Деметра - Андрей Ливадный

— Андрей, подожди немного!

Средних лет человек с коротко остриженными под ежик седыми волосами остановился у дверей кабинета.

— Да, Майкл? — он повернулся, протягивая руку здоровенному негру, одетому в ладно подогнанную форму с нашивками полковника.

— Есть новая информация, нужно поговорить.

Шевцов открыл дверь кабинета.

— Входи.

Рабочее помещение, которое занимал командующий, было небольшим. Здесь ни одна деталь обстановки не напоминала о том упадке и запустении, что царили в Городе. Компьютерные консоли, аудио- и видеоаппаратура — все это работало и было исправным. За рабочим столом на вращающейся треноге было укреплено глубокое кожаное кресло.

Судьба на Деметре играла людьми, как ни на каком из других миров. Взлеты и падения тут были, как правило, стремительными и бурными. Прошло всего шесть лет с того момента, как сержант Шевцов с автоматом прыгал с подножки «Кобры», чтобы взять в оборот выслеженную банду однорукого инсекта, и вот он сидит в кресле, которое помнило не одного и не двух руководителей колонии.

Карьера сержанта, сменившего полевую рацию и автомат на этот кабинет, не могла кого-то удивить. Шла страшная, затяжная война, и кадры, особенно грамотные и подготовленные, были на вес золота.

Колония Деметры уже много веков «работала на выживание». Ее численность стремительно сокращалась, и в каждый, произвольно взятый момент истории последних десятилетий оказывалось, что кандидатов на это кресло можно всегда сосчитать по пальцам.

Поэтому Андрей Шевцов спокойно относился к своей новой должности. Власть на Деметре была не набором материальных благ, а ответственностью, тяжкой и страшной работой, которая, как правило, пережигала людей.

Если бы у руля колонии вдруг встал человек нерешительный и некомпетентный, то Город был бы уже мертв.

— Слушаю тебя, Майкл.

Андрей достал из-под стола кофейник и воткнул вилку в гнездо.

— Вернулись две западные разведгруппы, — доложил Дуглас, открывая папку. — Информация, полученная от беженцев из лесных поселений, полностью подтвердилась. У инсектов появился вождь, который проводит последовательную политику объединения племен.

Рука Андрея с кофейником чуть дрогнула, и немного горячей бурой жидкости растеклось по столу безобразной кляксой. Это была очень плохая новость.

— Его нужно убрать, — высказал он свою мысль.

Дуглас внезапно нахмурился. Казалось, его не очень воодушевила мысль командующего.

— Это будет отсрочкой приговора, командир, — негромко возразил он. — У нас впервые за последние двести лет появилась уникальная возможность покончить с этой войной, раз и навсегда.

— Вот как?

— Да, — упрямо повторил Майкл. — Лето не бесконечно, и я уверен — они ударят уже в этом году. — В голосе полковника прорвались такие знакомые Андрею нотки. Он всегда считал Дугласа своим близким другом, но в то же время не мог отмахнуться от его репутации, которая сложилась отнюдь не за один день. Майкл ненавидел инсектов так сильно, что лавирование между жизненными нюансами в вопросе противостояния двух рас было ему совершенно недоступно.

— Поясни, пожалуйста… — попросил Андрей, пододвигая чашку кофе своему заместителю.

— Они ударят по Городу всеми силами объединенных племен, что же тут непонятного… — Майкл отхлебнул кофе, обжегся и поставил чашку, едва не выплеснув ее содержимое. — Численный перевес, конечно, на их стороне, но нас защитят стены, которые есть время основательно подготовить к бою. Наша техника и оружие намного совершеннее… Это шанс, Андрей, — он выразительно посмотрел на Шевцова и горячо добавил: — Грохнуть их вождя из снайперской винтовки — плевое дело, но тогда племена расползутся, и все начнется сначала… Будем как проклятые гоняться за отдельными отрядами на их же, заметь, территории! Опять затяжные бои, оборона ферм… дерьмо собачье, командир. Нужно пользоваться моментом и валить их под корень!

Андрей, не проронивший ни звука во время этой гневно-патриотической тирады, угрюмо посмотрел на Дугласа. Порой именно из-за этого энтузиазма он не мог нормально разговаривать с ним. Как объяснить, что цифры, упрямые и холодные цифры говорят об обратном?

Цивилизация коллапсировала. Колония уже перешагнула ту критическую черту, за которой невозможно выжить. Им всем предстояло умереть. Но это в будущем. А сейчас за теплым летом перед глазами командующего маячил холодный призрак суровой зимы. Продовольствия в Городе уже сейчас осталось в обрез. Внутренние пищевые комплексы давным-давно канули в Лету, а количество ферм стремительно сокращалось. Начался стихийный обратный процесс — как когда-то люди уходили из Города на свободные поселения, так теперь их потомки бежали назад.

В понимании Шевцова самым разумным способом окончания войны была бы полная эвакуация колонии. Но куда и как? Этого он не знал, и потому слова Майкла невольно затронули его душу. Быть может, он прав, и честнее дать последний бой в этих стенах, чем растягивать на десятилетие бессмысленную агонию популяции?

— Вот что, Майкл, — произнес он. — Такие вопросы нельзя решать с бухты-барахты, над ними надо думать. По моим данным, нас осталось чуть больше девяноста тысяч человек, учитывая все внешние поселения. Инсектов в два раза больше. И их техника, что бы ты ни говорил, не так уж сильно уступает нашей. По крайней мере, трофейного автоматического оружия у них в достатке.

— Но у нас бронетехника…

— Оставь, Майкл. Десятком старых бронемашин и двумя истребителями ты не заткнешь даже одной дырки в бою, который ты же мне и обрисовал. Это будет полномасштабное сражение, и даже если мы выиграем его, сколько нас останется в живых? Подумай, хорошо подумай, что ты предлагаешь — красивый способ массового самоубийства, финальный хлопок дверью или разумную операцию?

— Но ты не понял… — попытался возразить Майкл.

— Нет, я все понял, — спокойно прервал его Андрей. — Подумай, посчитай, прикинь реальный баланс сил и приходи снова. У тебя своя математика, у меня своя. Сравним результат и будем думать вместе, ладно?

— Так точно… — Дуглас нехотя встал. — До скорого, командир, — мрачно обронил он, открывая дверь.

— Эй, Дуглас, — окликнул его Андрей.

Великан обернулся, уже стоя в проеме двери.

— Я знаю, что ты сейчас думаешь, — усмехнулся бывший командир истребительного отряда. — Ты жалеешь о тех временах, когда в горячке боя мог послать меня к черту и перерезать столько инсектовских глоток, сколько считал нужным… Но времена изменились, Майкл. Мне тоже порой охота все послать… — признался Шевцов. — Но мы с тобой уже не отвечаем за себя. Мы отвечаем за других. За всех. В этом разница.