Внешняя угроза - Алексей Фомичев

– А в армию как попала?

– Ну-у… Если честно… – Марита посмотрела на Титова и с небольшой заминкой ответила: – Хотела быть рядом со своим парнем. Мне тогда восемнадцать исполнилось, второй серьезный роман…

Она усмехнулась, пригладила ворот рубашки. Видимо, вспомнила свою «серьезную» любовь.

– Он на пять лет старше меня, окончил школу младших офицеров для разведподразделений сухопутных войск. Стал вторым лейтенантом. Я тогда без ума была от него. Высокий, красивый, сильный! И форма ему очень шла. Девчонки ахали, завидовали. А когда он уехал к месту службы, я решила, что не хочу… Вернее, хочу быть рядом. Вот! Пришла в вербовочный пункт, написала заявление. Учебная часть, курсы командиров групп связи полкового звена, звание старшего сержанта…

Голос Мариты, и без того не очень громкий, стал глуше. Видимо, воспоминания не были особо веселыми.

– А тут встреча с передовым флотом Протериса, конфликт у Альгатери, начало войны. На Достее объявили военное положение. Начался призыв резервистов, набор волонтеров в учебные части. Сразу выросла численность сил обороны планеты. Кроме того, наращивали силы обороны уже обнаруженных и колонизируемых планет. Строили орбитальные станции, пояс защиты, стационарные и маневренные платформы-носители… Меня и мою группу направили в полк пятой аэромобильной дивизии. А моего парня назначили командиром разведгруппы в отдельном ударном корпусе пехоты. Я написала три рапорта, прося перевода туда, но мне отказали. А потом…

Она вдруг замолчала, закрыла ладонью глаза и нос. Титов вздохнул, мягко произнес:

– Извини! Я не хотел.

Глемм просидела молча около минуты, справляясь с нервами. Потом всхлипнула, вытерла глаза и почти нормальным голосом сказала:

– Ничего! Я уже давно отплакала свое. Это так… рецидив…

– Тебе надо успокоиться и отдохнуть.

– Нет! Я в порядке.

Она резко вскинула голову, словно загоняя слезы обратно, через силу улыбнулась.

– Все хорошо. Прости… Так вот через три месяца наша разведка вышла на орбиту одной планеты. Это и был Аккусат. Полностью пригодная для проживания планета. Минимум разумной жизни, лишь отдельные очаги. Достея успела перебросить туда только несколько кораблей, орбитальных комплексов и всего три бригады из состава ударного корпуса. Протерис тоже узнал о планете. И о нашем присутствии. И нанес удар… У них двукратное превосходство на земле и трехкратное в космосе. Словом, была мясорубка. Когда подоспело подкрепление, из наземных сил уцелело меньше четверти. И мой Иранек… Он сгорел в разведботе.

Она опять запрокинула голову, достала платок и вытерла глаза. Заговорила излишне бравурным голосом:

– Когда узнала об этом, вновь написала рапорт. Просилась на Аккусат. Но мне вдруг предложили перейти на службу в отдельную разведывательную бригаду. Об этой бригаде ходило столько легенд, что мы и не знали, чему верить. Я дала согласие. Потом годовая переподготовка, офицерские курсы, еще полгода стажировки, и вот – второй лейтенант Марита Глемм готова к службе! Шесть разведвыходов, две высадки на обследуемые планеты. Эта – третья… На войне была всего три месяца, повидала всякого. Даже под обстрел сенсорными бомбами попала.

– Что? – не понял Титов.

– Сенсорные бомбы. Ну как объяснить… Это и не бомба вовсе, скорее ракета. Датчики, стоящие на ней, улавливают излучения человеческого тела и наводятся по ним.

Видя, что Титов не очень понимает, Глемм пояснила:

– Человек излучает в тепловом, электромагнитном диапазонах. Он пахнет… У него есть биополе. Датчики все это улавливают и идут прямо на источник излучений.

Майор покачал головой. Страшное оружие у этих ребят! Столько всего навыдумывали, чтобы убивать друг друга. Впрочем, и более простого оружия хватает, чтобы устроить страшную бойню.

Видя растерянный взгляд Титова, Глемм добавила:

– У нас, конечно, есть специальные средства защиты. Рассеивающие излучатели, маскираторы, защитные накидки. Правда, помогают не всегда. Если бомба теряет источник излучения, она взрывается над прежним местом обнаружения. А залп накрывает довольно большую площадь.

– Да-а… Весело у вас там. А техника… сильно отличается от нашей?

Марита улыбнулась. Чуть виновато посмотрела на Титова.

– Сильно. У вас все еще очень просто. Электроники мало, нанотехнологии и молекулярного моделирования нет. Только авиация, флот, ну, танки, артиллерия, стрелковое оружие. У нас тоже это все есть. А плюс к этому космические корабли, носители разных видов базирования, орбитальные станции. Много еще чего… Плазменное оружие, лазеры, термальные пушки.

– Какие пушки?

– Термальные. Это устройство, способное почти мгновенно довести температуру воздуха или воды до… по-вашему до двухсот градусов. Человек в такой среде не выживает. Если только не в защитном костюме.

Теперь понурился Титов. Выстоять в открытом столкновении с инопланетной цивилизацией у землян нет никаких шансов. Как отыскать защиту против оружия, о котором даже не слышали?

Видимо, Глемм уловила ход мыслей майора. Она вдруг подошла к кровати, на которой сидел Титов, села рядом, положила ладонь на его руку.

– Прости. Я тебя расстроила?

Тот поднял голову и посмотрел в глаза девушки.

– Знаешь, я вот слушаю тебя. Понимаю, что все это правда. Но принять умом как-то не могу. Все кажется странным… Корабли, космическая война, чудо-оружие. Чужая война, которая для тебя – повседневность, а для меня… просто тяжело это воспринимать.

– Я понимаю, – сказала Марита. – Когда мы узнали о Нектаве, о цивилизации на ней, тоже считали, что это чудо. А потом привыкли. И стали готовиться к столкновению с кем-то, кто достиг такого же уровня развития, как и мы… К счастью, цивилизация Протериса ни в чем не превосходит нас.

Титов вдруг ощутил тепло, исходящее от ладони девушки. Такое мягкое, приятное тепло. Он посмотрел в глаза Мариты. Черт, девочка так близко, что возникло подспудное желание ее поцеловать.

Эта мысль вдруг рассердила его. Еще чего не хватало! Раскис, майор! Наслушался воспоминаний, сам наговорил всего, размяк. Так не пойдет! Нельзя терять контроль! Нельзя!

«А хороша, чертовка! Хороша! Обаятельна, красива. Так и притягивает!..»

Он хотел встать, чтобы разорвать возникший эмоциональный контакт, но вместо этого вдруг спросил:

– И что, после гибели твоего друга… ты так и была одна?

Марита хитровато усмехнулась. Сама убрала ладонь с его руки. Отсела чуть дальше.

– Да нет. Был один… Я сначала служила в штабном отделе связи. Вот ко мне начальник отдела и пристал. Молодой, видный, холеный. У него отец вроде в главном управлении планетарных сил служит, паренек с хорошей протекцией. Не скрою, он мне понравился. Умеет подать себя, ухаживает красиво. Да и мне нужно было отойти от гибели Иранека. В общем, стали любовниками.