Дар битвы - Морган Райс

Торгрин сидел на палубе корабля, поджав под себя колени и обхватив голову руками – он был опустошён и раздавлен. После того, как течение вынесло их из-под мрачного неба Земли Крови, сквозь кровавый водопад обратно в открытый океан, они бесцельно дрейфовали в неизвестном направлении, и Тору казалось, что он всё дальше и дальше уплывает от своей подлинной жизни. Солнце светило ярко, озаряя всё вокруг, и он понимал, что должен быть рад снова оказаться на свободе, но радоваться у него сейчас получалось меньше всего.

Впервые в жизни он чувствовал, что провалил свою миссию. Он отправился в путь, чтобы спасти сына, но не преуспел. Самое ценное сокровище ускользнуло у него из рук, он спасовал перед врагом, не сумел покорить себе землю, чьё могущество во много раз превышало его собственное. Он понимал, что ему суждено было погибнуть там, и что если бы не Эйнджел, он бы до сих пор был там, навеки пойманный в ловушку.

Теперь он болтался в море вместе со своими товарищами по Легиону, и не мог найти в себе душевных сил, даже чтобы пошевелится, хотя они, как обычно, ожидали его распоряжений. Никогда раньше он не чувствовал себя таким парализованным, бесполезным и совершенно неспособным взять лидерство. Он потерял сына и не видел смысла жить дальше. При этом, он понимал, что возвращаться в Землю Крови тоже было бы глупо, потому что это место было для него слишком опасным и непостижимым. Он был недостаточно силён, чтобы соваться туда – именно так, как и предупреждал Рагон.

Тору было унизительно осознавать, что у него были непобедимы враги, что его могущество имело границы, и даже потребность спасти сына не пробудила в нём достаточно сил. Но больше всего Торгрина мучила мысль о том, что Гувейн остался там, в лапах Кровавого Властелина и его нечисти, и ему грозило превратиться в инструмент, с помощью которого эти твари достигнут своих целей. У него отняли его малыша. Он оказался никчемным отцом.

Торгрин сидел, крепко сжав виски, и ненавидел себя.

Он раз за разом прокручивал в голове своё путешествие, пытаясь понять, что пошло не так, и что он мог сделать иначе. Корабль мерно колыхался на волнах, и он знал, что не сможет задать ему курс – без Гувейна ничто больше не имело смысла. Тор не мог вернуться к Гвендолин без сына, признать поражение и с этим поражением жить. Но других вариантов у него тоже не было.

Он отчаялся.

"Торгрин", – окликнул его тихий голос.

Тор почувствовал, как чья-то сильная рука успокаивающим жестом легла ему на плечо, поднял голову и увидел Риса. Тот присел рядом с другом, явно намерившись его утешить.

"Ты сделал всё, что мог", – сказал он.

"Ты зашёл дальше, чем кто угодно другой зашёл бы на твоём месте", – подхватил другой голос.

Тор обернулся и увидел, что к нему подошёл Элден и уселся с другой стороны. За спиной у них заскрипели доски, и к ним присоединились О'Коннор, Матус, Селезия, Индра и Эйнджел. Все они обступили Тора, и в их взглядах он прочёл тревогу и заботу. Ему стало стыдно. Они привыкли видеть в нём лидера – сильного и уверенного в себе. Он никому не показывал свою слабость. Но теперь он не знал, как поступать дальше и как мириться с самим собой.

Тор покачал головой.

"Мой сын по-прежнему не со мной", – сказал он сломленным голосом.

"Верно", – ответил Матус. "Но оглянись вокруг. Мы все живы. Ты жив. Не всё потеряно. Мы ещё выиграем не одно сражение и выполним не одну миссию".

Торгрин отрицательно помотал головой.

"Без моего сына нет никакой миссии. Всё бессмысленно".

"А как же Гвендолин?" – спросил Рис. "Как же изгнанники из Кольца? Мы нужны и им тоже. Наш долг – найти их и спасти, где бы они ни были".

Но Торгрин не мог представить себе, что вернётся к Гвендолин и остальным в качестве проигравшего.

Он медленно покачал головой.

"Оставьте меня", – обратился он ко всем сразу, и голос его прозвучал жёстче, чем ему хотелось.

Он спиной ощущал их удивлённые взгляды, их обиду на его грубость. Никогда раньше он так с ними не говорил, и сейчас причинил им боль. Он сразу же почувствовал себя виноватым, но внутри у него всё слишком онемело, слишком сжалось от стыда, чтобы сейчас посмотреть хоть кому-то и них в лицо.

Тор опустил голову ещё ниже, тяготясь их присутствием, и сосредоточился на скрипе корабельных досок. Уголком глаза он увидел, как друзья разошлись и устроились в другом конце палубы, чтобы больше его не беспокоить.

Он чувствовал, как в животе у него разверзалась бездна. Ему хотелось поступить иначе. Хотелось взять себя в руки, вернуть себе лидерство, с честью пережить неудачу. Но поражение слишком его подкосило.

Неожиданно где-то вдалеке раздался крик. Торгрин поднял голову и посмотрел на небо, гадая, уж не почудилось ли ему. Крик был похожим на драконий. Но как это было возможно? Неужели, Ликополз вернулась?

Он внимательней всмотрелся в облака, и сердце его забилось чаще, когда он узнал свою верную подругу, Ликополз, которая вилась над кораблём, приветственно кричала и громко хлопала крыльями. Тор увидел, что что она держала что-то в когтях. Он прикрыл глаза ладонью, прищурился от солнца и попытался понять, что же это было. Предмет выглядел как свиток.

Через пару секунд Ликополз спикировала вниз и приземлилась на палубу рядом с ним, медленно и гордо расправив свои мощные крылья. Она смотрела прямо ему в глаза, и он видел в её взгляде решимость, энергию, дерзость и целеустремлённость. Ему хотелось обнять её, перенять её настроение, проверить, что за свиток она принесла, но даже на это у него не было сил.

Остальные тоже столпились вокруг драконихи, соблюдая, однако, безопасную дистанцию.

"Что в свитке?" – спросила Эйнджел.

Торгрин пожал плечами.

Эйнджел в нетерпении подбежала к Ликополз, осторожно протянула руку и выхватила свиток из её лап. Ликополз тихонько вскрикнула, но не стала ей мешать.

Эйнджел развернула свиток и заглянула внутрь.

"Это от Гвендолин", – сказала она, оборачиваясь к Тору и вручая ему послание.

Тор пальцами ощутил шершавость и хрупкость пергамента. Сложно было представить, что он пересёк полмира. Это ощущение помогло Тору очнуться от своих мыслей, и он невольно начал читать:

Мой дорогой Торгрин,

Если этот свиток дойдёт до тебя, знай, что я ещё жива и думаю о тебе также часто, как дышу. Я встретилась с учителем Аргона и он рассказал мне о Кольце. О Кольце Чародея. Это кольцо необходимо нам, чтобы снова быть вместе, чтобы спасти Гувейна, восстановить нашу родину и всем вернуться в Кольцо. Отыскать это кольцо способен только ты. Торгрин, ты нам сейчас нужен. Ты нужен мне . Ликополз покажет тебе, где кольцо. Следуй за ней. Сделай это ради меня. Ради нашего сына.