Корона Всевластия - Татьяна Форш

— Да. Меня это тоже несколько смутило, — кивнула подруга. — Но мы должны проверить все предположения.

— А как ты узнала его имя?

— Никак. Просто, когда я читала историю этого перстня, на глаза попалось имя сына первой Бриллиантовой королевы — Шайтаар, а затем вспомнилось имя твоего подопечного, которым все его называют. Тар. Вот и подумалось: а вдруг Тар — это всего лишь сокращение на земной манер от Шайтаара? — Тейя взглянула на моего подопечного. — Скажи, кто дал тебе это имя?

— Отец. — Скрестив руки на груди, он продолжал стоять у окна.

— А кольцо, как я понимаю, тоже досталось от отца?

Тар не ответил, лишь продолжал смотреть на нее.

— А это значит, что…

Договорить ей не дали. Увлеченные беседой, мы с Тейей слишком поздно услышали голоса за дверью и едва успели исчезнуть, как в комнату вошли трое сонных мужчин.

— Пойдем, тут больше делать нечего! — Подруга открыла портал.

— А как же мы их оставим? — Я бросила взгляд на смертных.

— Легко! Во-первых, до конца дежурства уже ничего не произойдет, а во-вторых, с такой игрушкой, как этот перстень, твоему… мм… подопечному точно ничто не угрожает!

Пещера глубинного дьявола

Привычный путь по каменному тоннелю, идущему от городской тюрьмы к древним пещерам, сегодня был долог, слишком долог, но и он закончился, выведя Берфеллага в громадную, подсвечивающуюся лишь светом огненных озер пещеру — пристанище глубинного дьявола.

Много раз он отправлял к Мудрейшему, чтобы получить ответы на интересующие его вопросы, но никогда не приходил сюда сам. Даже когда исчезла Эллеайз, даже когда единственный сын был наказан жизнью в смертном теле, и даже когда затерялись следы Шайтаара. Но это откровение он не мог доверить никому.

Призрачная фигура незаметно выросла из крошечных черных хлопьев пепла, коим был усыпан каменный пол пещеры, и обернулась, разглядывая невидимыми глазами гостя.

— Неужели? Князь Сапфир! А я уж было думал, что ты умнее… На что ты хочешь променять свой покой?

— И я рад приветствовать тебя, Мудрейший. Покой дело наживное. Главное — понять, что может его нарушить.

— Философ? Попытки разобраться в мироустройстве ни к чему хорошему не ведут.

— Согласен. Но когда нельзя, а очень нужно, можно попытаться рискнуть.

— Ладно. — Глубинный дьявол приблизился к замершему неподалеку Берфеллагу и рассыпался золотистыми пылинками, что тут же собрались в маленькую крылатую ящерку. — Что ты хочешь узнать?

— Какие перемены ожидают мой мир в самое ближайшее время?

— Хм, а на чем основан твой интерес?

— Предсказанная короной Всевластия королева оказалась отвержена ею во время обряда коронации. Сегодня утром впервые после окончания войны Рубины напали на город Фазьярь. Мои воины допросили пленных, и они все как один твердили, что ты предсказал возвращение князя Рубин, который вернет своему мятежному роду абсолютную власть. — В прорезях шлема ярко полыхнуло пламя, выдавая гнев. — По-моему, оснований для моего визита более чем достаточно.

— Что ж, если ты хочешь узнать истину, это твое право. Вопрос, сможешь ли ты ее оплатить, выполнив мою просьбу?

— И в чем будет заключаться твоя просьба?

— Я скажу тебе об этом позже. Не бойся, я не требую у просящих ничего из того, что было бы им не под силу.

Берфеллаг помолчал и наконец выдохнул:

— Согласен. Только поклянись, что не причинишь вреда моей крови.

— Поклясться? — Ящерка обнажила в улыбке иголочки острых зубов. — Хм… клянусь.

— Хорошо. Теперь я готов выслушать твой ответ.

— Ну что ж… Скоро в Красный мир вернется его истинный правитель и объединит все три рода, навсегда избавив этот мир от войн.

— Князь Рубин?

— Я не называл имен.

— И это все?

— Это даже больше, чем я хотел сказать. — Ящерка развернулась, всем своим видом показывая, что разговор закончен, и взмыла под своды пещеры, раскрашенные красными сполохами.

— Что ж, я готов выполнить свою часть сделки. — Князь Сапфир не шелохнулся.

— Еще не время. А теперь уходи, — послышалось в ответ.

Тар

— Ты чего, так и просидел здесь всю ночь?

Парни, естественно, испортили мне все утро, спугнув Лайлу и ту другую, явно из крылатой братии.

— Не спится. — Я заварил себе пресный кофе из пакетика и одним глотком выпил исходящую паром жидкость.

Холодный! Эх, сейчас бы кружечку смолы…

Стоп.

Какой смолы?

И тут во рту, словно в ответ на вопрос, поселился горько-сладкий привкус с таким пьянящим, необъяснимым ароматом, что я невольно заглянул в пустую кружку, разочарованно поставил ее на стол и сел на диван.

Не нравятся мне такие воспоминания. Как будто ты когда-то уже это делал, пил, говорил, побеждал, любил, умирал… От них все становится только еще запутаннее, и все же… После оплеухи Лайлы я до мельчайших деталей вспомнил прогулку по Лазури, вот только терзал меня один вопрос — было ли это все на самом деле или я вспомнил сон?

Сердце защемило при мысли о шестикрылой зверюге. Как бы я хотел, чтобы он был со мной. Конечно, на Земле это нереально, но все же…

Злой выдох вырвался сам собой.

Непохоже все это на сон! Ни зверь, ни полеты в облаках, ни уж тем более тот странный человек, так много рассказавший мне. И падение в лаву тоже не было похоже на сновидение. Особенно ощущения после, когда тело, словно перестраиваясь, корежилось так, что я потерял сознание, а вот потом…

Я вновь вздохнул.

Потом я проснулся с пустотой в душе и ощущением, будто в груди пробили огромную дыру. Что же произошло, после того как я упал в огонь? Крылья, я уже не понимаю, где сон, а где реальность!

И при чем здесь крылья?

— Тар, да не грей ты голову! Серега сам виноват!

— Ага, вечно ему все надо.

— Быстро оклемается! Опять будет тут права качать.

Я с недоумением оглядел подсевших ко мне парней.

Ха, видимо, мои сосредоточенные вздохи они приняли за муки совести!

— Все нормально. — Я поднялся. — Дежурство закончилось. Пойду.

— Тар, а ты на свой день рождения придешь?

— Тар, гуляем без разговоров! Закатимся в «Три семерки»… черт! Забыл, что клуб сгорел. Мужики, новорожденного и обмыть-то негде!

— Значит, будем гулять здесь! Как раз после дежурства!

Нет, говорить о «подарке», который сделал мне Саня, не стану. Пусть будет как будет.