Братство Конца - Евгений Малинин

Я так думаю, что Твист вполне мог поспорить с незабываемым Фиделем по части произнесения зажигательных экспромтов, но в этот момент правитель наконец пришел в себя.

– Сядь и заткнись! – рявкнул он на весь зал, перекрывая истошные вопли цветастого маломерка.

Тот «заткнулся» и с возмущением оглядел собравшихся, пытаясь определить, кто это посмел оборвать его обращение к властям. Сообразив, что это был сам Качей, карлик кивнул и деловито полез с «трибуны».

Правитель повернулся ко мне и недовольно поинтересовался:

– Ты действительно собираешься производить все эти… действия непосредственно в Замке? Может, тебе лучше это… на открытом воздухе? Я выделю для этого обширную площадку в королевском саду…

– Пропал сад! – послышался фальцетный возглас с дальнего конца стола, мгновенно смолкший под яростным взглядом правителя.

Я сделал вид, что обдумываю предложение правителя, подавая при этом знак Шорму, чтобы мне положили жаркого. Краем глаза я заметил, что даже мои товарищи по Братству отложили в сторону столовые приборы и с интересом ожидают продолжения нашего разговора.

Отрезав кусочек жаркого и с удовольствием прожевав его, я, словно размышляя про себя, начал говорить:

– За всеми этими рассуждениями о возможности возврата королевы Кины мы совершенно упустили вторую задачу, которую поставил нам наш гостеприимный хозяин…

Собравшиеся за столом, включая самого Качея, напряглись, вспоминая, какую еще задачу ставил своим непоседливым гостям правитель.

– Я имею в виду пропажу перстня, пояса и меча, – пояснил я.

Качеевы глазки сразу заинтересованно заблестели.

– Так ты можешь отыскать эти вещи? – тут же вкрадчиво поинтересовался негодяй.

– К сожалению, ты, уважаемый правитель, глубоко заблуждаешься, предполагая, что эти вещи находятся в Замке… – внушительно проговорил я, не отвечая прямо на заданный вопрос. На корявой физиономии Качея отразился неприкрытый испуг, и я понял, что нащупал его самое слабое место.

– Как мне стало ясно в результате проведенных мной в библиотеке эксклюзарно-космогонических поисков, указанные тобой вещи были внематериально похищены и находятся сейчас у недружественной тебе личности!..

Я внимательно посмотрел прямо в лицо Качея, и он дрожащим голосом спросил:

– Что значит «внематериально»?..

– Внематериально значит с использованием потусторонних оккультно-спиритических сил! – внушительно ответил я, а Фродо неожиданно пояснил:

– Колдонули их из Замка! Чего ж тут непонятного?..

Качей перевел растерянные глаза на хоббита, и тут в этих глазах мелькнуло понимание. А я, продолжая удерживать инициативу в разговоре, грозно поинтересовался:

– Кто из твоих недругов обладает сильными магическими способностями и обширными знаниями?!

Качей открыл было рот, но с дальнего конца стола донеслось пронзительное:

– Епископ, паскуда!!!

Правитель бросил быстрый взгляд в направлении возгласа и подтвердил:

– Точно!.. Паскуда!

– Значит, нам придется отправляться к этому самому Епископу, – с огорчением проговорил я.

– Так ты там будешь заниматься своими колдовскими… манипуляциями? – немедленно отреагировал Качей.

– Да. Придется мне отклонить твое великодушное и мудрое предложение насчет королевского сада. – Я покачал головой. – К тому же, как я выяснил, земное существование королевы Кины прочно связано с этими тремя предметами, и если нам удастся вернуть их в Замок, вероятность возвращения королевы многократно увеличится…

Я пристально посмотрел в зажегшиеся радостным блеском глазенки правителя и внушительно добавил:

– От тебя потребуется дать нам знающего проводника до логова этого… Епископа, выделить небольшой военный отряд для сопровождения и выдать нам необходимый запас провизии и денег. А мы беремся вернуть названные тобой предметы и, может быть, самою королеву!

– Нет проблем! – немедленно воскликнул Качей. – Когда думаете выйти?

– Ну не на ночь же глядя нам из Замка топать! – встрял в разговор Фродо.

– Да… Мы отправимся в путь завтра после завтрака, – поддержал я маленького хоббита. – Провизию, деньги и снаряжение у твоих людей примет Фродо. Эльнорда и Душегуб проверят боеспособность сопровождения!.. Кстати, – обратился я к эльфийке и троллю, – посмотрите, что у нашего хозяина из оружия имеется. Мне-то самому оружие ни к чему, – пояснил я открывшему было рот Качею, – а этим ребятам оно очень даже сгодится.

Качей захлопнул рот и согласно кивнул. Мне кажется, что сейчас он был готов согласиться на любое мое, самое невероятное требование, лишь бы я достал вожделенные королевские регалии и не проводил сеансов всеразрушительного колдовства в стенах его Замка.

Однако по здравом размышлении я решил, что больше мне вряд ли что понадобится. А поскольку к этому моменту я уже допивал кисель, мои товарищи по Братству отложили столовые приборы за ненадобностью, а Качею и его приближенным было не до еды, обед был завершен, и мы, с разрешения радушного хозяина, покинули трапезную залу. Вместе с нами, поймав разрешающий кивок правителя, отправился и наш знакомец, Шалай.

Мы спустились во двор и тут, совершенно неожиданно для нас, воевода левой руки внимательно посмотрел по сторонам и тихо-тихо спросил:

– Гэндальф, вы действительно думаете вернуть Кину?

Я также оглядел совершенно пустой двор и молча кивнул.

– Тогда не верьте Качею… Мне кажется, он совсем не заинтересован в ее возвращении! Ему нужны только королевские регалии…

– Тебе кажется, а мы это знаем совершенно точно! – очень тихо и очень музыкально пропела Эльнорда.

– Ага… – глухо добавил Душегуб. – И мы уже договорились, что я с ним на эту тему побеседую… Когда у меня появится свободное время…

Шалай широко улыбнулся и громко сказал, обращаясь ко мне:

– Я предлагаю осмотреть арсенал правителя и подобрать оружие для ваших людей.

Затем, даже не дожидаясь моего согласия, он повернулся и направился в сторону малоприметной дверцы, врезанной в каменную стену основного здания Замка почти у самого его правого угла.

Когда Шалай, на секунду остановившийся зачем-то около выбранной им двери, резко толкнул ее, за ней раздался страшный грохот. Воевода буквально прыгнул за отворившуюся дверь, а мы столь же поспешно последовали за ним.

Прямо за дверью располагалась небольшая, абсолютно голая каменная площадка, с которой начинался крутой спуск в подвальное помещение. Каменная лестница, резко уходившая вниз, освещалась неровным светом сильно чадящего факела, и в его мерцающем, неровном отблеске мы увидели, что на скрытой полумраком нижней площадке что-то неуклюже ворочается, погромыхивая железом. Шалай, не раздумывая, начал спускаться вниз, и нам ничего не оставалось, как последовать за ним.