Доказательство силы - Вадим Панов

— Подожди, Стас, — сказала Лариса, ни слова не произнесшая во время ревизии плота. — Прежде чем мы начнем спасаться, объясни, пожалуйста, что все-таки сегодня произошло? Вернее, что произошло, мы видели. Хотелось бы знать твое мнение о причинах и особенно о грозящих последствиях. Речь действительно идет о выкупе?

— Ты все слышала.

— Ты в это веришь?

— А что мне остается?

Дибич произнес последнюю фразу очень искренне, Лариса в ответ кивнула, но Валентин Арнольдович, который знал шефа гораздо дольше молодой жены и видел его на многих сложных переговорах, понял, что Дибич врет. Даже не так: Дибич не уверен в том, что говорит. А самое главное, понял Векшин, Дибичу очень, очень хочется, чтобы речь и на самом деле шла о выкупе.

— В общем, давайте ремонтировать плот.

— Не надо, — неожиданно сказала Лариса.

Мужчины дружно вздохнули и вновь уставились на молодую женщину, беззвучно осведомляясь: «Ну, что ты еще придумала?»

— Не надо никуда плыть, — продолжала та, выдержав театральную паузу. — Ни на тот остров, ни вообще. Я сберегла телефон.

Последовала немая сцена из «Ревизора». Векшин хрюкнул и даже сдавленно пискнул, поскольку хорошо помнил, как Лариса отдавала пиратам мобильник. Дибич переглянулся с Полковником, тот легонько кивнул. Значение кивка Векшин не понял, но, очевидно, эти двое тоже не упустили момент изъятия у дамочки средств связи.

А через секунду Валентин Арнольдович вспомнил, что покойный капитан Белов пользовался для связи с берегом рацией. И что шеф в критический момент пытался куда-то дозвониться, но не сумел. Вспомнил и уныло произнес:

— Здесь наверняка нет покрытия.

— Телефон спутниковый, — торжествующе ответила женщина. — Мертвых зон у него нет. Так что ночевать мы будем на берегу, на свободе и в нормальных постелях. А теперь отвернитесь, потому что я его спрятала в… В общем, отвернитесь.

Спутниковый телефон Ларисы вызвал у Валентина Арнольдовича нешуточную ностальгию. Напомнил о временах, когда деревья были зеленее, девушки отзывчивее, а молодой Валя Векшин решил, что выживать на доходы аспиранта экономических наук нет больше возможности, и подался в бизнес. В те былинные годы немногочисленные сотовые телефоны считались вещами статусными, свидетельствовали о богатстве и высоком положении в обществе. У самого Вали, разумеется, мобильника тогда не было, обходился пейджером, а вот у шефа имелся. Носил его Дибич в специальном кожаном портфельчике, потому что современная по тем временам модель была совсем не карманной, обладала внушительными размерами и немалым весом.

Телефон Ларисы появился на свет четверть века спустя, но если и уступал в размерах тому легендарному агрегату, то совсем немного. И антенна точь-в-точь такая же, словно привезенная из прошлого…

Увы, теплыми воспоминаниями все положительные эмоции исчерпались — телефон не заработал. Вернее, заработал: включился, пропищал что-то, но со спутником связаться не смог. Видимо, супруги Дибичи, или кто-то один из них, в прежних своих земных воплощениях наверняка чем-то сильно прогневили Брахму, или Шиву, или еще кого-то, сидящего высоко и способного влиять на карму. И он, всесильный, сначала законопатил супругов на необитаемый островок, потом позволил им изложить план спасения, послушал — и засмеялся.

— Значит, все-таки есть у них мертвые зоны.

— У этого — не было! — взвилась Лариса, молниеносно превратившись из победительницы и триумфаторши в растерянную и злую женщину. — Мертвые зоны на полюсе, в Гоби и других местах, которые у черта в заднице. А не здесь!

И она с ненавистью посмотрела на не оправдавший надежд аппарат, с трудом удержав желание шандарахнуть им по граниту.

— Мне кажется, дело не в телефоне и не в спутнике, — вступил в разговор Полковник. — Что-то локальное, местное… Какая-то аномалия. Бандиты не случайно выбрали этот остров: уж слишком они спокойно нас оставили. Видимо, здесь действительно не появляются ни катера, ни вертолеты. И даже связи нет.

— Что же делать?

— Для начала выключим его, чтобы не села батарейка. И займемся плотом.

Наверное, в этот миг Брахма (или Шива, или Вишну), невидимый за облаками, засмеялся второй раз. Потому что заклеивать плот оказалось нечем. Содержимое мешка с комплектом для ремонта соответствовало списку. Резиновые заплатки разных форм и размеров, большой тюбик с клеем, наждачная бумага, кусок прорезиненной ткани — той же, что послужила материалом для плота, — все было на месте, даже временные зажимы для продольных пробоин и временные пробки для круглых — обеспечить герметичность они не могли, но существенно уменьшали утечку воздуха, выигрывали время для возни с клеем и заплатками, не позволяя плоту утонуть до окончания ремонта.

И все это хозяйство оказалось бесполезным: клей из тюбика не выдавливался.

Затвердел.

Расковыряли алюминиевую тубу лезвием ножа, надеясь, что хоть в центре сохранилась толика жидкого содержимого, но надежды оказались напрасными — не сохранилась. Приклеивать заплаты было нечем.

Убедившись в этом, Градов вернулся к созерцанию горизонта, а Лариса заплакала.

— Теперь нам действительно, без дураков, придется выживать, — очень тихо и очень спокойно произнес Дибич и потянулся к отложенной в сторону коробочке с рыболовными снастями.

И от его спокойного тона по спине у Векшина пробежал холодок.