Цветок цикория. Книга 1. Облачный бык - Оксана Демченко

Йолли ждала, пока не замерзла. Наконец, издали ей подмигнул огонек, и она решила: сестра подает знак. Йолли пошла на свет, и скоро очутилась на поляне, сплошь заросшей кукушкиными слезами. Удивилась: не сезон, а цветы крупные, светятся и грустно, мелодично звенят под ветерком. Покачиваются, кивают – иди туда, туда… Йолли пошла и увидела избушку с одним оконцем и распахнутой настежь дверью. Вся избушка была заплетена дикой розой. На пороге сидела женщина. Не молодая и не старая, не белявая – не чернявая. Сидела и перебирала розовые саженцы.

– Здравствуйте, тетушка, вы не видели мою сестру? – спросила Йолли, поклонясь.

– Жили-были две сестрицы. Одну чтили белой живой, а в другой не было дара… но люди любили ее за доброту и отзывчивость, – женщина грустно улыбнулась. – Чтобы с почетом служить храму, старшей сестре надо было пройти испытание. Найти пропажу или указать тайное. Сложное дело… ведь дар давно разменян на похвальбу. Вот разве сестру в лес завести да бросить, а найти нескоро, когда уже помощь ей не поможет. Испытанию это не навредит.

– Дэбби никогда бы… – ужаснулась Йолли и смолкла.

Холодок ветерка погладил ее по щеке, девочка оглянулась – и увидела сестру. Дэбора стояла, заплетенная дикой розой, у самого порога избушки. То ли спала, то ли бредила, покачиваясь вместе с ветерком.

– Живы помогают живому – жить, их место посреди дня, под солнышком, – сказала хозяйка избушки. – Твоя сестра подошла вплотную к тени смертной, играя твоей судьбою. Вот ее и заплели нити, в ограду при пороге вращивают.

– Злые розы, – заплакала Йолли, пробуя разбудить сестру и раня руки о шипы.

– Злые? Ничуть. Злыми бывают только люди. Добрыми – тоже… тут порог, деточка. Розы не виноваты. Она думала о смерти твоей, вот ее к смерти и потянуло… в гости.

– Вы и есть Смерть? – спросила Йолли, отступая на шаг и кланяясь.

– Нет, что ты! Я сижу на пороге, за порядком приглядываю.

Женщина дотронулась до розовых стеблей – и они высвободили Дэбору. Старшая сестра удивленно огляделась. Кажется, она не понимала, где оказалась и почему.

– Что ж ты с первого раза мою просьбу не исполнила? – укорила женщина. Подала Дэборе серебряные ножницы и цветок на длинном стебле. – Отдели живое от мертвого.

Дэбора приняла цветок. Сразу укололась о шип, вскрикнула… и заново увидела поляну, женщину, сестру, цветок. Охнула, побледнела, стала просить о прощении.

– Отдели живое, – посоветовала женщина. Проследила, как Дэбора разрезает стебель. – Вот так. Отделять живое от болезни, утраты, ошибки и навета, вот твой дар. Пока ты верна ему, живи и радуйся, и другим помогай жить и радоваться.

– Я могу уйти? – падая на колени, испуганно спросила Дэбора.

– Да… ты не перешла порог и сестру туда не успела толкнуть. Даже в лес ее вести не ты решила, а родители, – тихо сказала женщина. – Ведь так было?

– Так…

– Ты послушалась, и от твоего дара уцелел один крохотный лепесток жалости к Йолли, ты ведь плакала, бросив ее. А мог и он иссохнуть. Иди и помни. – Проводив Дэбору взглядом, женщина повернулась к Йолли. Подала ей обрезок розы. – Отдели мертвое от живого.

– А можно и такое сделать? – удивилась Йолли. Взяла стебель без головки цветка, погладила… и поняла, что из него получится черенок, который даст новые корни и прорастет новыми цветами, и это будет для него другая жизнь после смерти розы. – Как хорошо… нет бесполезного в мире, я всегда знала!

– Можешь идти домой, хотя все теперь знаешь, – сказала женщина. – А можешь остаться. Признаю, иногда ты будешь отбирать поживу у моих роз… но пусть так, ведь через тебя люди получат право ошибаться, как твоя Дэбби – и исправлять ошибки.

– А что там, за порогом? – спросила Йолли, принимаясь укоренять черенок.

– Там… другие Йолли и Дэбби, с их ошибками и их розовыми зарослями. – Женщина улыбнулась. – Наверное, так.

Йолли осталась в лесу. И, пока она сажала цветы вместе с женщиной, так и не назвавшей свое имя, люди меньше болели и дольше жили, а нездешние кошмары не могли прорваться из-за порога сквозь шипастую розовую изгородь.