Книга чая. Магия, пропитанная ядом - Джуди И. Линн

Один шеннон-ту выглядит очень обеспокоенным, но в целом никто особо не напуган. Основная тренировка шеннон-ту – распознавание обычных ядов. Считается, что ученики смогут распознать яд по его запаху, вкусу и внешнему виду. Но я знаю, что сегодняшнее испытание будет связано с использованием «Серебряной иглы»; это не обычная проверка мастерства конкурсантов.

– Я договорился, что нам помогут лучшие из лучших в Цзя, – улыбка мужчины скользкая, словно угорь. Раздается звон колокола, и со стороны зала входят пять фигур. Пять красивых женщин, которые одеты в белые юбки и корсеты; их пояса едва различимы, а плечи обернуты в мерцающие ткани. Они кладут руки на бедра, изящно выгибают запястья и в унисон делают реверанс перед маркизом, ослепленным их красотой. Они будто сошли с картины, на которой изображены звездные богини небесного дворца.

Мы все пооткрывали рты в благоговении перед этими женщинами.

Маркиз хлопает в ладоши, его круглые щеки раскраснелись.

– Перед вами одни из величайших красот Цзя, прямиком из Азалии, Пиона, Лотоса, Орхидеи и Хризантемы – пяти старейших чайных в столице. Они такие же ученики, как и вы, которые стремятся сделать себе имя.

Конкурсанты шепчутся между собой. Некоторые мужчины выглядят так, словно в любую минуту готовы проглотить этих молодых девушек.

– Эти дамы обучены тонкостям чайной церемонии, – продолжает маркиз. – Каждый из вас приготовит по одной чашке для них, а они поочередно приготовят пять чашек для вас. Вам будет позволено выбрать только одну чашку из пяти, и именно из нее вы должны будете выпить.

– И где тут справедливость? – негодует один из моих товарищей шеннон-ту. – Как мы должны распознать яд?

– Отличный вопрос, – ухмыляется маркиз. – Император нуждается в шеннон-ши, который сможет помочь ему при дворе, который сможет оценить опасность со стороны делегатов и данников, бросив один лишь взгляд.

– Это вовсе не испытание, – говорит другой молодой человек, с поклоном выступая вперед из группы. С нахмуренными бровями и острым носом, он выглядит ослепительно. Его выбритая голова указывает на то, что он, возможно, монах одного из монастырей. – Прошу прощения, Достопочтенный. И без чая достаточно просто определить, лжет ли человек. – Подозреваю, он может быть выходцем из провинции Юнь, судя по его сильному акценту.

– Разве в соревнованиях на горе Вулинь вы демонстрируете свои навыки, только когда сражаетесь насмерть? – с явным недовольством рявкает маркиз. Он не любит, когда ему задают вопросы. – В прошлом году финальным испытанием этого состязания стал обряд башни. Участники забрались на бамбуковую башню и сражались голыми руками, без всякого оружия, чтобы определить, кто станет победителем.

– Зеленая Змея и Ледяной Снег… – он называет двух самых почитаемых воинов боевых искусств, окончивших Вулиньскую академию. – Их оружие – копье и меч, но Зеленая Змея одержал победу в соревновании с Ледяным Снегом без копья, он выиграл в рукопашном бою. Это было испытанием их интеллекта и выносливости, а не только испытанием грубой силы.

Выражение лица маркиза стало совсем холодным.

– Дело не в том, кто умеет пить чай, как дрессированная собачонка. Мы не ищем тех, кто умеет искусно разливать чай. Мы ищем кого-то, кто сумеет вписаться в императорский двор и давать разумные советы. И, кстати, я не упомянул о последнем правиле этого соревнования.

Мы все пребываем в томящем ожидании, наполненные надеждой. Девушки, выстроившись рядом с маркизом, мягко улыбаются. На них никак не влияет вспыльчивость этого влиятельного человека.

– Вам предоставят достаточное количество чайных листьев для одной чашки, чтобы вы смогли отличить правду от лжи… не произнося при этом ни слова.

По толпе собравшихся шеннон-ту проносится волна замешательства.

Участник из провинции Юнь глубоко кланяется, соглашаясь с трудностью испытания, и отступает обратно в строй. Теперь все понимают, что это настоящее испытание нашего мастерства: всего одна чашка чая, чтобы прочитать мысли незнакомца, действуя при этом в тишине, где говорить за нас может только магия.

– Еще вопросы? – насмешливо спрашивает маркиз, его скользкая улыбка возвращается.

Мы все дружно опускаем глаза в пол. Никто больше не осмеливается сказать что-либо.

– Хорошо, – продолжает он. – Увидимся в Зале Вечного Света, когда раздастся следующий удар гонга. – Взмахнув рукавом, маркиз уходит с балкона, пятеро женщин следуют за ним.

Мы возвращаемся в наши резиденции, чтобы привести себя в порядок. Шеннон-ту из нашей резиденции сопровождают в баню, где мы купаемся в больших ваннах, наполненных ароматом цветов. Вокруг нас толпятся слуги, они хватают и дергают нас за волосы и наносят макияж на только что вымытые лица.

– Чувствую себя так, словно меня вот-вот поджарят и подадут на банкете, – ворчу я, когда две служанки сильно тянут меня за пояс. Лиан закатывает глаза и выбирает из предложенных на подносе украшений булавку с драгоценными камнями.

Шу очень понравилась бы вся эта суматоха. Она бы все свое свободное время проторчала в отделе вышивки, изучая новые техники у швеи. Но, как по мне, платья сдавливают горло и спину, значительно затрудняя дыхание. Они душат меня непрерывными мыслями о собственной неполноценности и непрекращающимся потоком сомнений.

Зал Вечного Света построен из деревянных панелей – тех, что я успела мельком разглядеть, когда была с Цин'эром. Окна распахнуты, демонстрируя виды. Это наилучшая точка обзора Цзя. Золотая статуя запряженной лошади со сверкающими драгоценными камнями рядом со статуей лучника, стоящего на одном колене и натягивающего лук, что нацелен высоко в небо.

Здесь запросто поместится целая сотня человек, поэтому семнадцать столов – по одному на каждого участника – едва заполняют пространство зала.

– Ее Королевское Высочество, Принцесса Инь-Чжэнь! – объявляет глашатай, и все мы падаем на колени.

– Пожалуйста, встаньте, – принцесса тут же отбрасывает формальности, и мы неловко встаем, чтобы посмотреть, как она шагает по комнате. Принцесса по-прежнему выглядит впечатляюще: она одета в платье, расшитое павлиньими перьями, ткань колышется из стороны в сторону. Под этим великолепным одеянием на принцессе темно-синяя облегающая туника и пояс из мерцающего золота. Она устраивается в резном кресле в передней части зала, позади нее колышутся крылья феникса, опахала.

– Готовы ли вы рискнуть жизнью ради возможности служить Дакси? – спрашивает маркиз Куан. – Можете уйти прямо сейчас, если боитесь выбрать не ту чашку.

Из числа конкурсантов тут же отсеивается пять человек. Они спешат в сторону двери, поклонившись принцессе и бормоча свои извинения и благодарности, но их никто не слушает.

Воспоминание Кана возвращается ко мне. Принцесса налила ему две чашки и велела пить. Несмотря на то что он опытный мастер боевых искусств, тогда в арсенале Кана были только слова, которыми он мог сражаться, и именно эти слова спасли его. И все же он выпил. Он пошел на риск ради своего народа. Сейчас мне предстоит подобное испытание.