Мегаполис Ленд - Алексей Вилков

– Скарлетт Йоханссон? Памела Андерсон?

– Вот ты кого хочешь, жеребец! – ревниво покосилась Вика. – Не угадал, там была очаровательная Оксана Федорова. Отсюда нескромный вопрос, кто чаще смотрит передачу: детишки перед сном или взрослые дяди долгими одинокими вечерами?

Пастарьев тоскливо произнес:

– От Оксаны Федоровой и я бы не отказался.

– Ты неисправимый бабник! Постыдился бы меня.

– Гораздо полезнее открыто признаваться в своих слабостях.

– Тоже где-то вычитал? – пробормотала Вика недовольно. – Сейчас найдем тебе пассию за прилавком. Тетя Валя окажется вишенкой в твоем вкусе?

Нахмурив брови, Стас не ответил и быстрым шагом двинулся в направлении торговых рядов. Благодаря указателям ребята легко нашли продуктовый отдел, миновав многочисленные прилавки и прорвавшись сквозь толпу покупателей.

В субботний день на рынке царили шум и гам. Снующая людская масса заполняла все пространство между десятками прилавков с разной всячиной. От каждого стола исходил свой запах, присущий свежим и не очень продуктам. Разнородные ароматы вперемешку со специфическими благовониями покупателей и продавцов создавали тот незабываемый запах, которым славится любой рынок. Несмотря на соблюдение санитарных норм, старания эпидемиологической службы и планомерную уборку помещений, этот своеобразный душок невозможно было ликвидировать, но именно он придавал торговым рядам особую прелесть.

Продавцы не отличались разнообразием: похожие друг на друга как две капли воды они без умолку гоготали, привлекая покупателей, и создавали впечатление государства в государстве. Редко попадались славянские черты, но и их обладатели казались близнецами. Чаще виднелись могучие женщины неопределенного возраста, похожие на мешки с песком или борцов сумо. У них были выдающиеся передники, круглые лица и маленькие блестящие глазки, едва видные из-за пухлых щек.

Пастарьев шел по узкому проходу, периодически зажимая нос, и оглядывался по сторонам. Вика держалась позади и казалась на порядок спокойнее, чем ее компаньон.

– Давай спросим у той женщины, видишь, за прилавком с яблоками?

– Извините, вы знаете Груздеву Валентину Альбертовну? – устало спросил одурманенный ядами Стас, подойдя к продавщице.

Могучая тетя покосилась на них, словно не слыша о чем речь, и протараторила:

– Яблочки наливные, красные! Милок, покупай, девочке понравится. Я уступлю, попробуй!

– Вы нас неправильно поняли. Нам бы Груздеву, слышали про такую?

– А вот купите яблочек, тогда скажу, – поставила ультиматум вредная баба. – Всех знаю-ведаю, Вальку Груздеву – а то!

– Стас, возьми у нее полкило, – Вика ткнула его в бок.

– Я никогда не покупаю продукты на рынке, – огрызнулся Стас, но сдался: – Ладно, бабуль, взвешивай.

– Другой разговор! Но какая же я бабуля – женщина в расцвете сил. Вон та, смотри, слева – вон та мымра, старая грымза, а я ягодка! – без умолку трещала продавщица, взвешивая яблоки.

Стас посмотрел налево:

– Не вижу разницы, но поверю вам на слово.

– Злыдня, обвешивает, и товар у нее гниловат, а у меня самый высший сорт, – женщина взяла деньги и вручила пакет с яблоками: – Кушайте на здоровье! – пожелала она, разинув рот с гнилыми зубами. – А Валька в том конце торгует, у нее отличное мясо: говядина, свинина, баранина… Лучше не найдешь!

– Как она выглядит?

– Как и мы, – удивилась тетка. – А, еще родимое пятно на щеке, не ошибетесь! Купили? Гуляйте, ребятки, не отвлекайте… Яблочки молодильные, свежие!

Попрощавшись с разговорчивой продавщицей, напарники нашли в указанном месте невзрачную женщину, стоящую за мясным прилавком и лениво зазывающую покупателей. Без тени сомнения: это именно Груздева. Выглядела она непримечательно и уныло, была невысокого роста и коренастого телосложения, но отличалась от коллег по цеху излишне проницательным и мудрым взором. Рыжие волосы под косынкой, мелкие вызывающие веснушки на пухлых щеках и выдающаяся родинка придавали ее лицу хитрое выражение и вызывали недоверие со стороны покупателей. Она заметила приближавшихся молодых людей и, нисколько не смущаясь и не удивляясь непрошеным гостям, первая начала разговор:

– Вы ко мне, дети мои? Вижу, здесь вы впервые и моего мяса вам даром не надо, – быстро сообразила она, вытирая руки о передник.

Они остановились в изумлении от столь необычного приветствия, не предполагая, что тетя Валя ни капли не удивится их появлению, словно давно их ждет.

– Здравствуйте, – поприветствовал Стас. – Если не ошибаюсь, Валентина Альбертовна? Мы к вам.

– Она самая. А вы, вероятно, небезызвестные Станислав и Виктория? Однако я полагала, вы явитесь несколько позже.

Друзья удивленно переглянулись, на их лицах появилось недоумение и смешная растерянность.

– Вы знаете, кто мы? Откуда? – жадно спросила Вика.

– Обойдемся без формальностей. Я полагала, что однажды в мою скромную обитель зайдет симпатичный юноша и прелестная девушка. Это вы и есть?

– Не нам судить, насколько мы привлекательны, – смущенно ответила Вика. – Но это, скорее всего, мы, вы правы. Нам необходимо срочно найти Андреаса Райса. Это имя вам о чем-нибудь говорит?

– Конечно, дочка, я давно знакома с Райсом. Он на днях наведывался сюда, рассказывал о своих подвигах, обмолвился и о вас добрым словом. Я не видела его тысячу лет, а он ни капли не изменился, подлец! Будь я молода и красива, то постаралась бы удержать его подольше. Но годы мои идут, и их, к сожалению, не вернешь. А над ним время не властно. Помню, последний раз я встречалась с ним пять или шесть лет назад – здесь, в земном измерении. Спустя годы у Райса не появилось ни единой морщинки или лишнего килограмма. Возможно, ему известен секрет вечной молодости, который он никому и никогда не откроет. Навскидку вы сколько ему дадите? Лет двадцать пять? А ему ведь за сорок.

– Сколько?! – воскликнул Стас. – Хорошо сохранился, засранец! А я его совсем юным пареньком посчитал. Наверное, он про себя смеялся и злорадствовал.

– Это пустяки, Андреас не отвлекается на подобные мелочи, – заметила Груздева. – Но наступил сложный период, ему нельзя оставаться здесь. Я всеми силами и всем данным мне талантом убеждения пыталась достучаться до его непробиваемых мозгов и уговорить покинуть измерение. А он встал в позу! Ходит по лезвию и сияет от счастья. Как можно обладать таким пофигизмом и беззаботностью?

– Собственно говоря, Валентина Альбертовна, а куда он отправился? Он обещал вернуться? – Стас попытался прекратить поток ее размышлений.

– Что? А, где он теперь? Вы представляете, это волнует всех, с кем он когда-либо контактировал, но никто не в состоянии дать точного ответа или предоставить возможные координаты его изменяющихся стоянок. Он сущий дьявол! Степной кочевник в определенном смысле. А где его караван – степь молчит.