Соули. Девушка из грез - Анна Гаврилова

Еще сложней обеспечить неприкосновенность крови, переданной для обряда привязки – чем родовитей и богаче человек, тем больше у него недоброжелателей, среди которых и маги водятся, и другие субъекты, в чьих руках кровь может превратиться в сильнейшее оружие против того, кому принадлежит.

Так стоит ли удивляться, что характер у нашего папы… мягко говоря, твердый? А тот факт, что заключен этот характер в могучее двухметровое тело с невероятным разворотом плеч и пудовыми кулаками, – небольшой, но весомый штрих к портрету. Как и черные, подернутые сединой кудри и пронзительно-синие глаза…

– Соули! Дочка! – Лицо, покрытое густой щетиной, озарила улыбка. Отец распахнул объятия, шагнул навстречу, но тут же застыл, спросил настороженно: – Что с тобой? Почему ты хмуришься? А почему… хромаешь?

Я шумно втянула воздух. От храбрости, с которой входила в гостиную, мало что осталось. И двойной, затравленный взгляд близняшек ситуацию не улучшил. Вот только отступать уже некуда.

– Отец! Позволь представить тебе… – Я обернулась и простерла руку, указывая на дверь. И тоже застыла, тоже насторожилась.

А… а где?!

Райлена не было. Ни в гостиной, ни на пороге, ни за порогом. О Богиня!

– Дочка, что случилось? – В голосе господина Анриса появились грозовые нотки. – И что означает твое «позволь представить»?!

Перевела ошарашенный взгляд на отца и нервно сглотнула.

О Богиня! Райлен… Райлен сбежал!

Кулаки непроизвольно сжались, в горле застрял злой, исполненный обиды крик – трус! Какой же он все-таки трус!

– Соули?

Уже раскрыла рот, чтобы выложить всю-всю правду, но в этот миг в гостиную вплыла мамулечка. Она морщилась, касалась пальчиками виска – значит, мигрень все еще не отступила, но прийти встретить мужа не помешала.

– О дорогой! Наконец-то! Я уже боялась, что ты не поспеешь и нам придется ехать на бал без тебя. – И тут же настороженное: – Соули, что с тобой?

– Бал? – глупо повторила я. – Уже?

– А ты не помнишь? – удивилась госпожа Далира.

Нет. Из-за этих проклятых магов, умертвий и привидений я не то что о бале, я… я собственное имя вот-вот забуду!

– Соули? – вновь позвал отец. – Я жду объяснений.

О Богиня!

– Каких объяснений? – тут же включилась в разговор матушка. – Что происходит?

Я бросила жалобный взгляд на сестер, на родителей. Опять раскрыла рот, чтобы признаться, но тут же захлопнула, потому что на талию легла твердая, удивительно знакомая рука. Спиной ощутила жар чужого тела, вздрогнула.

– Тшшш… – прошептал Райлен.

Сердце ухнуло в бездну, душа провалилась туда же. Я вдруг очень четко осознала – ни ремнем, ни монастырем не отделаюсь. Отец попросту прибьет.

Медленно, словно меня не маг, а ядовитая змея обнимает, повернула голову… И ничего. То есть никого. Пустота.

– Соули, да что происходит! – не выдержал папа.

О Богиня!

– Сентиментальный роман, – прошептал Райлен. Его дыхание щекотнуло ухо, по спине побежали мурашки.

– Сентиментальный роман, – повторила, как во сне. А потом сообразила, на что намекает черноглазый, и попыталась объяснить внятно: – Я сентиментальный роман читала. Кажется, замечталась. Там все так ярко описано…

Отец застонал и закатил глаза. Мама хмыкнула.

– А хромаешь почему? – пробасил господин Анрис.

– Коленка болит, – потупившись пробормотала я.

– Как? – воскликнула матушка. Кажется, окончательно про свою мигрень позабывшая. – Тебя же исцелили!

– Я снова ударилась.

– Где? Когда? – не сдавалась родительница.

Обстоятельства, при которых вновь повредила коленку, вспыхнули в памяти столь ярко, что… В общем, взглянуть в глаза родителям не смогла.

– Только что. О дверной косяк стукнулась. Случайно. – И добавила, чтобы сомнений не осталось: – Сентиментальный роман. Зачиталась. Замечталась… утратила связь с реальностью.

Сказала, а в следующий миг ощутила легкое прикосновение к шее. Вздрогнула, разумеется – ведь Райлен шею не руками, губами трогал!

Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет! Он что же, совсем ничего не понял?!

Примерилась ударить невидимку локтем, но в последний миг представила, как этот жест будет выглядеть со стороны и… О Богиня! А он же еще вскрикнуть может, и тогда нас точно поймают.

О Богиня! Чем я думала, когда собиралась представить Райлена отцу и признаться в ночном проникновении в спальню? Ведь явно же не головой!

– Ударилась о косяк? – удивленно переспросил отец.

Я уверенно кивнула, а мамулечка встрепенулась и выпалила:

– Кстати о косяках!

И стало совершенно ясно, что она вовсе не дверь в виду имеет.

Отец заметно поморщился – магический сленг, которым сыпал Линар, когда приезжал на каникулы, господина Анриса бесил. А мамусечке такие словечки нравились очень, правда, использовала она их редко. В особых, так сказать, случаях.

– Анрис, ты даже представить не можешь, что натворили эти девицы!

Отец не накричал и не выпорол, но все то время, пока мама расписывала выходку близняшек и распиналась о моем попустительстве, глядел так, что хотелось забиться под ковер и никогда оттуда не высовываться.

Знакомство с Райленом виделось так ярко, словно произошло мгновение назад.

Вот я выхожу из шляпной лавки, вижу сестричек в кокетливых белых платьях и прямую, затянутую в темный камзол спину. Маг оборачивается, смотрит пристально – в черных глазах появляется какой-то особый, загадочный блеск. Губы брюнета растягиваются в улыбке, а я подхожу, приседаю в реверансе, руку подаю. А потом Лина вспоминает умертвие и…

О Богиня! Какое счастье, что в тот момент никакой госпожи Флер поблизости не было! Какое счастье, что нас только за это неприличное знакомство песочат!

– Не ожидал, – процедил папа, когда госпожа Далира закончила. – Думал, вы все-таки умней.

О Богиня! Я тоже так думала. Но события сегодняшнего вечера показывают, что все еще хуже…

Вывод господина Анриса был закономерен и ожидаем:

– Чтобы я вас рядом с этим магом не видел. Никогда.

Близняшки, которые все это время притворялись смиренными и покорными, вспыхнули и уставились на отца столь гневно, что тот вздрогнул. Вот только решений папа не меняет, об этом все знают.

– А с тобой… – родительский перст указал на меня, – мы еще поговорим.

Я боязливо поежилась и попыталась отступить. И едва не взвизгнула, наткнувшись на горячую, невидимую преграду. О Богиня! Райлен! За время разговора совсем забыла, что маг здесь! Я, кажется, вообще из реальности выпала…