Магнификус II - Иван Охлобыстин

– Но они его все равно убьют, – безучастно сообщил Дирон, – скоро в него будут стрелять из игломета. Игломет – это конец.

– Ему надо помочь! – воскликнул Сергей, предпринимая попытку двинуться к сражающемуся скейвену.

– Тогда убьют всех, – остановил его жестом ДрагЛорд. – Твой друг выполняет свой долг, а мы должны выполнить свой. Пошли.

Он крепко ухватил молодого человека и потащил вперед по переулку. Последнее, что видел Сергей, был фирменный прыжок через голову нападавших Шарскуна, которому на лету удалось поразить двух противников.

– Прощай, Шарскун, – тихо сказал Сергей, увлекаемый прочь от места схватки Дироном.

Скейвен словно услышал эти слова и крикнул ему вслед:

– Хорошо – всегда вопреки! Человечек!

Дирон великолепно знал город, иногда он попросту без стука заходил в какой-то дом, проходил его насквозь, не встречая никакого сопротивления у жильцов, и выходил в другой переулок. Один раз спутники прошли сквозь некое странное, заполненное облаками пахучего дыма, заведение – то ли храм, то ли наркопритон. И так было, пока они не вышли к узорчатой, кованой изгороди, отделяющий трехэтажный особняк от переулка. На фронтоне особняка неизвестный художник искусно выложил разноцветной плиткой изображение парящего над землей дракона.

– Это дом моей бабушки, точнее, прапрапрабабушки, – объяснил Дирон. – Здесь искать не будут. Нам придется переждать день-другой. Солдаты видели на нас камзолы ДрагЛордов. Черная стража проверит дома всех ДрагЛордов.

– Но разве. – показал на дом Сергей.

– Нет, – понял его вопрос аристократ. – Бабушка не ДрагЛорд, бабушка – сама по себе. Ей четыре тысячи лет, и мы с женой отдаем ей на воспитание девочек. Мальчики остаются в усадьбе моего отца за городом, где с раннего детства привыкают обращаться с драконами.

– Понятно, – вздохнул Второй, наблюдая, как Дирон огромным ключом открывает массивную дверь, обитую железом.

Они вошли в темный дом, и ДрагЛорд, не зажигая свет, за руку повел своего невольного гостя в его комнату. Уже там, стараясь не шуметь, Дирон закрыл дверь и зажег свечу.

Сергей огляделся. Ему понравилось. Удобная, не слишком широкая и не слишком узкая кровать, небольшой стол у зашторенного окна, зеркало на стене, два кресла – одно у стола, другое у кровати, одну стену занимали книжные полки.

– Довольно уютно, – сказал постоялец, чуть отодвигая кресло от стола.

– Мне тоже тут нравится, – кивнул хозяин и добавил: – За стеной точно такая же комната. Я лягу там. Утром я вас представлю бабушке и детям. Теперь ложитесь спать. Мало ли что может измениться, во всяком случае, свежие головы нам не помешают.

Сергей согласно кивнул головой и прямо в одежде растянулся на кровати.

– Азартных снов, – пожелал ему ДрагЛорд и не удержался от вопроса: – Чем вы так расстроены?

– Шарскун не знал, герой он или нет, – грустно признался тот.

– Скейвен был воином, – по-своему приободрил его Дирон. – Такая смерть – мечта воина.

– Само собой, – закрывая глаза, пробормотал Второй. – Но я сомневаюсь, что его семья будет счастлива.

– Перестаньте, это только крысы, – пожал плечами Дирон.

– Да, но они не поощряют праздность, – вздохнул Сергей и погрузился в глубокий сон измученного новыми ощущениями человека.

Ему снилась Наола. Прекрасная дикарка сидела верхом на седогривом волке перед воротами своей усадьбы и укоризненно смотрела на него.

– Да, да, да, – говорил он ей, – я действительно человек безнравственный, но мы не женаты. Потом, как я понимаю, я Древний, то бишь существо высшего порядка, а с тобой еще ничего не понятно. Может, нам и нельзя.

– Можно, милый, можно, – ласково отвечала она, – тебе же лучше будет. О такой, как я, ты совсем недавно мог только мечтать.

– Вот, что душа моя, – продолжал терзаться сомнениями он, – хорошо выяснить, как обстоят дела в целом. Иначе могут приключиться всякие неприятности. Я уже был однажды влюблен в дочь психопата и лет на десять разбил себе сердце. Так что уж прости – я немного покручусь еще на вольных хлебах.

Волк под девушкой оскалился и произнес человеческим голосом:

– Не дури, бестолочь. Сам же знаешь, ты влюбился.

– Это меня и пугает, – отвечал он.

Он проснулся от чьего-то взгляда. Поднял голову и обнаружил стоящую у изголовья высокую, красивую женщину лет сорока, над правой бровью у нее белел тонкий шрам.

– Хорошие сны, – сказала женщина и тут же представилась: – Я Радира – бабушка малыша Дирона.

– Но. – невольно удивился Второй.

– Сказал, что мне четыре тысячи лет? – улыбнулась женщина. – Он ошибается. Мне почти семь тысяч. Я воспитала такое количество внуков, что ими можно было бы заселить весь континент, но Моор не дал им жить больше трех столетий, а с ним невозможно спорить. Вставайте, пойдемте завтракать, мои внучки не могут дождаться, когда вы им расскажете какую-нибудь душещипательную историю.

– Боюсь, что мне и рассказывать-то нечего, – вскакивая с кровати, признался Сергей.

– Тогда соврите, – предложила Радира. – Не важно, какая история, важно – какую мораль можно из нее вынести. Мораль в вашем рассказе должна быть следующая: нужно хорошо учиться, тренировать свое тело и быть готовой пожертвовать собой ради мужа. Потому что высшая цель жизни женщины – доставить радость мужу.

– Если у вас так думают все бабушки, то я, наверно, хотел бы жениться в этой стране, – попробовал пошутить Второй.

– Не стоит, – искренне предостерегла его хозяйка дома, – я еще не определила понятие радости.

– Оно какое-то особенное? – заинтересовался Сергей.

– Слишком особенное, – еще шире улыбнулась женщина. – Вот предположим, мой второй муж получал радость, когда я приносила ему тушу лично задушенного мной медведя. А пятый муж просто блаженствовал, когда я сдирала с живого раба кожу или целиком глотала живую змею.

– Нет, боюсь, я не смогу придумать такую историю, – развел руками Второй, внутренне решив, что семь тысяч лет семейной жизни не лучшим образом сказались на рассудке благородной Радиры.

– Отнюдь, – озвучила своим объяснением его мысли женщина, ошарашив Сергея. – Главная задача – чтобы девочки никогда не забывали, что все мужчины неисправимые дураки. Так им легче будет смириться с менее заметными недостатками будущего избранника и прожить относительно спокойную и счастливую жизнь.

– Вы умеете читать мысли? – решился напрямик поинтересоваться Сергей, пораженный изощренной мудростью хозяйки дома.

– Нет, – еще больше удивила его та, на этот раз своей откровенностью. – Я учу своих внучек только тому, в чем уверена сама. Ладно, пойдемте кушать.

Посрамленный Второй покорно двинулся за ней. В коридоре они столкнулись с Дироном.