ТАЙНА ЗОЛОТОГО ОРЛА - Игорь Леденёв

– Вот это да! – воскликнул Дима. – Хорошенькая панорама!

Андрюша продолжал, молча, идти. Снова вышли на Александровскую. Друзей встретила рельефная, как плитка шоколада, гостиница «Театральная». Сейчас тут «БАНКЪ». Из парадных ворот важно вышел толстый господин в тройке, с цепочкой карманных часов, сверкающих благородным металлом. Плотная жилетка натянулась, как перекачанный шар. Толстяк остановился, мазнул надменным взглядом наших ребят, затем, пыхтя и слегка посвистывая при дыхании, направился к извозчику. Рессоры, слегка, прогнулись. Копыта, медленно, зацокали по брусчатке.

Вдоль здания, прогуливались пары – дамы в смешных шляпах, опоясанных ленточкам, с обязательными белыми зонтиками и кавалеры в костюмах и шляпах, несмотря на летнюю жару. Один парень в дорогом костюме даже поздоровался с «нашими туристами», елейно улыбнулся и слегка приподнял круглую, похожую на срезанный цилиндр шляпу.

– Пацан, наверное, обознался? – улыбнулся Андрюша.

– А что, разве мы не вписываемся в местный колорит? – вопросом ответил Дима, поправляя отвороты пиджака.

– Да, ха-ха, – согласился Дорошенко.

На противоположной стороне улицы, живописной аркой, виднеется центральный вход в Сретинский собор – массивные, резные двери открыты настежь. В глубине храма – сияние множества свечей.

– Андрюха! Давай зайдём! – Дима кивнул в сторону собора.

– Давай.

Ребята вошли в храм, повеяло прохладой, обоняние уловило благотворный запах ладана. За небольшим предбанником, с красивыми иконами в золотых окладах, взору «наших пилигримов» открылась внутренняя часть собора, уходящая, высоко, под купол. С внутренней части купола, на ребят, задумчиво смотрел Иисус Христос – волосы растрёпаны, глаза выражают любовь и понимание.

На противоположной стороне просторного зала, весь в позолоте; высотой, почти до основания купола – иконостас. Множество свечей горит у икон Иисуса Христа, Девы Марии и Николая Чудотворца. Дима задумался. Создалось ощущение, что находишься вне времени, так же горят свечи и в современных церквях Полтавы. Выйдешь из храма – а на улице, вместо карет, обтекаемые автомобили.

«Может, церкви строятся на тех местах, где время течёт по своим законам?» – задумался «философ».

Возле алтаря, спиной к вошедшим, стоит священник. Тёмная ряса ладно сидит на подтянутой фигуре. Услышав, стук шагов, святой отец повернулся, явив красивое лицо, обрамлённое аккуратной чёрной бородкой. На ребят взглянули добрые, ясные глаза.

– Добрый день, – сдержанно, проговорил он. – Вы, издалека приехали?

– Да уж, издалека, – за двоих ответил Андрюша.

– Вам не следует идти в Корпусный сад, – с грустью, произнёс священник. В проницательных глазах читалось понимание.

Воцарилось молчание. Ребята не знали, что сказать.

– Да хранит Вас, Господь! – на прощанье, сказал святой отец, и, медленно, перекрестил обоих.

– Что, это значит? – спросил Дима, выйдя на улицу.

– Очередное предупреждение, – флегматично ответил Андрюша.

Путники двинулись дальше. На углу Александровской и Протопоповской, огромная надпись – «ЛЕМЕРЪ и К. Магазин iноземних вин». Друзья переглянулись и зашли в старинное здание.

Магазин встретил стойким, винным запахом. Деревянные, влажные полки плотно заставлены тёмными бутылками. Молодцеватого вида продавец в засаленном фартуке, уставился на приличных с виду «посетителей» и глуповато спросил:

– Чего изволите-с?

– А что у Вас есть-с? – невозмутимо, ответил Андрей.

Продавец, удивлённо, обвёл взглядом заполненные полки. Потом, словно, что-то вспомнив, участливо, нагнулся к друзьям:

– Есть отличное вино, «Мансардовское», только что из Крыму.

– Последней лошадью? – с издёвкой, спросил Андрюша.

– Что!? – не понял юмора продавец и, не зная как себя вести, глупо улыбнулся.

Дима дёрнул Андрюшу за рукав, шепнул:

– Пошли.

Поблагодарив продавца, вышли на улицу.

– Он бы ещё «Портвейн-777» предложил! – засмеялся Дима.

– Ладно, пошли, «Портвейн», – подытожил Андрюша.

На месте театра Гоголя – приземистое здание складского типа. Вместо ЦУМа – двухэтажные, старинные дома. Рядом – одноэтажный «Орловский банкъ». За маленькими магазинчиками респектабельный «Грандъ отель». Напротив – стильный отель «Континенталъ» с натянутыми над окнами полотняными маркизами.

Прямо посреди улицы прокатили на велосипедах две дамы в тёмных юбках, белых блузках и кокетливых шляпках. Ленточки на шляпах грациозно развевались на ветру. Большие колёса смешно перекатывались по ухабистой мостовой.

Переходя улицу, ребята замедлили шаг, пропуская открытый экипаж. В оббитой светлой кожей кибитке – нарядно одетая девушка в изящной шляпке с длинной белой ленточкой. Девушка повернула голову и слегка улыбнулась. Друзья остановились, как вкопанные. Это была Наяда. В следующее мгновение экипаж проехал мимо.

– Ты, …ты видел! Это же Наяда! – воскликнул Дима.

– Нет, эта девчонка только очень похожа на Наяду, – спокойно отреагировал Андрей. – Наяда, обязательно бы остановилась.

– Может, попробуешь её догнать? – засмеялся Андрюша, указывая на быстро удаляющийся экипаж.

– Может, не пойдём в парк? Священник, ведь, не зря предупреждал! – не обращая внимания на реплику, Дима потянул Андрюшу за руку.

– Да мы, только на одну минутку, – и Андрюша пожал протянутую руку друга.

Перед входом в парк открылась панорама круглой площади. Весь ансамбль зданий такой же, как теперь, только фасады слегка обшарпаны. Справа – вытянутые Присутственные места, затем заросший тополями дворец вице-губернатора. Слева – скромное Дворянское собрание с потускневшим портиком. За ним, вдалеке, утопающий в зелени дворец генерал-губернатора. Прямо – массивный кадетский корпус с огромным, выпуклым куполом.

Ребята вошли в Октябрьский (Петровский) сад. Мощёные аллеи, неухоженные палисадники, хаотично посаженные деревья, причудливые, длинные фонари. Нарядно одетые женщины с зонтиками и элегантные мужчины неторопливо прогуливаются по аллеям.

– Какой сегодня день, выходной или будний? – поинтересовался Дима.

– По-моему, тут всегда выходной, – сострил Андрюша.

Вот и памятник славы. Венок уверенно торчит в клюве у золотого орла. Товарищи остановились.

– Тебе не кажется, что венок какой-то, более золотой? – спросил Дима.

– Ты насчёт того, что коммунальники в начале века лучше работают! – улыбнулся Андрюша.

– Я, насчёт того, что на орле более толстый слой золота.

– Испарилось за сто лет, плюс немцы разрушили, а коммунисты сэкономили при восстановлении.