Университет вредной магии. Пособие по выживанию - Ника Ветрова

— У-у-ух, — только и сказала я.

— Если уж мстить, то по науке, — Вреднум вернулся на свое место. — Так что изучай, образовывайся, ну и… перевоспитывай. Пока что рано, конечно, а вот если тебя для устрашения в клан Харг приведет, вот тогда и начинай.

С сомнением взглянув на ректора, я осторожно спросила:

— Вы Владлена Азаэровича не любите, да? Вот и рады устроить ему неприятности?

— М-м-м, — белый маг тяжело вздохнул, — скорее наоборот, Станислава, искренне желаю ему добра.

И тут я поняла, что мы с ректором родственные души, потому что:

— А добро всегда побеждает зло, — протянула я.

— Или перевоспитывает, — улыбнулся Вреднум.

Белый маг во главе Университета вредной магии… О да, я усекла фишку. Но это я усекла, а Темного Властелина уже искренне жаль.

— Декана перевоспитаю, — обнимая книгу и перехватывая растение поудобнее, пообещала я.

— Я в тебя верю, — так же искренне заверил ректор. — Куст у себя оставь, поливай почаще, листья не обрывай, в остальном это обычное растение.

— Все поняла.

Мы молча обменялись рукопожатием, для чего книгу пришлось на время положить на стол, и расстались довольные собой. Я ощущала себя несущей добро и справедливость в темные массы, Вреднум явно наслаждался чистой победой — теперь, когда у меня была цель, срывать лекции я точно не стану. В общем, все, как и всегда, было здорово, в смысле — ведьмы вышли на тропу войны, что осознали, открыв двери ректорского кабинета.

И в связи с этим я вспомнила еще кое-что.

— Лорд Вреднум, — крутанулась на месте, — а по четвертьдемонам у вас что-нибудь имеется?

Ректор задумчиво глянул на стеллаж, щелкнул пальцами, и ко мне прилетела уже знакомая «Как выжить в магической академии. Краткий справочник».

— Только учти, у меня сердце слабое, — предупредил Вреднум.

— Мне нравится ваше чувство юмора, — вполне серьезно заметила я.

Маг заговорщицки подмигнул.

* * *

А кустик я на окно, на лучшее место поставила и обозвала по-простому — Волчиком. Волчик новому месту жительства очень обрадовался, а когда я его полила, вообще едва не заурчал от радости, после чего весело пританцовывал, подставляя все листочки солнечному свету. Он был счастлив, я была счастлива, метла, которую я после драки отполировала и веточки расправила, тоже была счастлива. Одна карта нудела над головой: «Григорьева, на лекции, Григорьева, на лекции!»

Пришлось пойти.

Профессор Куст встретила злым «Отвратно вернуться!», ведьмочки дали пять, я села на место и следующие три с половиной часа давалась диву. Это надо же — все заклинания роста, которые я считала стабильными, надежными и непоколебимыми, таковыми не являлись! Заклинание роста волос, применяемое каждой более-менее образованной деревенской знахаркой, всего одним простеньким «Карэхос» оборачивалось ростом волос не на голове, а на теле! Красавица Светлана Сан, избранная жертвой для практикума, вмиг обросла черным густыми курчавыми волосами на лице, руках, зоне декольте, даже колени — и те стали пушистыми. Ведьмочка выла не своим голосом минут пять, пока профессор Куст, сжалившись, не избавила ее от лишней растительности.

По итогам занятий с дриадой мы все четко усвоили одно — прежде чем произносить даже самое простенькое и слабенькое заклинание, убедись, что в радиусе ста метров нет никого обладающего малейшими знаниями по вредной магии!

Но профессор Куст почему-то искренне верила, что мы сделали совершенно иные выводы, и, как только звонок издал жуткое «Зла-а-а-а-а-а», вполне доброжелательно выдала:

— Вижу, вы сейчас горите желанием испытать все изученные диверсионные заклинания!

Мы желали в дамскую комнатку, как минимум по-маленькому, а еще мы больше не хотели колдовать… вообще! И должна признать, оно очень страшно, когда что-то стабильное и надежное вдруг оказывается… полностью ненадежным! Хуже того — сразу начинаешь за каждым кустом подозревать гада, который обязательно вмешается в твое заклинание… Паранойя начала цвести махровым цветом…

— Понимаю-понимаю, — улыбалась дриада, — вам не терпится попробовать, но, дорогие ведьмочки, исключительно на практикуме.

Слава духам!

— И только под моим присмотром.

Значит, выживем! Повторно слава духам!

— Теорию к следующей лекции вызубрить. Все свободны.

Трижды слава духам!

И мы ринулись в дамскую комнату, благо недалеко было. Там, стоя перед зеркалом и проверяя себя на отсутствие лишних волос, ногтей, носов, пальцев (испытывали-то пять заклинаний роста, мне вообще повезло, мне кустик достался, а остальные показательные демонстрации на ведьмочках проводились), мы решили обменяться парой фраз:

— Слава духам, следующая пара только через неделю, — пробормотала Светлана.

— Меня трясет, — призналась Кларисса.

— Ногти, ногти, у меня везде ногти… — бормотала Райса Злобнер.

— Колдовство — страшно! Нам молоко за вредность должны давать, — это я.

— Драконье, — согласилась со мной Ханна.

— Свежесдоенное, — поддержала Агата.

И тут кто-то постучал в дверь.

Учитывая, что мы находились в общественном туалете, это было странно. Мы перестали жаловаться и в ожидании уставились на дверь. Последняя приоткрылась, открывая нашему вниманию черную коробку, выстланную алым бархатом, на котором оказались туфли! Тоже черные, с серебряной пряжкой, точно такие, как на Райсе.

— Гарак, нет! — решительно заявила я.

Туфли исчезли за дверью, из-за нее же раздалось смачное ругательство. Но когда мы вышли, черта там уже не было. А вот меня ждал совсем иной черт… ну или даже не черт, если верить Вреднуму, а я ему верю. Это с одной стороны, про то, что верю, а с другой — я еще книжку не прочитала.

Хотя, положа руку на сердце, декану чертового факультета сейчас было не до книжных дел — ворот рубашки разорван, на шее засос, второй засос виднеется в разодранной на рукаве рубашке, вид… не столь презентабельный, как обычно, а еще взгляд злой. Настолько злой, что все перепуганные профессором Куст ведьмочки обратно в туалет юркнули, а я… я тоже юркнула и уже оттуда, приоткрыв дверь и высунув голову, промурлыкала:

— Отвратненьких, дорогой.

Владлена Азаэровича перекосило.

— Развод не подпишу, — решила понаглеть я.

Просто после беседы с Вреднумом произошедшее уже не казалось столь фатальным и страшным.

— Григорьева, — прошипел взбешенный будущий перевоспитавшийся, — ты кому растрепала?

— Всем! — гордо объявила я и закрыла дверь.

На удивленные взгляды ведьмочек пояснила: