Сенсеры. В агонии - Ольга Арсид

Он, на удивление, извинился перед другом.

Оба парня взглянули на Эллен, давая понять, кто из них троих лишний. Она фыркнула и зашагала к дому.

«Почему я вообще начала перед ним оправдываться? – злилась на себя Эллен. – Ему какое дело, что мы там с Денисом делали?! Пусть идет окно Нелли вставляет! Это не то, что ты подумала… а то, как же!»

Эллен влетела в комнату, шарахнула дверью и плюхнулась на кровать. На какое-то время в душе засела противная пустота, а потом Эллен прорвало. Резко, но долгожданно. Она разрыдалась в подушку. Сама не понимала из-за чего конкретно. Казалось, что из-за всего сразу и ни из-за чего одновременно. Если раздвоение и дальше будет с такой силой рвать ее на части, то в итоге она потеряет обе половинки.

***

Вскоре в ее комнату постучали.

– Это Вика. Можно я войду? – раздалось из-за двери.

Эллен перевернулась на бок, смахнула слезы и ответила:

– Конечно!

Девушка неуверенно скользнула внутрь. Она была одета в свой любимый шелковый халат с красными маками. Видимо, уже приготовилась ко сну.

Вика задержалась у двери, вздохнула.

– Проходи, Вик, я не убью тебя. – Эллен приподнялась и кивнула на кровать.

Подойдя ближе, подруга присела. Прикрыла ногу халатом, пригладила густую челку.

– Больно смотреть, как вы собственноручно убиваете такие сильные чувства, – наконец решилась она.

Эллен ничего не ответила, отвела взгляд и уставилась в стену. В памяти вспыхнул образ полураздетого Димы, выходящего из комнаты Нелли.

«Окно он открывал! А то, как же! Он обманщик и предатель! Нет у него никаких чувств к тебе!»

– И это после того, что вы пережили… – с грустью добавила Вика.

«Я уже теряла его и больше не хочу!»

«Не верь ему!»

Эллен вскочила, чем напугала подругу, и кинулась к столу. Она налила воды в стакан и большими глотками начала пить.

– С тобой все в порядке? – обеспокоилась Вика.

Но Эллен не хотела признаваться ей, что сходит с ума, что чувствует, как ее рвут на части, что в ее сознании спорят две половины. А если война? А если жертвы?

Эллен поставила стакан и посмотрела на встревоженную подругу.

– Да, все нормально, – солгала она. – Но я не хочу говорить о Диме. Не сейчас.

Она плюхнулась обратно на кровать и с мольбой спросила:

– Побудешь со мной немного?

Вика легко улыбнулась, кивнула.

– Расскажи что-нибудь веселое, – попросила Эллен.

– Веселое? – озадачилась Вика, но через секунду на ее лице засияла радость. – Тогда расскажу, как я попала в дом.

– О-о-о, – удивилась Эллен, – а я все боялась спросить: тут что ни история, то печальная.

– Ну, моя печальная история произошла задолго до шестнадцати лет. Человек, которого обычно называют отцом, бросил маму, когда узнал о беременности. Перед этим, спасибо ему хоть за это, объяснил, кто он такой и что маму ждет, если она оставит ребенка. – Вика тяжело вздохнула. – Когда мне исполнилось тринадцать, она все мне рассказала, а через год умерла. Бабушка забрала меня в деревню. Тогда я решила, что уйду в «Элиту», и будь что будет. Когда почувствовала изменения, поняла, что вступила в фазу, и не стала сдерживать способность. Вскоре увидела, что еду в машине с незнакомцем. Поняла, что время пришло. Я собрала вещи и уселась на лавочку, читать. Когда к дому подошел Дима, я его узнала и сразу заявила: «Я пойду с тобой куда угодно, только не трогай мою бабушку».

Эллен не удержалась и расхохоталась.

– Хотела бы я видеть его в тот момент, – сквозь смех сказала она.

– О-о, знаешь, когда мне грустно, я вспоминаю его физиономию: застывшую полуулыбку, глазищи по пять рублей. Когда он очухался, сказал: «Прости, я не прихватил коня и доспехи, но, если ты не против, прокатимся на стареньком форде». Потом все разъяснилось, и мы долго подкалывали друг друга.

– А что бабушка? – с опаской поинтересовалась Эллен.

– Ей было велено разыграть спектакль, если кто-то придет. Мол, «эта маленькая дрянь шатается с кем ни попадя. Убежала с очередным бандитом. И лучше бы вообще домой не возвращалась!»

– Сработало?

– Да. Первое время я себе места не находила, но все обошлось. Рита иногда ее навещает. Ты не представляешь, как я жду дня, когда смогу выбраться из этих дебрей и увидеться с бабулей! Осталось совсем немножко: может, день, три или неделя; и мой фазовый период закончится. Я буду свободна! – Вика возвела руки к потолку.

– Вернешься к ней?

Подруга резко погрустнела.

– Не знаю. Алекс. Понимаешь? Все будет зависеть от него. Я вижу, что нравлюсь ему, но это не то.– Вика вздохнула.

– Надеюсь, у вас все будет хорошо, – сказала Эллен.

– Надеюсь, и у вас с Димой тоже!

И Эллен вновь ощутила колкую обиду.

«Он тебе не нужен!» Она тряхнула головой, чтобы прогнать навязчивый голос.