Остров забытых душ - Морвейн Ветер

– Не буди её. Сегодня тебе нечего ей сказать. Я сделаю так, что этой ночью она больше не увидит снов. Спокойный сон – это всё, что я могу ей дать.

Фигура замолкла. Атэ ждал продолжения, но его не последовало. Демон слегка изменил позу, перетекея в другую форму – и медленно растворился в воздухе.

* * *

Это был первый случай, когда Атэ проснулся раньше Рэны. По крайней мере, когда он открыл глаза и приподнялся на постели, магесса всё ещё лежала, свернувшись калачиком, и не двигалась. Атэ прикоснулся к её плечу. Но лишь через несколько минут Рэна окончательно вынырнула из сна и положила ладонь поверх ладони Атэ.

– Доброе утро, – сказал ведьмак, крепче сжимая плечо чародейки. – Как ты спала?

Рэна убрала руку и села, свесив ноги на пол, спиной к ведьмаку.

– Я не хочу об этом говорить, – сказала она безразлично.

– Хорошо. Поговорим о чём-то другом?

Рэна опустила голову. Пауза затягивалась, и Атэ на секунду испугался, что магесса для него теперь потеряна. Но Рэна все-таки заговорила:

– Когда ты собираешься меня отдать? – спросила она все с тем же деланным безразличием.

Атэ перекатился через постель и, сев рядом, протёр заспанные глаза.

– Я не отдам тебя, если ты не хочешь.

Рэна некоторое время молчала. Затем положила ладонь на запястье Атэ и крепко сжала.

– Спасибо, – сказала она, – но я не смогу выполнить своих обещаний. Похоже, я и правда гожусь лишь для одного.

Атэ обнял Рэну за плечи и притянул к себе.

– Мне это не важно, – сказал ведьмак.

– Спасибо, – повторила Рэна, – но это важно мне.

Атэ закусил губу.

– Это точка, – проговорила Рэна медленно. – Мне стоило умереть много лет назад.

– Но…

– Ты не понимаешь. Это всё, что я умела, – она усмехнулась. Впрочем, умела ли? Быть может, это всё мне только привиделось?

– Вряд ли, – ответил Атэ, – не знаю, как насчёт остального, но Изначальные к тебе точно неравнодушны.

Рэна не отреагировала. Ведьмак тоже молчал какое-то время, а затем заговорил о другом:

– Тот человек, который приказал мне найти тебя, он хочет, чтобы ты учила магии его и его последователей. Там ты будешь нужна даже без своей силы.

Рэна опустила голову ещё ниже.

– А что, если я не смогу их научить? Если они также неспособны, как Кален или… Или… Марэл, ради которого…

Рэна оборвала сама себя. Атэ не придумал, что ответить на её так до конца и не заданный вопрос. Неспособны… Это не пришло ему в голову. Он выпустил Рэну из объятий и с силой потёр виски.

– Тогда решено, – сказал он.

Впрочем, ничего не было решено. Он понятия не имел, что может сделать против магистра.

– Этот человек – опасен? – спросила Рэна, будто могла читать его мысли.

Атэ не ответил.

– Если опасен, то без моей магии нам конец. Я могу лишь утащить тебя следом за собой в преисподнюю.

– Я тоже кое-что могу, – заметил Атэ.

Рэна снисходительно улыбнулась, но улыбка её больше походила на оскал мертвеца.

– Сегодня третий день, – сказала она после паузы. – Я могу снять повязку?

Атэ кивнул.

– Только пойдём на веранду. Я хочу, чтобы ты сразу увидела лес.

Рэна полуобернулась к Атэ, очень быстро приблизила к нему губы и едва заметно поцеловала, тут же отстранившись прочь.

– Спасибо, – сказала она.

Они оделись. Дом был пуст и тонул в тишине – Флора исчезла бесшумно, не оставив записки.

* * *

Атэ стоял на самом краю веранды и придерживал Рэну за плечи. Магесса замерла перед ним, едва заметно касаясь спиной груди.

– Ты готова? – спросил Атэ в самое ухо чародейке.

Не удержавшись, он коснулся губами мягкой мочки уха и прошёлся языком по хрящику.

– Да, – выдохнула Рэна, крепче сжав его руку.

Атэ ещё раз нежно поцеловал изящное ушко напоследок и взялся за конец бинта. Он двигался медленно, круг за кругом.

– У тебя руки дрожат, – Рэна хихикнула, но Атэ показалось, что она боится не меньше самого ведьмака.

Они уже пережили неприятный сюрприз с магией, и повторения никто не хотел. Когда последний виток бинта был отброшен прочь, Рэна на секунду спрятала лицо в ладонях. Атэ обхватил её за талию и опустил нос в длинные волосы, по-своему также прячась.

– Изначальные, – произнесла Рэна через некоторое время, и Атэ поднял лицо, чтобы понять смысл слов, – это и правда прекрасно.

Атэ положил подбородок ей на плечо, чтобы видеть ту же картину, что была в глазах магессы. Намокшие кроны деревьев едва заметно шевелились на ветру. Дождь перестал, но тут и там скопились маленькие лужицы воды. Мокрая аллея тонула в тумане, обволакивавшем чёрные стволы деревьев. Поверхность пруда слегка колыхалась рябью в такт порывам ветра.

– Да, – подтвердил Атэ. – Вот такое у нас хреновое лето. Он не видел, но очень надеялся, что Рэна улыбнулась.

– А теперь, – сказала магесса, – самое трудное. Отойди чуть-чуть.

Атэ с неохотой убрал ладони с боков чародейки и сделал шаг назад. Рэна медленно повернулась. Веки её были опущены, и сердце Атэ против воли дрогнуло от страха, но уже в следующий миг магесса открыла глаза. Атэ внезапно перестал видеть шрамы на её лице. Он не видел мокрого туманного леса затянутого ряской омута. На него смотрели два искристых, будто зимняя вьюга, осколка голубого льда.

Атэ со свистом выдохнул.

– Рэна… – произнёс он и, протягивая руки к магессе, шагнул вперёд.

Магесса медленно отступила. Позади неё оказались ступени в парк, она оступилась и, чтобы не упасть, вынуждена была сделать ещё два быстрых шага.

– Рэна? – спросил Атэ, чувствуя, что сердце его замирает.

– Ты… – выдохнула магесса.

Атэ раскрыл ладони и чуть отступил назад.

– Рэна? – повторил он.

– Рэнтара, – тихо поправила магесса и улыбнулсь без всякой радости. – компаньонка лорда Марэла Асанты, последнего из Семи. Лорда замка Брен Хисалет.

Атэ отступил ещё на шаг. Его с головой накрыла бесконечная усталость. Он ведь видел все портреты. Он и так знал, что Рэна одна из тех, кого он убивал, но так и не убил до конца.

– Твоего портрета у нас не было? – спросил ведьмак.

– Конечно, нет. Откуда и зачем? У вас был портрет великолепного лорда Марэла, а я… Я лишь была его руками. Я держала щит над его замком.

Атэ усмехнулся и дополнил: