Игра в дракошки-мышки - Эльвира Плотникова

– И ты ее отпустишь? – тихо спросил Лин, пока драконы спорили о степени вины Дженни.

Рейо бы побрал моих друзей с их шпионскими играми! Ладно, сам виноват. Мог бы и догадаться, что Лин не поверит моим байкам об огненном столбе и проследит, где я пропадаю вечерами.

– Нет, конечно. – Я устало потер виски. – Забирай Ташу и Роберта к нам, я скоро буду.

Даже не сомневался, Дженни пойдет прямо, никуда не сворачивая. Пожалуй, ее можно понять. И работа у нее тяжелая, и сына отобрали, и я сволочью оказался. Откуда ей знать, что шутки у моих друзей дурацкие, но безобидные? И никто не будет докладывать о нарушении Миларону.

Нагнал Дженни у озера. Она стояла у самой кромки воды. Плачет, наверное. Рейо побери, и ведь придется утешать!

– Вот противная девчонка! Теперь ты топиться вздумала? – небрежно произнес я, подходя ближе.

Издевка обычно помогала. Дженни начинала злиться и забывала о переживаниях, переключив внимание на меня. Но сейчас она даже не шелохнулась. Сильно обижена. Хорошо, тогда попробую по-другому.

– Дженни, ну прости. Да, я всего лишь студент горного. Неужели это так важно?

Тишина. Только озерная вода чуть слышно плещется у ног. Осторожно дотронулся до плеча и развернул Дженни к себе, зажигая фонарик. Терпеть не могу разговаривать в темноте, не видя лица собеседника.

Лучше бы она плакала. Ни слезинки в глазах, только пустота. Дженни смотрела на меня и не видела ничего. Рейо побери! С этим срочно надо что-то делать.

– Дженни, ты меня слышишь? – Я тряхнул ее, схватив за плечи.

Пощечина определенно привела бы ее в чувство, но я никогда не бил девочек и не собираюсь начинать. К счастью, она моргнула, сморщила нос и шевельнула губами, как будто хотела что-то сказать. Передумала и дернулась, вырываясь из моих рук.

– Так-то лучше, – пробормотал я, снова хватая ее за плечи и перемещаясь в бокс.

Дженни не сопротивлялась, опять ушла в себя. Ругаясь сквозь зубы, я помог ей раздеться – снял куртку, шапку и шарф, усадил на кровать и стянул ботинки. Она зябко поджала пальцы и шумно вздохнула.

Слишком много навалилось на бедную девочку, не каждый мужчина выдержит. А она все же пытается сопротивляться апатии, словно что-то держит ее на поверхности, не дает полностью погрузиться в переживания.

– Мышонок, послушай…

Еле заметно кивнула, но взгляд опущен.

– Миларон ничего не узнает. Лин, Таша и Роберт – мои друзья. Я доверяю им, как самому себе. Не переживай, все наладится. Ты выбрала правильный путь. Ты сильная, у тебя получится.

Рейо побери, ну что я еще могу сказать! Как ее поддержать, как успокоить? Встряхнуть бы как следует, заставить покричать, поплакать. Нельзя держать в себе столько горя. Не думаю, что она так переживает из-за меня. Все же из-за сына, а я так… последняя капля. Зря сюда сунулся, нельзя было. Эгоист.

– Мышонок, я больше не приду. Лин прав, если мы попадемся по-настоящему, то виноват буду я, а пострадаешь ты. Да и незачем уже, верно? – Я попытался пошутить. – Тайны нет, и нас ничего не связывает.

Дженни вскинула голову и обожгла меня взглядом, а потом улеглась на кровать, спиной ко мне, и завернулась в одеяло. Она так ничего и не сказала, но отчего-то я ощущал себя предателем. Я же ничего ей не обещал!

Сейчас самое разумное – уйти. Порвать раз и навсегда, перестать идти на поводу у желаний. Самодур! Как верно она заметила. Я же не считался с ее чувствами, заставил поверить, что она мне небезразлична.

А разве безразлична? То-то я топчусь на месте, как дурак, не в силах сделать шаг – ни к ней, ни от нее. Нет, не может быть. Это все сходство с Милой, ничего более. Зачем мне девчонка, запертая тут на целый год, когда я могу выбрать любую, только пальцем помани!

Не потому ли, что она – не любая?

Закатил глаза и уселся на краешек кровати.

– Знаешь, а вообще я хотел тебя попросить, – сочинять пришлось на ходу, – мне нужна твоя помощь.

– Помощь? – вдруг хрипло спросила Дженни. – Ты опять издеваешься, да? Помощь от глупого мышонка в клетке?

– Да, – уверенно ответил я, – на самом деле только ты и можешь мне помочь. Я не издеваюсь, честно.

Хмыкнула, но ко мне не повернулась.

– Но ты не хочешь со мной разговаривать, я пойду.

– Шантажист, – пробурчала Дженни, выпутываясь из одеяла.

А щеки-то мокрые, она все же плакала. И хорошо, девочкам полезно. Зря я сказал ей, что не люблю плакс. То есть плакс я действительно не люблю, но она-то не плакса. Тьфу! И о чем я только думаю!

– И как я могу тебе помочь?

Шмыгает носом, но не замечает этого. Смотрит исподлобья. Ресницы влажные, отчего глаза кажутся больше и красивее. Во взгляде нет покорности, как у Милы. Скорее вызов, мол, говори, а я решу, как мне поступить. И мне это нравится.

– Не хотел сразу говорить, обидно будет услышать. Продолжать?

– Продолжай.

– Эм… ну… ты у меня вроде семестрового задания. То есть… вот помнишь проверку у драконов, перед судом?

Кивает. Конечно, она давно поняла. Умница.

– Так вот, мне потом поручили присматривать за тобой. И тут… в боксе… тоже.

Рейо побери, как же трудно врать! Самому противно.

– Все-таки вербовщик? – Дженни скривила губы.

– Вербовщик? А, нет-нет. Просто присмотреть. На прогулки выводить, с учебой помогать. Но так, чтобы ты не догадалась.

– Ага. И ты задание провалил.

– Провалил, – согласился я, – но попросить хотел. Может, договоримся, к обоюдной пользе? Ты делаешь вид, как будто ничего не знаешь. Я продолжаю приходить, водить тебя на прогулки и объяснять трудные темы. Как тебе такой план?

Соглашайся, пожалуйста. Я такого нагородил, уже и сам не рад, а если все напрасно…

– Зачем все это? К чему такие сложности?

Логичный вопрос. Какая же ты умница, Дженни. Сильная девочка, не поддалась настроению, справилась с болью.