Я твой монстр. Книга вторая - Елена Звездная

— Теория неплохая. Но есть еще одна — они скрывают свою ДНК, а после сражения с капралом Урхосом у тебя остался платок с его кровью. Заметь, я не взяла с собой никаких материалов, демонстративно оставив все Виантери, а ты, насколько я помню, тот окровавленный платок в мусорку не выбросил. Как тебе такая теория объяснения их настойчивости?!

И следующие несколько минут полета мы оба смотрели в космос.

Один:один.

— Да, платок упакован в контейнер для сохранности, — признался вдруг Адзауро.

— Я разделась, потому что sunttenebrae не причиняют вреда женщинам, которые их привлекают как женщины, — тоже снизошла до признания я.

Еще несколько долгих минут мы летели молча, а затем Чи спросил:

— И часто ты пользуешься своей внешностью?

— Зависит от ситуации, — максимально честно ответила я. — А ты, часто пользуешься своим мечом?

Он усмехнулся, и ответил:

— Меч — это оружие. Его долго ковали из стали, и создали ради одного предназначения — убивать.

Пожав плечами, провела свою аналогию:

— Мое тело – это оружие. Его долго ковали, и создали ради одного предназначения — использовать.

Чи повернул голову, бросил взгляд на меня, вновь сосредоточился на управлении крейсером и спросил:

— Ты осознаешь, насколько дико это звучит?

— А ты правда думаешь, что мне от этого осознания станет легче? — с грустной улыбкой спросила я.

Несколько секунд, и тихое:

— Ты могла бы рассказать мне, Кей.

Я промолчала. Это было страшное молчание. Молчание — сквозь которое стоном, воем, воплем прорывалось отчаяние. Да, Чи, я могла бы рассказать, вот только — зачем?! Ведь мы оба знаем, чем все закончится – ты отдашь меня императору. У тебя нет другого выбора. У меня есть — сбежать, малодушно спрятаться у Исинхая, и сделать вид, что я не знаю, какой ценой для твоего рода обойдется мое малодушие.

И потому не будет никаких признаний, не будет никаких слов, что позволят тебе осознать, насколько тяжело мне сейчас, ничего не будет. До Ятори лететь около десяти дней. Сейчас я успокоюсь, потом соберусь, а после заставлю тебя меня возненавидеть. Ради тебя самого, Чи, потому что одно дело отдать ту, что ненавидишь, и совсем другое, предать человека, в которого влюблен. Разница кардинальна.

— Мне не нравится твой взгляд, — вдруг сказал Чи. — Ты только что была собой, а сейчас… погасла.

— Устала, — почти не ложь, частично даже правда.

Адзауро потянулся к панели, снизил скоростной режим, и активировал кровать, которая плавно опустилась со стенки. Я слышала о любви яторийцев к эргономике, но должна признать, все равно была впечатлена.

— Душевую найдешь? — не отвлекаясь от управления, спросил Чи.

— Конечно, — я была сама покладистость.

***

Когда вышла из душа, вытирая влажные волосы на ходу, Адзауро с кем-то переговаривался, и кажется, вовсе не заметил моего появления. Оно и к лучшему. Забравшись на кровать, я укрылась почти с головой, закрыла глаза, и постаралась не думать. Просто ни о чем не думать. Абсолютно ни о чем не думать. Совершенно ни о чем не думать.

А не получалось.

Никак не получалось.

Поднявшись, я сходила к своим вещам, достала аптечку и вколола себе снотворное. Одно из сильнейших в арсенале моей аптечки. До постели добралась, чувствуя на себе недобрый взгляд Чи, но у меня не было ни сил, ни желания что-либо ему объяснять.

И я провалилась в сон, основательный настолько, что исключал любую возможность пси-связи.

***

Несколько дней прошли как в тумане. Я сидела на снотворном, отсыпаясь и избегая любых разговоров, в то время как Чи… Чи, казалось, делал все, чтобы дать мне возможность сбежать, как ни странно это звучит.

Дважды он останавливался на планетах с сомнительной репутацией, уходя и оставляя для меня коды открытия дверей.

Спал он на полу, несмотря на то, что мы вполне могли бы поместиться и на одной кровати, но…

Но…

Третья остановка была на Астанде. И вот это была уже не просто планета с сомнительной репутацией, это была откровенно криминальная планета.

— Что ты делаешь? — не сдержалась я, едва он запросил разрешение на стыковку с шаттлом, от которого на планету вел изолированный от атмосферы тоннель.

— Собираюсь пополнить запасы, — не глядя на меня, ответил Чи.

И это было враньем.

Враньем настолько явным, что я просто не могла найти даже подобия объяснения происходящему.

— Прогуляться не хочешь? — еще один вопрос, снова не глядя на меня.

Я промолчала.

Он молча провел стыковку, и едва пришвартовался, вышел, все так же не оглядываясь. Вообще не оглядываясь. Даже не взглянув на потрясенную меня.

Я осталась сидеть на постели, все еще не понимая, что за дерсенг тут творится, как шлюз открылся и в кабину крейсера вошел Полудохлый.

— Привет, малышка, — сказал он, держа наготове джишку, и активировав визоры на режим наблюдения. — Встать можешь? Если нет, я понесу. Нас в любом случае прикрывают.

Ничего не ответив Полудохлому, я встала с постели, прошла к своему рюкзаку, достала сейр, активировала и… замерла.

Давным-давно, когда Исинхай только строил свою преступную империю, для общения мы использовали язык, придуманный им. Простой, с минимумом слов, не имевший аналогов в языковом поле освоенной вселенной, а потому, даже если сообщения перехватывали, понять содержание для непосвященных не представлялось возможным. Это было одним из козырей нашего преступного сообщества, уже много позже после начали внедрять пси-связь. Пси-связь имела массу преимуществ, но один существенный недостаток – потеря сознания. Кратковременная, да, но кто как не мы, крысы преступности, знали, что иной раз и секунда решает все, а потому язык придуманный Исинхаем использовался для закодированных сообщений наравне с пси-связью, и знали его… только посвященные. Самые приближенные к королю преступного мира. Самые доверенные, самые…

Это был язык, на котором из этого корабля сообщения отправить могла только я.

Но я смотрела на сейр, и прекрасно отдавала себе отчет в том, что «Заберите меня на Астанде» написала не я!

Не я!

Я вырубила свой сейр, и засунула в рюкзак, чтобы не поддаться соблазну написать Исинхаю, что я в норме, потому что знала – они смогут отследить. Отследить и остановить Чи.

Но даже не это было самым страшным.

На этом корабле нас было только двое я и Адзауро. И если сообщение написала не я, то оставался лишь один вариант, не так ли?

И я с ужасом поняла, что если Чи сумел написать «Заберите меня» на тайном языке Исинхая, значит, он прочел ту переписку, что была выше: