Геном - Сергей Лукьяненко

– Господин Романов?

Голос хозяина компании оказался старческим, но еще вполнекрепким.

– Да, господин Ли Цын. Слушаю вас, господин Ли Цын.

Никаких формальных знакомств. Никаких вопросов, поздравленийс должностью… таким же голосом господин Ли Цын мог беседовать с кофеваркой илипылесосом.

– Вы набрали экипаж?

– Да, господин Ли Цын… – Алекс покосился на Моррисона, какраз в этот миг ставившего на контракте отпечаток пальца.

– Хорошо. Сегодня вы примете на борт трех пассажиров иперейдете в их полное распоряжение. Необходимые документы они вам предоставят.

– Да, господин Ли Цын. – Алекс представил себе директоракомпании так ясно, будто видеосвязь работала. Сидит себе в роскошном креслежирный старый скот, тискает подругу… быть может, эту самую секретаршу…

– Господин Ли Цын закончил разговор с вами, – будто услышавего мысли, промурлыкала секретарша. – У вас есть какие-либо вопросы?

Тон подразумевал, что вопросов быть не должно. Поэтому Алекси спросил:

– Господин Ли не имеет обыкновения беседовать с новымисотрудниками?

– Имеет. Вы побеседовали. Есть еще вопросы?

Под любопытным взглядом Моррисона Алекс заставил себяулыбнуться. Его-то слова второму пилоту слышны…

– Нет, спасибо. До свидания.

Связь отключилась.

Прямой разговор с Землей… надо же. Достаточно дорого.

– Какие-то распоряжения, капитан? – поинтересовалсяМоррисон. Вопрос можно было понять двояко – и отнести на счет самого Алекса, ина счет Моррисона. Алекс предпочел выбрать второй вариант.

– Да. Будьте на корабле через час. Возможно, мы вылетаемсегодня.

Моррисон с заметной тоской окинул взглядом зал – особенноугол, где сидели, за неимением клиентов флиртуя между собой, две гейши-спец. Новозражать, конечно же, не стал.

– Слушаюсь, капитан…

На корабле все было в порядке – хоть какая-то радость. Ким сДжанет находились в медотсеке – похоже, чернокожая женщина решила взять шефствонад девчонкой. Алекс, включив видеосвязь, заглянул в медотсек буквально насекунду – Джанет и Ким, склонившись над операционным столом, разбиралиштурмовой лучевик «Перун», самое мощное ручное оружие из разрешенного длякораблей малого тоннажа. Возможно, что в теории Ким владела оружием лучше, ноза плечами Джанет был опыт… горький, тяжелый, но ценный опыт выходца с Эбена.

Генералов по-прежнему блаженствовал в навигационной рубке –Алекс пару минут понаблюдал за ним через капитанский пульт. Обычноевремяпровождение спеца – тренировка… и пусть Пак не был спецом, но занималсяименно этим, прокладывая несуществующие маршруты в несуществующем виртуальномкосмосе. Сейчас Пак вел трассу от Ртутного Донца к Эдему, родине Ким. ВначалеАлексу показалось, что трасса далека от совершенства – навигатор пренебрегстационарными, постоянно работающими пространственными туннелями и повелкорабль через «пульсирующие» туннели. Это была задержка по времени –пульсирующие туннели открывались с интервалом от трех часов до пяти суток. Этобыло финансово невыгодно – за проход по пульсирующему туннелю приходилосьплатить вдвое больше. И наконец, Алекс не видел ни малейшей выгоды в расстоянии– корабль все более уклонялся от направления к Эдему.

Лишь когда Генералов бросил трассу от Зодиака к СальномуХохолку, Алекс понял, что тот задумал. Здесь вообще не было никаких туннелей,корабль двигался на собственном гипергенераторе. Зато потом, преодолев два парсекаи выйдя к Хохолку, корабль оказывался у стационарного туннеля Сальный Хохолок –Эдем.

Решение было красивым и, насколько Алекс мог прикинуть безподключения к машине, – оправданным. Выгода во времени, выгода в деньгах,выгода в ресурсе корабля.

– Хитрый натурал… – восхищенно пробормотал Алекс. Ипереключился на отсек энергетика. На этот раз – не маскируясь, открыто.

Юный Поль Лурье стоял перед глюоновым реактором. Медленнораскачивался, будто медитируя перед потоком энергии, струящимся в полуметре отего лица.

Нет ничего безопаснее и смертоноснее глюоновой энергетики.Почти дармовая, если не считать цены реактора, энергия. Никаких радиоактивныхотходов. Никаких побочных излучений. Конечно – если реактор работает стабильно.

Но трудно добиться стабильной работы от реактора,манипулирующего с самой основой материи. Здесь начинают спотыкаться законыфизики. Здесь нет однозначных решений и готовых схем. Пока реактор работает наминимальной мощности – все еще прогнозируемо, к тому же в любой момент его можнозаглушить. Как только реактор выходит на полную мощность – процесс «плывет». Изниоткуда возникают потоки самых разнообразных излучений. Титановый корпусреактора может превратиться в золотой или графитовый… а однажды Алекс виделреактор, чьи стенки превратились в литой хрустальный цилиндр. На «Зеркале»стоял тандемный глюон-реактор «Ниагара», вообще не имеющий стенок, толькосиловые поля.

Внешне глюоновые потоки выглядели струящейся водой, и Алексоценил фантазию разработчиков. Казалось, что перед Полем падают две прозрачные,чуть-чуть голубоватые струи, появляясь из золотистой плиты в потолке и исчезаяв такой же плите в полу.

– Энергетик… – позвал Алекс.

Поль медленно повернулся. Глаза у него были полузакрыты, налице блуждала улыбка. Вживаясь в управляющие цепи реактора, он испытывалудовольствие – как любой спец за работой. Интересно, что он видит? Вряд листруящуюся воду. Его зрение еще более своеобразно, чем у Алекса или Ким. Онвидит большинство известных излучений, на глаз определяет температуру пламени сточностью до долей градуса. Перед Полем сейчас разыгрывалась целая феерия…проскакивающие сквозь защиту нейтроны, всполохи гамма-лучей, веерарентгеновского излучения, медленные и неуклюжие альфа-частицы.

– Ты свободен? – спросил Алекс.

– Да, капитан.

– Пройди в мою каюту.

– Хорошо.

Лурье тряхнул головой, отбрасывая со лба тяжелые волосы. Ещераз глянул на глюоновые потоки и вышел из поля зрения камеры.

Прекрасный энергетик, судя по всему. Молодой, но знакомыйименно с этим реактором. Горящий энтузиазмом. Чего еще желать капитану?

Алекс скинул куртку, засучил рукав рубашки, посмотрел наБеса. Чертенок морщился. Тоскливо и безнадежно, будто его грызла неведомаяболь.

– Я чувствую, – шепнул ему Алекс. – Правда, чувствую. Что-тоне так.

В глазах Беса появились искорки любопытства.

– Не знаю пока что… – признался Алекс. – Но разберусь.Честное слово!