Не так страшен черт - Алексей Калугин

– Студийная запись? – уточнил я.

– Концерт, – едва ли не с обидой глянул на меня бармен.

– Что за вещь? – спросил я, чтобы сгладить допущенную оплошность.

– «Блюз для Аллаха», – ответил бармен. – Знаешь?

– Ну еще бы! – с готовностью заверил его я.

– Кайф! – Бармен прикрыл глаза и начал постукивать пальцами по стойке в такт мелодии, которую слышал только он один.

– Эй, послушай! – Я решительно хлопнул по стойке ладонью.

Вздрогнув от неожиданности, бармен испуганно взглянул на меня.

– Мне нужен Красный Воробей, – сообщил я ему доверительным тоном. – И я знаю, что он бывает здесь.

– Не знаю никакого Воробья, – покачал головой бармен и попытался было вновь уйти в мир виртуальной музыки.

– Эй, я к тебе обращаюсь! – снова стукнул ладонью по стойке я.

Бармен посмотрел на меня, как усталая кобыла на надоедливого слепня.

– Ты получил то, что хотел, теперь я хотел бы получить от тебя информацию, – произнес я раздельно и внятно, стараясь, чтобы смысл моих слов полностью и без искажений дошел до сознания бармена.

– Ты кто такой? – вопрос был задан так, словно я всего минуту назад вошел в кафе.

– Мне нужен Красный Воробей, – терпеливо повторил я.

– А кто такой Красный Воробей?

– Он бывает в этом заведении.

Бармен улыбнулся всепрощающей улыбкой Христа, ведомого на Голгофу, и отрицательно качнул головой.

– Мы не предоставляем информации о наших клиентах.

На этом, как я понял, возможности для нормального диалога оказались полностью исчерпаны. Следовательно, пора было переходить к радикальным методам воздействия на потенциального свидетеля.

Правой рукой я крепко ухватил бармена за тощую шею и пригнул его голову к стойке. Что-то сдавленно пискнув, он попытался вывернуться, но я только крепче прижал его щекой к стойке. Свободной рукой я достал из кармана бумажку в десять долларов и взмахнул ею перед носом престарелого хиппи.

– У тебя есть выбор, – спокойно проинформировал я свою жертву. – Либо ты рассказываешь мне все, что знаешь о Красном Воробье и получаешь за это десять долларов, либо я размазываю твою физиономию по стойке, после чего ты удовлетворяешь мое любопытство. Какой вариант тебе больше нравится?

– Я бы на твоем месте не стал его злить, – посоветовал бармену Гамигин. – Если он по-настоящему выйдет из себя, то даже я не смогу его урезонить.

Я удивленно глянул на черта. Гамигин быстро подмигнул мне, давая понять, что осведомлен о правилах игры. Интересно, где он успел этому научиться?

– Я действительно не знаю, кто такой Красный Воробей!

Бармен, похоже, наконец-то по-настоящему испугался. Он лежал на стойке, раскинув руки в стороны, и даже не пытался оказывать сопротивления. Я ослабил хватку и позволил ему чуть приподнять голову.

– Не пропустил фирменное соло Джери Гарсии? – сочувственно осведомился я.

Бармен обиженно шмыгнул носом.

– Ты знаешь всех постоянных посетителей кафе?

– Многих…

– И среди них нет ни одного, кто бы называл себя Красным Воробьем?

Бармен отрицательно мотнул головой.

– А посторонние сюда часто заглядывают?

– Случается…

– Ты можешь вспомнить кого-нибудь, кто заходил сюда несколько раз на протяжении последних двух недель? Скорее всего он не похож на местных придурков.

– Да! Да! – быстро кивнул бармен. – Заходил несколько раз мужик лет пятидесяти!

– И что?

– Заказывал водку с тоником, после чего садился за компьютер, всегда один и тот же. Виртуал-автоматы и гипершлемы его не интересовали. Ему нужен был только выход в сеть…

– Дальше.

– Брал водку, садился за стол с компьютером… Что он искал в сети, я не знаю… Обычно задерживался ненадолго – полчаса, от силы минут сорок…

– Как расплачивался? – спросил Гамигин.

– Только рублями, – ответил, покосившись на черта, бармен. – Из-за этого я его как раз и запомнил. У других в карманах обычно чего только нет: доллары, нимы, шеолы, случается, что и кредитки, а у этого – только московские рубли.

– Тебе известно его имя?

– Нет… Я даже не знаю, тот ли это человек, который вам нужен.

– Как он выглядел?

– Лет пятидесяти… Лицо широкое, немного оплывшее… Волосы темные, с проседью, расчесаны на пробор… Одет аккуратно… Я имею в виду, если сравнивать с нашими постоянными посетителями… Брюки, пиджак, светлая рубашка… Всегда при галстуке… Дурацкий такой галстук – широкие косые полосы, малиновые, белые и черные…

– Костюм новый?

– Да какое там – уже изрядно поношенный. Но аккуратный.

– Когда он был здесь последний раз?

– Дней десять назад… Может быть, двенадцать…

– Точнее не помнишь?

– Нет.

– С кем-нибудь из местных он общался?

– Нет… Не помню…

– Так «нет» или «не помню»?

– Вначале он ни с кем не разговаривал. Только брал у меня выпивку и карточку для оплаты работы в сети… Потом как-то раз – кажется, этот мужик уже в третий или четвертый раз сюда пришел – к нему Щепа пристал.

– Кто?

– Щепа… Ну, один из наших завсегдатаев… Последний раз, когда этот мужик сюда наведывался, они часа три, а то и дольше вместе за компьютером сидели. Мужик Щепе даже выпивку покупал.

– Что у них за дела были?

– Откуда мне знать!

Бармен, осмелев, дернулся слишком уж интенсивно, и мне пришлось снова ткнуть его носом в стойку.

– Кто такой этот Щепа?

– Да парень совсем еще молодой, чуть старше двадцати. Постоянно здесь болтается.

– Настоящее имя?

– Не знаю… Все его только Щепой и называют.

– Может быть, фамилия от слова «щепка»? – посмотрев на меня, предположил Гамигин.

– Да нет, – ответил ему бармен. – Тощий он, как щепка, поэтому и Щепа.

– Чем он занимается?

– Да вроде как ничем.

– Шпана?

– Нет. Просто неприкаянный какой-то.

– Придурок, свихнувшийся на виртуалке?

– Кто его знает… Но в компьютерах он ас. К нему все, если что, – сразу за помощью. По-моему, он только этим на жизнь и зарабатывает.

– Как его найти?

– Да я же говорю, он почти каждый вечер здесь бывает! Приходите после семи, наверняка застанете.