Среди Других - Джо Уолтон

Грега сегодня в библиотеке не было, а книг всего три, не самые захватывающие. Я немножко огорчилась. Пошла в книжный. С очень низкого неба брызгал ледяной дождь, словно капли несло со всех сторон сразу. Зонтик от такого не помогает, да я и не могла бы раскрыть зонт, когда в одной руке трость, а в другой сумка. Когда шла вниз к книжному и прудику, ветер бил прямо в лицо. Все норовил сдуть шляпу. Это не такой дождь, которому можно радоваться, тут только морщишься и терпишь.

В книжном я встретила ту рыжую девочку. Она перебирала детские книги. Она меня заметила сразу, как я вошла, потому что ветер захлопнул дверь, и она, конечно, обернулась. У нее на плече висела здоровенная полотняная сумка и еще в руках были два мешка для покупок.

– Привет, – сказала она, шагнув мне навстречу. – Я тебя видела в клубе, но не помню, как зовут.

– И я так же. – Я старалась дружелюбно улыбаться и не думать, что чары сделали с ней и со всем миром, чтобы я ей понравилась. Я чувствовала ее взгляд и гадала, что она обо мне думает. В черном пальто она выглядела не так ужасно, как в бордовом пиджаке. Волосы по-прежнему были цвета имбирного пива и очень непокорные, но сейчас выглядели просто немножко растрепанными, а не как взрыв на красильной фабрике.

– Я Джанин, – сказала она.

– Я Мори.

– Здоровское имя. А полностью как?

– Морвенна, – сказала я.

Джанин засмеялась.

– Не враз выговоришь!

– И верно. Оно значит «бурун».

На самом деле оно значит «белое море», но море как раз и бывает белым, когда с бурунов срывается пена.

Мы постояли немножко – дружески, но не зная, о чем говорить. Потом она сказала:

– Я ищу подарки к Рождеству. Всего две недели осталось.

– А я еще ничего не купила! – спохватилась я. – Ты всем покупаешь книги?

– Их мало кто из моих родственников оценит, – призналась она. – Но я после вчерашнего обсуждения надумала купить серию Земноморья для Дианы.

– А у тебя нет? – спросила я.

– Нет, я их в детской библиотеке брала, – сказала она. – Кроме того, я поставила за правило, что моих вещей никто не трогает, и не собираюсь давать им свои книжки, когда только-только вбила это им в головы.

– Я бы купила книжку отцу, – сказала я. – Что-нибудь ему купить точно надо. Но откуда мне знать, что у него уже есть?

– А что он любит? – спросила Джанин.

– О, НФ.

– Ты потому и увлеклась фантастикой?

– Нет. Я с ним совсем недавно познакомилась, а читаю уже сто лет.

– Познакомилась со своим… – тут она осеклась и отвернулась. Переложила пакеты в другую руку и заговорила с натужной непринужденностью: – То есть они в разводе?

– Да, – ответила я, хотя до настоящего развода только сейчас дошло. Даниэль скрылся, не утруждая себя формальностями.

– Удачно, что он любит фантастику, – дипломатично заметила Джанин.

– Да. Нам хоть есть о чем поговорить. Так странно, когда человек твой отец и в то же время незнакомец.

Это я в первый раз об этом кому-то сказала.

– Ты, наверное, была совсем маленькая?

– В пеленках, – подтвердила я.

– И мои родители разводятся, – очень тихо сказала она, глядя не на меня, а на полки. – Ужас. Все время ссорились, а теперь папа живет у бабушки, а мама льет слезы в суп.

– Может, помирятся, – неловко сказала я.

– И я надеюсь. Папа согласился прийти домой на Рождество, и я надеюсь, среди семьи, глядя на нас на всех на Рождество, он поймет, что любит ее, а не Дорин.

– Кто эта Дорин?

– Она работает на заправке при гараже, – ответила Джанин. – Его любовница. Ей всего двадцать два.

– Я очень надеюсь, что он вернется, – сказала я. – Слушай, давай зайдем тут рядом, выпьем чаю? А потом вернемся сюда за книгами.