прозвища, чтобы не запоминать имя очередной пассии. Рыбка, зайка, киска…

– И тебе это нравится?

– У меня просто сил не хватает с ним спорить. Или находится более важная причина поругаться.

– А как Даниэль к этому относится?

– По-моему, он ревнует.

– А есть с чего?

– Есть. Что теперь поделать, если Мечислав может соблазнить целое движение амазонок одной клыкастой улыбкой?

– А он тебе только улыбался?

– Не только, – вздохнула я.

– А что тогда?

– Еще и заигрывает.

Я уже успела рассказать Наде все, что произошло со мной за эти четыре дня. В подробностях. И теперь подруга сопоставляла факты. Я ей не мешала. У меня своих дел хватало. Хотя бы налить себе еще вина и откупорить эту идиотскую банку с оливками!

– Юля, все это очень странно.

– Почему?

– Смотри. Кто-то вас выдал. Если за вами не следили, то откуда и те и эти взяли ваш адрес? И потом, Даниэль – мужчина или уже где?! Мне не нравится его поведение!

– Почему?!

– Или он тебя не любит, или не считает нужным ревновать к Мечиславу.

– Ничего не понимаю.

– А ты попробуй подумать для разнообразия! Мечислав предлагает тебе такую связь, которая вяжет попрочнее стального троса, так?

– Так.

– А что Даниэль?! Он даже не пытается бить тарелки! В конце концов, ты могла бы стать его… как там бишь его?

– Фамилиаром.

– О! Точно! Фамильярностью! Так нет же! Он все тебе рассказывает, а потом уходит и оставляет поле действий Мечиславу. Не слишком ли это мило?

– Достаточно интересно, – признала я. – Но мало ли что? Первая Печать – это вовсе не обет любви и верности.

– Кто бы спорил. Но очень близко к этому! Разорвать-то ее нельзя?!