Магия горит - Илона Эндрюс

– Прости, что взвалила это на тебя.

Андреа покосилась на Дерека.

– Хватит разводить церемонии. Если надо – я сделаю. Мне все равно торчать в ордене: такова стандартная практика в период Вспышки, минимум один рыцарь обязан быть на месте. Поэтому ребенок останется под моей защитой.

Я заколебалась. Нужно еще кое-что уточнить, и если кто и мог мне помочь – так это именно Андреа. Она – образцовый рыцарь, досконально знающий все правила ордена.

– Говори же, – заявила она, прочитав мои мысли.

– Может, написать ходатайство о предоставлении убежища?

– Переживаешь насчет оговорки об угрозе человечеству? – нахмурилась Андреа.

– Да.

Преимущество ходатайства заключалось в том, что с момента его подачи каждый рыцарь ордена будет защищать Джули от любой опасности. Однако тем самым она попадала под их опеку, а значит, на нее распространялся и пресловутый пункт об угрозе. И если данную угрозу станет представлять сама малышка, рыцари будут обязаны ее устранить. Орден не имел привычки расправляться с маленькими девочками, однако, по мнению Теда, благополучие многих стоило жизни нескольких.

Я не имела представления, зачем пастор и ривы охотились за ней. Может, кто-то напророчил фоморам дитя, которому предначертано уничтожить мир? Еще и не такое бывало. Мне не хотелось найти Джули с перерезанным горлом. Разумеется, орден устроит все таким образом, что она умрет быстро и безболезненно, что отнюдь не утешало.

– У меня для тебя хорошие новости, – улыбнулась Андреа. – Подавать ходатайство не нужно. Она – сирота, о родственниках ничего не известно. Согласно пункту номер семнадцать, ты можешь взять ее под временную опеку, поскольку сама она по закону заключить договор не может. Заполни форму двести сорок, и орден будет считать Джули твоей подопечной. На время Вспышки семьи рыцарей могут легально укрыться в ближайшем отделении, не попадая под пункт об угрозе. И если девочка ни на кого не нападет, у них не будет права ее нейтрализовать.

– Не знаю, согласится ли она подписать документы. Она еще верит, что ее мать жива. Впрочем, как и я, – по крайней мере, я надеялась на это. – Но у нас могут возникнуть и неприятные последствия.

– Тебе не требуется ее подпись. В том и состоит вся прелесть: нужно лишь свидетельство хотя бы одного рыцаря, кроме тебя самой, что ты действуешь в интересах девочки. Повезло тебе – такой рыцарь у тебя есть, – от уха до уха улыбнулась Андреа.

– Спасибо, – от всей души поблагодарила я.

– Без проблем. Хоть развлекусь, а то умираю со скуки. Если нахлынет магия, мы спустимся в хранилище, а если ривы нападут во время технопериода – потренируюсь в стрельбе по мишеням.

Дверь распахнулась. Оттуда сломя голову вылетела Джули, врезалась в Дерека и забилась в его руках.

Он схватил ее и приподнял над землей.

– Да успокойся ты! Объясни же!

Она напряглась и выплюнула лишь одно:

– Вампир!

* * *

Он поджидал наверху – прямо у меня на столе. Лысая, до ужаса отощавшая тварь в оболочке из человеческой кожи, обтягивающей стальные мускулы. Голый, мерзкий и почивший лет эдак тридцать или сорок назад упырь. Кто-то обильно намазал его фиолетовым кремом от загара. Тот почему-то не впитался, а высох коркой, словно кровосос надувал гигантский пузырь из виноградной жвачки, и он лопнул, залепив вампира с ног до головы.

– Шутить изволите?

Он разлепил губы и голосом Гастека произнес:

– Как всегда рад тебя видеть.

Конечно, кто же еще! Интересно, это Натараджа, Племени в Атланте, специально отрядил его для переговоров со мной или Гастек сам подрядился выполнить работенку?

В кабинет ворвалась Андреа. Внезапно у нее в руках оказалась пара пистолетов, нацеленных в морду незваного гостя.

– Прекрасное оружие! – отметил Гастек.

– «ЗИГ Зауэр П226», – сообщила Андреа. – Шевельнись и лишишься глаз.

– Ты всерьез считаешь, что сможешь опередить вампира? – Гастек говорил совершенно спокойно – не провоцировал ее, просто любопытствовал.

Она слегка улыбнулась.

– Неужели и правда хочешь проверить?

– И дернуться не успеешь, как она снесет тебе башку, – заметила я. – Уж поверь, я как-то замеряла скорость для дела.

Тогда я запомнила: Андреа в честном поединке не одолеть, та еще выйдет лотерея. Я быстра, но не быстрее пули. И времени вытащить саблю из ножен требовалось чуть дольше, чем пушку из кобуры.

– К счастью, нам не нужно сражаться.

Андреа кивнула, и пистолеты исчезли.

– Я буду в холле.

– Спасибо.

Она ушла, а я уселась в кресло.

– Вон с моего стола.

Упырь не шелохнулся.

– Гастек, или ты подвинешься, или я его подвину. Не потерплю хамства в собственном офисе.

Нежить сползла на пол.

– Я не намеревался тебя оскорблять.

– Отлично, сделаю вид, что не обиделась. Итак, чего тебе нужно?

– Как ты себя чувствуешь? Целы ли кости? Нет ли открытых ран?

– Нет. К чему столь внезапная забота о моем здоровье?

– Не случалось ли приступов головокружения? Ощущения прилива крови к конечностям после застоя? Легкого покалывания в груди и вдоль шеи, только исходящего изнутри…

Я уперла руки в бока.

– По каким конкретно причинам ты решил описать начальную стадию заражения вирусом Immortuus?

Вампир подкрался ближе.

– Причина только одна.

– Я не превращаюсь в упыря, Гастек.

Это невозможно физически. Моя кровь сожрала бы вампирские микробы на завтрак и попросила бы добавки. Мне никогда не стать нежитью – как и оборотнем.

Вампир осторожно приблизился еще на шаг.

– Пожалуйста, дай посмотреть твои зрачки.

– Говорю же, я не инфицирована. Меня не кусали.

– Сделай одолжение.

Я наклонилась вперед.

Вампир приподнялся и заглянул мне в лицо. Мы смотрели друг на друга – мертвец и я, – и меж нами оставалось меньше дюйма пространства. Мы почти соприкасались. Я заглянула в глаза упыря. Когда-то они были голубыми, теперь же из-за воздействия вируса капилляры расширились и налились красным. Там, в глубине, горел голод – всепоглощающая, неутолимая жажда. Если Гастек хоть на волосок ослабит контроль, выродок вопьется в меня, разрывая плоть в поисках горячей крови. По крайней мере, попытается. И тогда я его убью. Размозжу его мерзкие мозги, расплющу, как комара. И это меня лишь порадует – даже доставит удовольствие.

Вот бы прикончить их всех… Пройтись по пищевой цепочке Племени – до самого Роланда, их легендарного лидера. У нас есть что обсудить, вот только беседу придется отложить, пока я не наберусь сил: сейчас он способен не моргнув и глазом стереть меня с лица Земли.