На тропе Луны - Алла Вологжанина

Прямо над ней на сосновой ветке, как на диване, сидел незнакомый мальчишка и болтал ногой. И от него пахло… нет, не физически пахло. А как-то… глубинно веяло опасностью.

– Слезу, только если ты превратишься обратно, – заявил он, произнося слова почти по слогам, как для щенка малолетнего. – И не волнуйся, Карина, твой друг в безопасности.

Откуда он ее знает? И почему, интересно, она должна верить первому встречному?

Не спросишь – не ответят, а не ответят – не узнаешь. Карина нырнула мордой вниз, перекувыркнулась, ощущая, как сжимается тело и то ли скрывается в глубине, то ли растворяется в нигде привычная уютная шерстка.

Каково же было ее удивление, когда она обнаружила, что поднялась на ноги в той же одежде, в которой превратилась в волка. Только манжеты немного вросли в запястья, ну да не страшно, там все детство живого места не было от веревок…

– Другое дело! – воскликнул мальчишка и спрыгнул, едва не сбив ее с ног. – Привет, Карина. Меня зовут Диймар, и я…

– С чего ты взял, что с Митькой все будет в порядке? – не теряя времени на приветствия и прочие версали, спросила она.

– Прекрасное воспитание, должен отметить, – скривился мальчик.

– Ща обратно превращусь и башку откушу, – пообещала девочка.

Тот снова скорчил гримасу.

– Его лев защитит, – сказал он. – У вас тут интереснее, чем я думал.

– Какой еще лев? – Как только спросила, перед глазами сразу всплыл желто-рыжий цвет шкуры Марка.

– Ты что, про львов не знаешь? Серый волк называется… Лев-оборотень, тот, что охраняет всех детенышей. И заодно детей-четырехмерников, если вдруг им что-то грозит. Что, вообще не в курсе? Зато я в первый раз на Однолунной Земле и сразу местного Защитника увидел. Фантастика! Ладно, твой друг в безопасности. Уяснила?

– Lion-garou, – сказала она. – Ясно…

Судя по лицу Диймара, ему ничего не было ясно, но он предпочел замять этот момент.

Этой-то заминкой она и воспользовалась, чтобы рассмотреть собеседника. Пришлось задрать голову – ростом мальчишка был повыше Митьки. И наверное, на год-два постарше.

На лицо крылышком падала прядь светло-русых, немного выгоревших волос. Нос длинноват – «Буратино» не обзовешь, но дверью придавить в самый раз. Подбородок острый, взгляд тоже острый – светло-коричневый, внимательный. Большеглазый, но все время щурится. Может, видит плохо, а может, просто так, от заносчивости характера. Одет совсем не по погоде – футболка без рисунка и штаны с кучей карманов. Зато на ногах удобнейшие армейские берцы, ее давняя мечта. Держится, как король, а двигается как… королевский снайпер. И от его присутствия по коже бегают иголки, покалывают, словно сигналят – не расслабляйся, он опасен. Откуда он тут такой взялся? И кстати, «тут» – это где? Куда ее занесло? Попробуем по порядку…

– Ты кто вообще такой? Меня откуда знаешь?

– Сказал же, я – Диймар, о тебе знаю от твоих родственников.

– Что? Не гони, у меня только тетка.

– Это здесь тетка, а в Трилунье… э-э-э… тоже тетка!

И тут Карина с размаху села на землю. Трилунье.

– Эй, ты чего? – удивился длинноносый. – Дурочкой не прикидывайся, я знаю, ты там была…

– Ну была, и что? – огрызнулась Карина. – Я туда вообще случайно забежала. А ты давай по-нормальному рассказывай, что ты за фрукт с горы, а то «Диймар»… подумаешь, диймаров я не видала.

На самом деле не видала, конечно. Она имя-то такое слышала впервые. Вообще, в последнее время интересно получается с именами – Арно, Дирке, теперь вот еще Диймар, да и она сама не Наташа. А парень тем временем ухмылялся препротивно и сверлил ее своими то ли светлыми, то ли темными глазами.

– Я стадиент Академии четырехмерников. Тебе легче от этого стало?

– Между прочим, стало. Четырехмерник, значит? Глубину изучаешь? – И с удовольствием отметила, как темные, по-девчачьи тонкие брови Диймара удивленно взлетели вверх.

– И что ты еще знаешь?

– А жирно тебе не будет? Ты ко мне полез общаться, с тебя и рассказы.

Тот только головой мотнул.

– Знаешь, ты подозрительная. Ты выросла тут, предполагалось, что ты ничего не знаешь. Кто тебя обучает? Кто твой наставник?

Это прозвучало угрожающе, но Карине стало смешно. «На кого ты работаешь?» Кино, да и только.