Чародол. Книга 2. Чародольский князь - Наталья Щерба

– Это верно, – произнесла, усмехаясь, Криста. – Поэтому я хочу предложить еще один тост. Давайте выпьем за честное сотрудничество. Путь в Чародол – вот главная цель нашей экспедиции. Выпьем за развитие магии в нашем мире, за скорое открытие древней земли! А все споры оставим старшим. – Она мило улыбнулась всем по очереди.

«Ты смотри, как хорошо говорит, – мрачно подумала Каве. – А сама когда-то первой хотела Венец напялить!»

Все зачокались, звеня бокалами, как на большой праздник, и выпили до дна.

Неожиданно вернулась Дашка.

Она была бледна, но спокойна: извинилась за свой внезапный уход и опять уселась, но теперь между Шеллом и Каве. Поляк не возражал, а вот последняя отодвинулась. Близкое присутствие бывшей подруги подействовало на нее удручающе.

Эрис, вот умница, тут же взяла слово и стала рассказывать о себе. О семье Лизард, о своих способностях к оружию, в частности – при борьбе с нечистью. Например, с упырями, марами и суккубами.

Ее слова вызвали живейший интерес у компании.

– О, знавал я одного суккуба, – развязно произнес Шелл, вновь щелчком наполняя свой бокал. – Он превратился в такую красотку, одну известную белокурую актрису… Сексапильная дамочка. Я почти поверил! Дело было в Ницце, на небольшом, но популярном пляже. Однако после, когда она заманила меня в пещеру и предложила, хм… ну, известно, что предлагают суккубы. – Он ухмыльнулся. – Она вдруг напала на меня! Клянусь, мне было жаль убивать такую нимфу, эх, как же неприятно…

«Чем так опасны эти суккубы? – непроизвольно подумала Каве. – И что это они предлагают?»

«Бестелесные духи, – тут же отозвался полудух, про которого она, признаться, подзабыла. – Могут оборачиваться как мужчинами, так и женщинами – смотря на кого нападают. Через половой контакт выпивают магическую силу. Зачастую – вместе с жизнью мага».

«Вот же гады!» – возмутилась Каве.

«Почему гады? – ухмыльнулся полудух. – Все, как у людей. Разве любовь не выпивает все соки? Недаром любовное влечение так часто сравнивают с болезнью».

Каве имела свое мнение на этот счет, но спорить не стала. Ведь неизвестно, что там за любовь была у самого полудуха в прошлом. Если была, конечно…

Понемножку девушка приходила в себя, к ней возвращалась способность спокойно мыслить. Она даже перестала поглядывать в сторону Кристы, продолжавшей прижиматься к Лешке все настойчивей.

– Да, Каве, – вдруг обратился к ней Шелл, и его вкрадчивый голос девушке сразу не понравился, – говорят, ты сегодня убила гигантскую ящерицу?

– Это была обычная иллюзия, – мрачно ответила та.

– Все равно, это же круто, – не отставал Шелл. – Тебе часто приходилось бороться с подобными тварями?

– Нет. – Девушка взглянула на него исподлобья. – Только с людьми.

– О! – Поляк цокнул языком. – Неужели ты даже убивала? – Он сощурил насмешливые глаза.

– Пока нет. Хочешь открыть счет?

Каве вновь обозлилась. Может, это новый облик так на нее действует? Но она чувствовала, что почти ощутимо распространяет волны агрессии. Чуть что – ее сразу тянет на конфликт.

«Кофе! Хочу кофе… Вот что мне сейчас надо».

Ее рука потянулась к кофейнику.

«Ты пила чай, Каве, – процедил несносный полудух. – Немедленно перестань тянуться к кофе!»

Невольно испугавшись, девушка медленно отвела руку и попыталась успокоиться.

К счастью, Каве не увидела вскользь брошенного на нее взгляда Алексея Вордака, а то бы еще больше разволновалась.

Неожиданно Криста вновь решила обратить на себя всеобщее внимание.

Она вдруг прильнула к плечу Лешки, обвила его шею руками и горячо поцеловала в губы.

Все притихли.

У Шелла отвисла челюсть.

– Извините, соскучилась. – Рыжая лучезарно улыбнулась.

Все, кроме Каве, понимающе заулыбались в ответ.

– Давайте чуть пригасим свечи, – томно добавила Криста. – И расслабимся… Поговорим о чарах…

Появились подушки – мягкие и пузатые. Криста улеглась головой Лешке на колени.

«Каве, ты не забыла о своем маленьком поручении?»

Голос полудуха был похож на голос совести.

Умеет же Рик Стригой подпортить и без того плохое настроение. Несмотря на интимную обстановку, разговор за столом зашел о науке и образовании. Что лучше: учиться в академии или получать магические знания в узком семейном кругу? Спорили увлеченно, особенно Шелл с Патриком. Последний наконец повеселел – ведь появилась возможность блеснуть в ученой дискуссии. Лешка делал вид, что увлечен разговором и тем, что гладит Кристе волосы, но сам приглядывался к каждому из гостей… А Каве надоело на него украдкой пялиться.

Все, хватит.

Она отпила глоток остывшего чая и решительно встала. Заметив ее виновато-вопросительный взгляд, Криста первой шепнула: «Зеркало, по коридору, направо».

Ага… значит, перемещаться через зеркальные пути гостям можно… Ты смотри, доверяют. Хорошо, тогда сделаем небольшой ультрапрыжок.

Из осторожности Каве сначала переместилась в коридор, ведущий к библиотеке. Оглянулась: тихо. А после представила ванну из розового мрамора, где когда-то имела честь побывать…

И очутилась в нижних апартаментах младшего Вордака. Аккурат возле той самой розовой ванны. Отсюда было слышно, как молодые колдуны продолжали разговор о магической учебе. Ну а здесь, среди разноцветной плитки и мохнатых полотенец Каве превратилась в маленькую прыткую ящерку с глазами золотистого оттенка. Радостно повертелась на месте, гоняясь за собственным хвостом, и выскользнула наружу, чтобы пробежаться по комнатам.

Вначале она решила обследовать спальню. На вид комната представлялась обычной: кровать, накрытая клетчатым покрывалом, небольшой деревянный шкаф, зеркало в человеческий рост. Просто-таки спартанское жилище. Повсюду валялись раскрытые книги, обрывки исписанных бумаг, использованные ручки, грязные носки, старые диски, пустые и полупустые пузырьки, источающие странные, непривычные запахи. Каве-ящерке пришлось перепрыгнуть через перевернутый подсвечник, огрызок яблока и лужу почти застывшего сиропа, в котором она измазала свой зеленый хвост. Разозлившись окончательно, Каве побежала обратно в ванную, чтобы ополоснуться после «обыска». Да, Лешке явно стоило получше прибираться в комнате. Наверное, в нижней части Башни редко бывали гости.

Позабыв о поисках Скипетра, Каве макала свой длинный хвост в мыльницу, наполненную водой, пытаясь смыть липкую жижу. А то, когда превратится обратно, платье, одолженное Эрис, будет грязным. Ведь превращение – та же иллюзия, только уменьшенная в размерах, как скомканный лист бумаги. Поэтому колдун не теряет свою одежду, оборачиваясь зверем, он просто применяет чары иллюзии.

И тут дверца ванной комнаты медленно отворилась.