Криоожог - Лоис МакМастер Буджолд

Паук-волк, живой и настороженный, в своей черной шубке с белыми полосками и аккуратными пятнышками походил на аристократа в вечернем фраке из фильма по головиду. Джин отчетливо видел все восемь глаз на свирепой маленькой мордочке: два ярко-черных смотрели прямо на него, четыре располагались ниже, и еще по одному с каждой стороны головы. За его… нет, ее брюшком висел пушистый ярко-белый комок, похожий на шарик ваты — это ведь кокон с яйцами? Выходит, это мама-паучиха? Склонившись над полом заплесневелого садового сарайчика, Джин сперва оцепенел от восторга, потом медленно подался назад. Лишь бы ее не спугнуть, а то она юркнет в щель в полу или стене раньше, чем Джин найдет что-нибудь, куда ее посадить. Паучиха была для своего вида крупной особью, размером с последний сустав его большого пальца — длиннее трех сантиметров. Настоящий взрослый паук. И, кажется, она терпеливо его ждала.

Джин с досадой оглядел сарайчик. Путь из северо-западного пригорода, где жили тетя с дядей, до южной части города оказался куда дольше, чем он себе представлял. Отчасти потому, что уставшая Мина — как и он ожидал — то и дело начинала ныть и отставать. Но Джин к тому же опасался, что во время их долгого ночного марша где-то свернул не туда и заблудился. Улицы поворачивали в неожиданном направлении, путая его, а башни городского центра, проглядывающие то и дело с холма или открытого места, выглядели одинаково со всех сторон.

Здорово, что им удалось найти это убежище. Рано утром они зашли купить пол-литра молока в магазинчик на углу неподалеку отсюда, потом прошли несколько кварталов, выглядывая место, где бы притаиться на время занятий в школе. На одном доме висела табличка «Продается»; они заглянули в окна и увидели, что внутри нет ни мебели, ни людей. Безопасно. Дом оказался крепко заперт, но за ним в саду они обнаружили сарайчик с дверью без замка. Сад окружала высокая стена, в нем было много кустов и деревьев, скрывающих их от любопытного взгляда — хорошее место, чтобы спрятаться. В довершение всего, во дворе нашелся кран, из которого еще шла вода. Плиток готового завтрака им с Миной пока хватало, хотя они уже надоели, а вот отыскать воду было непросто. За долгий вчерашний переход им дважды повезло найти в городских парках не только питьевой фонтанчик, но и туалет. Мина очень капризничала, не желая сходить за кустики, пусть даже в темноте ничего не видно.

Увы, на полках в сарае подходящих коробочек не лежало, и садовых инструментов тоже, кроме одной ржавой и погнутой лопатки. Джин покосился на сестру, которая спала, подложив под голову свернутую курточку. Рядом стоял ее желтый рюкзачок на молнии, разрисованный улыбающимися (и анатомически неправильными) пчелами. Джин нагнулся и принялся рыться в ее пожитках. Ага, вот!

— Эй! — пробурчала Мина, садясь и зевая. Лицо у нее было бледное со сна, на щеке отпечатался рубчик от самодельной подушки, волосы топорщились в разные стороны. Почему это после дневного сна люди всегда такие раздраженные и помятые? — Ты что, крадешь мои деньги?

Джин со щелчком открыл пластиковую коробочку, где сестра держала свои монетки, и высыпал содержимое в пакет. — Нет! Мне просто нужна коробка.

— А зачем? — поинтересовалась Мина, хмуро наблюдая за таким покушением на свою собственность. Хоть не кража, и то хорошо.

— Будет домик для паука.

— Фу-у! Не люблю пауков. Паутина в рот забивается.

— Это паук-волк. Тарантул. Они не плетут паутину.

— А-а. — Мина заморгала, привыкая к этой мысли. Не то, чтобы брат ее окончательно убедил, но она хоть не стала по-глупому визжать. Пока Джин ловил свою добычу, Мина держалась подальше. Но как только леди-паук оказалась заперта за прозрачным пластиком и не опасна, Мина не отказалась взглянуть на нее поближе. Джин показал ей многочисленные крохотные пучки волосков, глаза, жвалы и многообещающий кокон с яйцами.

— У нее правда восемь глаз! — восхитилась Мина, чуть не окосев в попытке свести собственные глаза на переносице, словно пытаясь представить, как видит паучиха. Ободренная примером брата, она постучала по пластиковой крышке.

— Эй, не надо. Ты ее испугаешь.

— А она сможет там дышать?

Джин оглядел коробку, терзаемый новыми сомнениями. Да, она действительно хорошо закрывается, но и воздух туда тоже не проходит. Тарантул тщетно царапал стены своей новой тюрьмы коготками. — Какое-то время сможет.

— Как ее зовут?

— Я пока не знаю.

— Ей нужно имя.

Джин кивнул, полностью с ней соглашаясь. Порой Мина говорит разумные вещи. Говорят, на Старой Земле есть тысячи разных видов пауков-волков, но терраформисты Кибо поскупились и в здешнюю экосистему добавили едва ли с десяток. Но все равно, пока у Джина нет комм-сети, он не может отыскать, как по-настоящему, по-научному называется его паучиха. Он только понадеялся, что ее имя окажется таким же изысканным, как и она сама.

— Можешь назвать ее Паутинкой. Хотя ты сказал, что она не плетет паутину. Тогда Волчок?

— Это имя для мальчика, — возразил Джин. — А ей нужно имя дамы… может, какой-нибудь со Старой Земли.

Мина сосредоточенно нахмурилась, размышляя, и ее осенило:

— Леди Мурасаки! Это самое древнее имя леди, какое я знаю.

Джин, уже готовый высмеять идею просто потому, что ее высказала младшая сестра, замер. Он поглядел на паучиху — а подходит!

— Ладно.

Мина торжествующе усмехнулась.

— А что она ест?

— Жуков поменьше. Надо будет наловить ей в саду, пока мы не ушли. Не знаю, сколько нам еще идти до… ну, до дома.

Мине становилось все интереснее.

— А можно я помогу ее покормить?

— Конечно.

Заговорив про еду, Мина вспомнила, порылась в своем ограбленном рюкзачке и достала плитку завтрака.

— Наверное, лучше ее разломать. Чтобы хватило на подольше.

— Хорошая идея, — признался Джин. Он отставил коробочку в сторону и, крадучись, прошмыгнул в сад, к крану — сполоснуть их бутылки из-под молока и налить в них воды.

Когда он вернулся в сарай и закрыл скрипучую дверь, Мина спросила: