Грань реальности - Андрей Ливадный

Предстоящая операция одновременно и пугала и притягивала его. Белов поставил Александра перед серьезной проблемой, семена которой за время подготовки операции дали обильные всходы.

Он хотел понять, что такое Логрис, и предстоящие семь дней тренировок, в ходе которых исполнители должны были ознакомиться с аппаратурой и отведенными им ролями, Грин предвкушал как самую длинную неделю в своей жизни.

Ему хотелось быстрее попасть туда – в загадочный, потусторонний мир, дорожку в который открывал видоизмененный кристалл с сознанием Кристофера Раули.

* * *

Вопреки опасениям полковника, пятеро заключенных провели этот день достаточно спокойно.

Они не стремились объединиться в группу. По роду прошлых занятий каждый из них был волком-одиночкой, и сейчас ни у кого не нашлось ни причин, ни желания сбиваться в стаю.

Только Фрост воспользовался разрешением на прогулку. Надев защитный костюм, он вышел за пределы загерметизированных помещений офиса, но пробыл на продуваемом всеми ветрами плато не более получаса. Прогулка ему явно не понравилась, он лишь смог убедиться в справедливости утверждений полковника Грина. Бежать тут действительно было некуда.

«Ладно… – заключил про себя Фрост, возвращаясь к комплексу зданий. – Поищем лазейку в другом месте…»

Колония Гефеста.

Семь дней спустя…

– Итак, господа. Сегодня мы приступаем.

Полковник Грин медленно прохаживался меж вертикальных перегородок, выполненных из тонированного стекла, которые делили компьютерный центр колонии на восемь отсеков с отдельными терминалами.

– Каждый из вас имел достаточно времени, чтобы ознакомиться с аппаратурой и со своей конкретной задачей. Судя по отсутствию жалоб, проблем при предварительных тренировках не возникло, но повторяю: неизвестно, с чем нам придется столкнуться в недрах той машины, вторжение в которую мы начинаем. – Грин остановился напротив перегородки, за которой маячил сгорбившийся в кресле силуэт Фроста. – Доминик, ты готов?

– Да, – ответила смутная тень.

– Твоя задача?

– Копировать все доступные массивы информации.

– Верно. Саймон? – Александр обернулся к другой перегородке.

За неделю тренировок Генрих стал более покладист.

Он уже не рычал в ответ на каждое обращенное к нему слово.

– Я отслеживаю информационные потоки и пытаюсь уйти по ним как можно дальше от зоны вторжения, одновременно снимая информацию.

– Отлично. Загер?

– Прикрываю Саймона, – раздался лаконичный ответ.

– Донован?

– Отслеживаю по информационным потокам процессор интересующего нас узла.

– Верно… – Грин пока что был доволен. Он обернулся к последней перегородке.

– Клаус?

Голос, раздавшийся в ответ, не в пример другим был чуть хрипловат от волнения:

– Изображаю фантом заблудившегося в сети пользователя. Отвлекаю на себя гипотетические охранные программы.

– Отлично. – Александр прошел в узкий отсек и уселся в кресло за терминалом.

– Начинаем, господа. Не забывайте, первый контакт – это разведка. Ничего не тревожить, ни единого байта, никаких нарушений структуры, только копирование…

– Не учи отца… – дальше последовало нецензурное выражение. Фраза принадлежала Доминику Фросту – человеку, который двадцать лет назад сумел полностью взломать защиту и подчинить своей воле кибернетический мозг боевого крейсера Конфедерации Солнц.

Компания в переоборудованном под компьютерный центр старом офисе господ Раули подобралась еще та…

Грин привычным движением раздвинул двумя пальцами складку кожи за правым ухом и вставил шунт нейросенсорного соединения, который с характерным чавкающим щелчком вошел в контакт.

– Поехали.

* * *

Если оценивать события мерками объективного времени, то со дня смерти Кристофера Раули прошло уже несколько месяцев, – столько понадобилось генералу Белову и полковнику Грину, чтобы после внедрения кристалла в Логрис подготовить людей и оборудование для начала операции на Гефесте.

В пяти тюрьмах произошли пять разных несчастных случаев, в результате которых «погибли» отобранные Беловым специалисты, отбывающие пожизненные сроки за свой криминальный талант. Пока шли операции по их изъятию, на Гефесте также произошли перемены. Старая резиденция, в которой жили три поколения семейства Раули, силами имевшихся тут роботов была отремонтирована, а после посадки транспорта, который привез необходимое оборудование, местная сеть была быстро и эффективно дополнена до мощности солидного компьютерного центра.

Все это время виртуальная личность Кристофера продолжала существовать в Логрисе.

Неизвестно, чем он занимался эти месяцы, о чем думал, чего желал, но, когда долгожданный канал был открыт и в виртуальное пространство его Логра серыми змейками скользнули пять чужих сознаний, принадлежавших живым людям, их «взглядам» предстала достаточно унылая и убогая картина. С одной стороны простиралась бескрайняя степь, которая граничила с безбрежным морем, а посреди двух пространств стоял дом… не дом – четыре белых стены без крыши с двумя квадратными окнами и прямоугольной дверью в торце.

Чуть в стороне, неподалеку от постройки, висел плотный кокон черноты, похожий на исполинских размеров столб или башню, воссозданную из мрака. Более в виртуальном мире Кристофера Раули не нашлось ничего стоящего внимания.

Создавалось ощущение, что обитающая тут человеческая душа на самом деле умерла, скончалась, оставив после себя две разновидности природного ландшафта и недостроенное жилище.

– Первый, пошел…

От цветной реки, значение которой сейчас пытался определить Саймон, отделился странного вида виртуальный фантом. Несколько секунд он стоял неподвижно, а потом медленно побрел по равнине к виднеющейся у горизонта постройке.

Он не подозревал, что Крис ждет его.

Ждет давно и напряженно, вот уже несколько дней своего субъективного времени.

Ждет, чтобы определить цели противника и решить, наносить ли ответный удар, и если да – то какой?

Скарм не любил, когда его обманывали, а жизнь научила его устранять возникающие проблемы в самом зародыше, пока те еще не успели развиться до размеров чего-то глобального.

* * *

Существо, которое влезло в сотворенное Кристофером окно, было похоже на человека, за исключением двух сразу же бросающихся в глаза отличий: его кожа отливала мертвенной голубизной, а на руке, уцепившейся за край подоконника, вместо пяти оказалось шесть пальцев.