Помутнение - Филип Киндред Дик

— Артишоки, — сказал Брюс. — У нас есть и грибы. Экспериментальные фермы. Конечно. закрытые, чтобы патогенные споры не заражали ночву.

— Грибы, — повторил Брюс, входя в жаркое темное помещение. Управляющий смотрел на него с порога. — Да, Брюс, — сказал он. — Да, Брюс, — сказал Брюс. — Брюс, — окликнул управляющий. — Очнись! Он кивнул, застыв в полумраке, все еще не выпуская из рук чемодан. Стоит им оказаться в темноте, как они сразу клюют носом, подумал управляющий. Словно цыплята. Овощ среди овощей. Грибок среди грибков. Выбирай. Он включил свет и начал показывать Брюсу нехитрое хозяйство. Брюс не обращал внимания — он впервые заметил горы и теперь смотрел на них широко открытыми глазами.

— Горы, Брюс, горы, — сказал управляющий. — Горы, Брюс, горы…повторил Брюс. — Хорошо, Брюс. — Управляющий закрыл дверь домика и подумал: я поставлю его на морковь. Или на свеклу. На что-нибудь простое. На то, что его не озадачит.

И на вторую койку — другой овощ. Для компании. Пусть дремлют свои жизни вместе, в унисон. Рядками. Целыми акрами.

…Его развернули лицом к полю, и он увидел хлеба, поднимающиеся, словно зазубренные дротики. Он нагнулся и заметил у самой земли маленький голубой цветок. Множество цветков на коротких жестких стеблях. Словно щетина. Спрятанные среди более высоких растений, как часто сажают фермеры: одни посадки среди других. Как в Мексике сажают марихуану — чтобы не заметила полиция с джипов.

Но тогда ее засекают с воздуха. И полиция, обнаружив такую плантацию, расстреливает из пулемета фермера, его жену, их детей и даже животных. И уезжает, сопровождаемая сверху вертолетом.

Очаровательные голубые цветочки. — Ты видишь цветок будущего, — сказал Дональд, директор-распорядитель "Нового пути". — Но он не для тебя.

— Почему не для меня? — спросил Брюс. — Ты уже перебрал достаточно! — хохотнул директор распорядитель. — Так что хватит поклоняться. Это уже не твой кумир, не твой идол.

Он решительно похлопал Брюса но плечу, а потом, наклонившись, закрыл рукой цветы от его прикованного взгляда.

— Исчезли. — сказал Брюс. — Весенние цветы исчезли. Брюс видел только загораживающую свет ладонь Дональда и смотрел на нее целое тысячелетие.

— За работу, Брюс, — велел Дональд, директор-распорядитель. — Я видел, — сказал Брюс. Он подумал: я видел, как растет препарат С. Я видел, как голубым покрывалом поднимается из земли, на коротких жестких стебельках, сама смерть.

Дональд Абрахамс и управляющий фермой переглянулись а потом посмотрели на коленопреклоненную фигуру, на человека, опустившегося на колени перед Mors ontologica.

— За работу, Брюс, — сказал коленопреклоненный и поднялся на ноги, Он наблюдал — не оборачиваясь, не в силах обернуться, — как Дональд и управляющий, переговариваясь между собой, сели в машину и уехали.

Брюс наклонился, вырвал один стебелек с голубым цветком и засунул его поглубже в правый ботинок, под стельку. Подарок для моих друзей, подумал он. И крошечным уголком мозга, куда никто не мог заглянуть, стал мечтать о Дне Благодарения.